С чего он взял, что Шарлотта в первую очередь обязана быть верна ему? Почему решил, что их дружба более важна, чем ее кровное родство с сестрой?
— Я хотела вам рассказать, — продолжила она, и он услышал, как она поднялась с кресла. — Я бы никогда не допустила, чтобы вы ждали в церкви. Но…
— Но что? — спросил он насмешливо. Он повернулся к ней. Он и сам не мог сказать, почему ему было так важно видеть в этот момент ее лицо. Оно притягивало его, как магнит, и ему необходимо было увидеть ее глаза, узнать, что у нее на сердце и на душе.
— Вы бы не очень подошли друг другу, — сказала она. — Это не оправдывает поступка Лидии, да и моего, я думаю, тоже, но она была бы вам плохой женой.
Он кивнул, и внезапно все встало на свои места. Какое-то легкое и радостное чувство зарождалось в нем, оно кружило ему голову.
— Я знаю, — ответил он, склонившись к ней, чтобы вдохнуть ее запах. — Вот поэтому-то я и женюсь на вас.
Глава 6
Шарлотта начала задыхаться. Хватая ртом воздух, она пыталась говорить, несмотря на спазм, который, казалось, сжимал ее горло:
— Что вы имеете в виду?
Он удивленно поднял брови:
— Разве я недостаточно ясно выразился?
— Милорд!
— Завтра утром, — заявил он тоном, не терпящим возражений, — вы придете на свадьбу. Вам, похоже, подойдет платье Лидии. — Он кривовато ей улыбнулся, подходя к двери. — И не опаздывайте.
Она беспомощно смотрела на его спину, а затем выпалила:
— Я не могу выйти за вас замуж!
Он медленно повернулся.
— А почему нет? Только не говорите мне, что вас в конце аллеи тоже поджидает какой-нибудь идиотский рифмоплет.
— Ну, я… — Она подбирала нужные слова. Она искала подходящие причины. Она пыталась найти хоть что-нибудь, что даст ей силы пережить эту самую нелогичную и неправдоподобную ночь в ее жизни. — Начнем с того, — заявила она, — что в церковном оглашении стояло имя Лидии!
Он покачал головой.
— Это не проблема.
— Но это проблема для меня. У нас нет разрешения. — Она выпучила от удивления глаза. — Если мы поженимся, это, возможно, будет даже незаконно.
Его это ничуть не взволновало.
— К утру у меня будет разрешение.
— И где же вы собираетесь раздобыть его в оставшиеся десять часов?
Он шагнул к ней, его глаза удовлетворенно блестели.
— К счастью для меня, да и для вас тоже, как вы скоро сможете убедиться, ожидается приезд архиепископа Кентерберийского.
Шарлотта раскрыла рот от удивления.
— Он не даст вам специальное разрешение. Только не для такого нестандартного случая.
— Забавно, — подумал он вслух, — я думал, что специальные разрешения выдаются как раз в необычных случаях.
— Это безумие. Он ни за что не позволит нам пожениться. Вы же еще недавно должны были жениться на моей сестре.
Нед пожал плечами.
— Он мне кое-чем обязан.
Она прислонилась к краю отцовского стола. Что же он за человек такой, если ему обязан сам архиепископ Кентерберийский? Она знала, что Блайдоны считались влиятельной семьей в Англии, но это было выше ее понимания.
— Милорд, — сказала она, сцепив пальцы, пока пыталась сформулировать убедительный и хорошо обоснованный довод против его безумного плана. Конечно, он оценит неоспоримый и веский аргумент. Он определенно их ценил, когда гулял с ней неделю назад. Поэтому-то он ей и понравился.
— Да? — переспросил он, уголки его губ еле заметно дрогнули.
— Милорд, — повторила она, прочищая горло. — Мне кажется, вы человек, готовый прислушаться к неоспоримым и хорошо обоснованным доводам.
— Верно. — Он скрестил руки на груди и облокотился на стол рядом с ней. Они почти соприкасались бедрами — это ее отвлекало.
— Милорд, — вновь начала она.
— Учитывая обстоятельства, — произнес он, в то время как его глаза искрились весельем, — вам не кажется, что вы можете звать меня по имени?
— Верно, — отозвалась она. — Да, конечно. Если бы мы должны были пожениться, я бы, конечно…
— Мы поженимся.
Святые небеса, он как каменная стена!
— Возможно, — успокаивающе заметила она. — Но если все будет так…
Он приподнял ее лицо за подбородок, пока их взгляды не встретились:
— Зови меня Нед, — сказал он мягко.
— Я не уверена…
— Зато я уверен.
— Милорд…
— Нед.
— Нед, — наконец неохотно согласилась она.
Он улыбнулся.
— Хорошо.
Он отпустил ее и выпрямился, и Шарлотта наконец вспомнила, как дышать.
— Нед, — произнесла она, хотя его имя странно и непривычно звучало на языке, — я считаю, что вам нужно сделать глубокий вдох и подумать, о чем вы говорите. Я не уверена, что вы в достаточной мере все взвесили.
— Неужели? — протянул он.
— Мы едва ли обменялись парой слов до этой недели, — сказала она, взглядом призывая его прислушаться к ее словам. — Вы меня совсем не знаете.
Он пожал плечами.
— Я знаю вас намного лучше, чем вашу сестру, а ведь я собирался на ней жениться.
— Но хотите ли вы этого? — прошептала она.
Он шагнул к ней и взял ее за руку.
— Еще больше я хочу вас, — промолвил он вкрадчиво.
Она от удивления открыла рот, но ничего не могла сказать, было только слышно, как она хватала ртом воздух. Он притягивал ее к себе все ближе… ближе. Наконец его рука обвилась вокруг ее талии, и она оказалась прижатой к его длинному телу.
— Нед, — удалось ей прошептать, но прижал указательный палец к ее губам:
— Ш-ш-ш. Я так давно хотел это сделать.
Его губы нашли ее собственные, и, если он и злился до сих пор на нее, в поцелуе это не чувствовалось. Он был нежным и сладостным, его рот едва прикасался к ее губам.
Но все же она прочувствовала этот поцелуй до кончиков пальцев на ногах.
— Тебя когда-нибудь целовали? — прошептал он.
Она отрицательно покачала головой.
Он удовлетворенно и очень, очень по-мужски улыбнулся ей.
— Это хорошо, — сказал он прежде, чем вернуться к ее губам.
Но на этот раз это был поцелуй собственника, полный страсти и необходимости обладать. Его рот с жадностью заявлял на нее свои права, в то время как его руки крепче прижимали ее к нему. Шарлотта тонула в омуте ощущений, позволив себе раствориться в нем, сквозь тонкое полотно его дорогой льняной рубашки ее ладони ощутили мощные мускулы на его спине.
Это, подумала она, хотя мысли ее были затуманены, и есть желание. Если это страсть, то Лидия — полная дура.
Лидия!
Господи, что же она делает? Шарлотта вырвалась из его объятий.
