ко мне, не в силах совладать со жгущим её теплом. Однако в последний миг опомнилась, отпрянула. Испуганно и жадно посмотрела мне в глаза.
— Как её зовут? — уточнил я.
— Василиса… Фесенко… — медленно ответила она. Я чмокнул её в губы и тут же отстранился, чуть придержав потянувшуюся за мною красавицу. Вообще перестала соображать. Наверное, я слишком её разогрел. Не стоило, конечно. Но то что она и её подруги творили с ровесниками-мальчиками — немного меня оправдывало.
— Спасибо! — бросил я на прощание и выскользнул в коридор, оставив ошалевшую девушку. То что мне было нужно — я узнал. А вот воспользоваться её состоянием ради чего-то плотского… Ну, низковато ведь, да?
Тем более что и Княгиня рядом.
— Найди мне комнату, где живёт эта Фесенко, — тихо попросил я соратницу, едва оказался в коридоре. Та ненадолго растворилась в воздухе, а затем материализовалась напротив меня и указала направление. Хорошо, что это быстро. Жаль, что с поиском ответов по смерти директрисы столько времени потрачено оказалось. Но одно дело найти список учеников с приписанными комнатами и сопоставить с планом здания, а другое дождаться пока полицейский специалист проведёт своё расследование, а затем ещё и не сразу доложит.
Дверь Василиса открыла тоже почти сразу и не спросив ничего. Совсем не пуганые они в этом приюте. Очень тепличные условия создала им покойная Крокодильша. Хорошо что хотя бы запираются. Это я проверил перед стуком, покрутил ручку и убедился, что хоть какая-то осторожность у колдуньи имеется.
— Чего тебе? — удивилась ведьма. Я же показал ей её тряпичную фигурку, одновременно оглядывая Василису. Рыженькая, пышные волосы вьются, большие зелёные глаза, да и личико миловидное. Чего же тебя к демоническим искусствам потянула, дурочка? Ты и естественными чарами можешь далеко пойти.
— Есть разговор. Можем здесь в коридоре поговорить, можем у тебя, — сказал я.
— Что это? — она указала на фигурку. Плохая актриса, очень плохая.
— У меня тот же самый вопрос. Но если, конечно, ты ничего об этом не знаешь, то тогда я, наверное, отправлюсь завтра в Первую Церковь и пусть там разбираются кто автор. Вдруг на нём порча? А я ведь не хочу порчу. Никто не хочет, — широко улыбнулся я. — Пусть присылают сюда своих диаконов, а они уже проверяют шалость это или же…
Она молча открыла дверь шире, пропуская меня внутрь. Вторая девичья спальня за вечер. Да я герой-любовник сегодня.
— Чего тебе надо? — спросила Василиса.
— Вы заигрались, девочки, — я нашёл стул, повернул его спинкой к ней и уселся сверху. — Опасно заигрались.
Ведьма скрестила руки на груди, на лице не было ни капли страха.
— После того как Первая Церковь нашла следы ритуала у портала — стоило бы лечь на дно, а не лепить амулетики.
— А ты у нас такой умный, оказывается? — Василиса изменилась лицом от внезапного гнева. — Разбираешься что когда нужно?
— Когда одноклассники пытаются украсть твою душу — это ума хорошо добавляет.
— Где Лена?
Маски сброшены, как я погляжу. А она ведь знала что со мною будет. Может быть, даже обговаривала с Еленой, как будут приносить меня в жертву. Сидела вот на этом самом стуле, и решала мою судьбу. Забавно. Нет, ведьма — это, конечно, плохо. Но ведьма, которая тебе должна — совсем наоборот.
— Не это должно тебя беспокоить, Вася. Подумай лучше, что мне скажут в Первой Церкви об этой штуке, и чем я им могу ответить. Ты ещё молода, чтобы встать на учёт в поселении где-нибудь за полярным кругом. Нужно ли тебе такое будущее?
Она молчала. Ноздри гневно расширились, глаза сузились и метали молнии.
— Ты убил их?
— Не понимаю о чём ты говоришь, — картинно пожал плечами я.
— Как? Ты же тюфяк. Мы выбрали тебя потому что ты… Потому что ты это ты, — почти выплюнула она.
— Всё ещё не понимаю о чём ты говоришь. Давай лучше обсудим церковников?
Мой телефон пиликнул, я глянул сообщение от незнакомого номера:
«Исаак Моисеевич сказал что вам требуется сервисное обслуживание телефона. По какому адресу я могу вас найти?»
Быстро. Очень быстро. Адвокат сделал правильный выбор. Теперь нужно и с Василисой Фесенко также успешно договориться. Я набрал адрес приюта, указал стоянку, а затем поднял взгляд на насупившуюся ведьму.
— Будут ещё оскорбления и недоумения или всё же поговорим?
— Что ты хочешь, — сдалась, наконец, она.
— Во-первых, что это? — я бросил к ней на кровать злосчастную фигурку.
— Ерунда, — отмахнулась она. — Потошнило бы денёк и всё.
Василиса подошла к своему творению, осторожно взяла его и бросила на пол. Накрыла какой-то тряпкой, а затем проколола насквозь невесть откуда взявшейся иглой.
— Зачем ты его сделала? — полюбопытствовал я.
Ведьма прошла к зеркалу у кровати и принялась расчёсываться, глядя на меня в отражении. Смелости ей не занимать, конечно. Это достойно уважения.
— Потому что, — ответила, наконец, она.
— Ответ достойный дворянина. Запомню его. Знаешь, я кое-что знаю о ведьмах, Вася. О том откуда они берут свои знания.
Рыжая поморщилась, но взгляда не отвела, и тот приобрёл заинтересованные нотки.
— В основном они передаются от одной ведьмы к другой, — продолжил я. — Так заведено. Но есть самородки. Те, у кого никогда не было наставника. Те, у кого знания появляются будто сами собой. Твой ведь случай, верно?
Она замерла на миг, кивнула.
— А это значит, что ты установила связь с демоном. Тем, который был заперт в носовской зоне. Он ведь тебя и учил, так?
Василиса обернулась, поджала губы.
— Говоришь как дознаватель Первой Церкви. Будешь заставлять крест целовать?
— Нет, Вася, не буду. Ты редкий кадр. Такие вот как ты потом и становятся наставниками. Лена ведь под тобой ходила?
— Допустим.
— И голос исчез, да? — усмехнулся я.
— … Допустим.
— Ты не очень многословна, — покачал я головой.
— Лена была моей подругой.
— Ты плохо выбираешь друзей.
Она закатила глаза, устало выдохнула:
— Я не понимаю чего ты хочешь.
Я хотел убить всех, кто желал мне зла. Искренне. Всех тех, для кого жизнь одноклассника не стоила ничего. Всех тех, кто строил мордочки, когда переживший их заговор явился за ответом. Я клянусь, что убивал за меньше. Но сейчас мне нужно было другое.
— Ведьмы умеют то, чего не умеют одарённые. Особенно ведьмы способные установить связь с портальным демоном. Способные обучиться у него. Это может мне пригодиться.
— Зачем?
— Потому что, — вернул я её ответ. — Когда я придумаю, что мне от тебя нужно, то вернусь. А пока постарайся избавиться от своих подружек. Они привели к тебе меня. Они же и приведут церковников в будущем.
— Что значит избавься⁈
