— Шарлотта?
— Да.
Этого было достаточно, чтобы его убедить.
— Она ваша, — сказал с ударением мистер Торнтон. — Когда захотите.
— Папа! — воскликнула Шарлотта. Он говорил о ней так, словно она была не более чем мешком муки.
— Это утро подойдет, — ответил Нед. — Я получил специальное разрешение, а церковь уже украшена для свадебной церемонии.
— Чудесно, чудесно, — проговорил мистер Торнтон, в каждом его нервном движении сквозило облегчение. — Я не возражаю, а… то есть… условия договора останутся прежними?
Нед скривился при виде нетерпения во взгляде мистера Торнтона, но все, что он произнес:
— Конечно.
На этот раз мистер Торнтон даже не стал скрывать свое облегчения.
— Хорошо, хорошо. Я… — Он замолчал на полуслове, повернувшись к Шарлотте. — Чего ты ждешь, девочка? Тебе нужно готовиться к свадьбе!
— Папа, я…
— Больше ни слова об этом! — воскликнул он. — Марш отсюда!
— Я бы попросил вас говорить с моей будущей женой более вежливо, — произнес Нед убийственно тихим голосом.
Мистер Торнтон в шоке повернулся к нему и заморгал.
— Конечно, — сказал он. — В любом случае, она теперь принадлежит вам. Все, что вам будет угодно.
— Я думаю, — сказал Нед, — что нам угодно побыть немного наедине.
— Конечно, — согласился мистер Торнтон, хватая Шарлотту за запястье. — Пошли. Виконт хочет остаться один.
— Наедине с Шарлоттой, — добавил Нед.
Мистер Торнтон посмотрел сначала на Неда, потом на Шарлотту, затем опять на Неда.
— Я не уверен, что это мудрая мысль.
Нед слегка приподнял бровь:
— В последнее время возникло множество глупых мыслей, вы так не думаете? Эта, должен вам сказать, наименее неразумная из них.
— Конечно, конечно, — пробормотал мистер Торнтон и вышел из комнаты.
Нед посмотрел на свою избранную невесту. Она наблюдала, как уходит ее отец, и чувствовала себя беспомощной — он мог видеть это по ее лицу. А, возможно, — пешкой в чужой игре. Но он отказывался ощущать вину за это. Он знал сердцем и душой, что женитьба на Шарлотте Торнтон будет абсолютно правильным решением. Он сожалел, что вынужден быть таким деспотичным, чтобы достигнуть своей цели, но ведь Шарлотта тоже приложила руку к тому, что произошло, не так ли?
Он подошел к ней и коснулся ее щеки.
— Мне жаль, если тебе кажется, что все происходит слишком быстро, — тихо сказал он.
Она ничего не ответила.
— Уверяю тебя…
— Он даже не спросил меня. — В ее голосе был слышен надлом.
Нед скользнул пальцами про ее подбородку и приподнял ее лицо к своему. В его глазах был невысказанный вопрос.
— Мой отец, — пояснила она, моргая, чтобы смахнуть слезы. — Он даже ни разу не спросил меня, чего я хочу. Как будто меня здесь и не было.
Нед наблюдал за ее лицом, смотрел, как она всеми силами пыталась оставаться сильной и бесстрастной. Он видел ее отвагу и силу ее характера, и внезапно у него возникло желание сделать все по правилам, для нее.
Шарлотта Торнтон могла получить поспешную свадьбу, которая была организована для ее сестры, но, Бог свидетель, она заслуживает предложения руки и сердца, которое предназначено лишь для нее одной.
Он опустился на одно колено.
— Милорд, — пискнула она.
— Шарлотта, — сказал он, его голос был полон чувства и желания, — я смиренно прошу тебя стать моей женой.
— Смиренно? — переспросила она, с сомнением глядя на него.
Он взял ее руку и нежно прижал к своим губам.
— Если ты не скажешь да, — сказал он, — я до последнего своего часа буду сходить по тебе с ума, мечтая о лучшем бытие, идеальной жене…
— Ты говоришь в рифму, — заметила она, нервно рассмеявшись.
— Не нарочно, честное слово.
И тут она улыбнулась. По-настоящему улыбнулась. Не той широкой, лучистой улыбкой, которая отметила начало его гибели, но более мягкой, робкой.
Но от этого не менее настоящей.
И в то время как он пристально вглядывался в черты ее лица, для него все вдруг стало ясно.
Он любил ее.
Он любил эту женщину, и помоги ему Бог, ибо он не знал, как сможет дальше жить без нее.
— Выходи за меня, — сказал он, не пытаясь скрыть свое нетерпение или желание.
Ее глаза, которые до этого смотрели на какую-то точку на стене за его спиной, взглянули на него.
— Выходи за меня, — повторил он.
— Да, — прошептала она. — Да.
Глава 7
Двумя часами позже Шарлотта стала виконтессой. Еще через шесть часов она села в карету и попрощалась со всем, что было ей знакомо в этой жизни.
Нед увозил ее в Мидлвуд, его небольшое имение, которое располагалось всего в пятнадцати милях от ее собственного дома. Он не желал проводить брачную ночь в Торнтон-Холле, так он сказал. Его намерения требовали большей уединенности.
Свадьба прошла как в тумане. Шарлотта до сих пор была в таком состоянии шока, пораженная до глубины души романтичным предложением руки и сердца, что она не могла сконцентрироваться ни на чем, кроме того, чтобы сказать «согласна» в положенный момент. Она была уверена, что однажды услышит все сплетни, передаваемые из уст в уста гостями, которые ожидали, что другая невеста пойдет по проходу между рядами в церкви, но сегодня, по крайней мере, она ничего не слышала.
Они с Недом мало разговаривали во время поездки, но это было странно спокойное молчание. Шарлотта нервничала, и она должна была бы чувствовать неловкость, но ее не было. В присутствии Неда было нечто умиротворяющее и надежное.
Ей нравилось, что он рядом. Даже если они не разговаривали, ей была приятна его близость. Забавно, как такое глубокое чувство могло укорениться в такой короткий срок.
Когда они приехали в то, что, как она предположила, было ее новым домом — по крайней мере, одним из них, — Нед взял ее за руку.
— Нервничаешь? — спросил он.
— Конечно, — ответила она, не задумываясь.
Он рассмеялся, его теплый и глубокий голос был слышен из кареты, когда слуга открыл дверцу. Нед спрыгнул с подножки, а затем помог спуститься Шарлотте.
— Какое благословение — иметь честную жену, — прошептал он, позволив своим губам скользнуть мимо ее уха.
Шарлотта сглотнула, пытаясь не концентрироваться на теплой волне, которая, казалось, прошла через нее.
— Ты голодна? — поинтересовался Нед, увлекая ее в дом.
Она покачала головой. Думать о еде она не могла.
— Хорошо, — одобрительно отозвался он. — Я тоже не хочу есть.
Шарлотта огляделась, когда они зашли в дом. Это было не очень большое строение, но оно было элегантным и удобным.
