Ответ нашёлся быстро — на крыльце я едва не столкнулась с Зольером
— Красота-то какая… — потянул криминалист, опускаясь на ступеньку ниже: — А я думаю, что Виена убивать потянуло… Мазь от синяков принести?..
— Какую мазь? — изумилась я. Криминалист с тяжёлым вздохом развернул меня к зеркальному на солнце окошку.
Боже Великий, я сейчас сгорю от стыда!
Всю мою шею и ключицы покрывали красные пятна и маленькие синяки. Ну Виен, ну как можно!..
Распустила волосы, прикрывая это безобразие каштановой волной. От осознания и внимательного прищура Зольера хотелось плакать.
— Я никому ничего не скажу, но свидетелей выше крыши. Боюсь, скрыть ситуацию не получится.
— Ну и ладно! — фыркнула я: — Небось на вашего Виена девицы гроздьями вешаются! Очередную дурочку пленили холодные глаза. Что в этом такого?..
Он вздохнул.
— Отношения у вас не те, Олли. Нужен доктор?
— Меня никто не насиловал, — огрызнулась в ответ. Больше от безысходности, чем от злости.
Теперь уже мэтр смутился.
— Если будут проблемы, обращусь к Эйлин, — добавила я, всем своим видом показывая, что больше не хочу говорить. Да и зачем, собственно?..
На мои плечи лег большой и тёплый мундир, приятно пахнущий Виеном.
— Я не подумал про шею, — прошептал он, почти задевая губами мои волосы. Ох! Вздрогнула, подскочила и выскользнула из его объятий. — Извини.
— Я должна вернуться в академию! — торопливо выпалила, против воли закутываясь в его мундир. В конце концов, ранее утро на дворе! — У меня вечером факультатив!
Что Зольер, что Виен поглядели на меня с сомнением
— Я могу договориться с Маррксеном… — начал было инквизитор, но я перебила.
— Нет, не стоит. Мне нужна эта лекция. Пожалуйста, Виен.
— Хорошо, — спустя паузу ответил он, — будет тебе академия.
Да, я сбегаю. А что мне ещё остаётся?..
Весь день я провела за бумагами да книгами. Реса ходила вокруг и тяжело вздыхала, но меня не трогала. В конце концов, она свернулась калачиком на кровати и демонстративно засопела.
— Я тебя не держу! — не выдержав, выпалила я: — Иди к своему драгоценному Виену!
Реса приоткрыла глаза и посмотрела на меня исподлобья.
— Я переживаю за него. Мы его наедине со всякими убийцами-маньяками оставили.
Честное слово, я готова была взвыть.
— Он взрослый мужчина, Рес! Справлялся же как-то до нас!
— Но раньше от него княжны не сбегали.
Закатив глаза, я откинулась на спинку стула и принялась изучать потолок. Да, я тоже переживала. Но во-первых, это его работа, а во-вторых… Не могла я! Не хотела его видеть! Мне бы самой разобраться в клубке чувств в душе. Неужели я призналась взаправду?.. Неужели я действительно влюбилась? А Виен?.. Ведь замуж меня никто не звал, обещаний не давал, цветы не дарил…
Ну и к упырям эту мишуру!
Если брат узнает, Виену придётся жениться на собственной невесте. В принудительном порядке. Только мне любовь из-под палки не нужна. Я вообще от замужества сбежала!
Кто же знал, что жених всё равно позарится?..
— А я переживаю, и в гробу я видела все твои брачные метания!.. — хмуро "поддержала" меня Реса. Отвернулась от неё.
Факультатив. Сейчас самое главное — факультатив!
На бумагу, размазывая чернила, капало и капало, и я никак не могла это остановить.
На факультатив пришло гораздо больше людей, чем я рассчитывала. Намного больше. Наверно, аудитория была забита до отказа. Боже Великий, неужели их в принудительном порядке согнали?.. Я совсем этого не хотела!
— Успокойся, Олли, — хмыкнула Эйлин, верно оценившая мой взгляд, — ходят слухи, что мы наконец-то помирились с Империей, а значит, программы обмена не заставят себя ждать. К тому же, у вас мрачная, незнакомая, и тем очень притягательная страна.
— Ну спасибо, — пробурчала я. В словах мастерицы была доля истины — если уж Данимир решился на поездку, то не ради меня. Вернее, не только ради меня.
— Всё будет хорошо, — она с улыбкой похлопала по плечу, — после твоих приключений, факультатив — это такая мелочь.
В глобальном смысле — да, но я никогда не читала лекции большому количеству людей. Хотя особого страха тоже не испытывала. Даже княжна-затворница, по сути, публичная персона. Я привыкла к огромным толпам, но…
Мне просто было не по себе.
Эйлин, как назло, выглядела такой счастливой, что аж зависть брала. Мне счастье точно не грозило. И ведь не хотела расстраиваться, не найдя в толпе знакомых ледяных глаз, и всё равно почему-то расстроилась.
— Добрый вечер! — с трудом выдавила из себя, когда часы пробили три раза, ознаменуя начало лекции: — Сердечно благодарю всех собравшихся! Меня зовут Олли…
Историю Империи я знала на отлично — с неё и решила начать. Про древние племена, которые жили под защитой первых язычников. Про то, как со временем защита превратилась в рабство и угнетение. Люди сбегали и племени и основывали свои города, без язычников. Появились проповедники Великого, новая вера, новые союзы и власть. По аналогии с Валессой, сначала Империей правили церковные чудотворцы — те, на кого не действовала языческая сила. К слову, валессцы всегда считали, что первыми чудотворцами были инквизиторы, но в Империи подобные мысли называли глупостью. Хотя бы потому, что нынешние инквизиторы никакой языческой защитой не обладали — они её даже не чувствовали эту силу.
В чём я убедилась лично.
Зал недовольно загудел, вызывая улыбку. Ну, как говорится, каждая лягушка хвалит своё болото!..
Династия церковников-чудотворцев правила не слишком долго. В один нехороший год язычники стали выходить из тени и плести мелкие заговоры. Расшатывать Империю, отхватившую себе довольно приличный и выгодный кусок суши. Язычники были сильнее, но имперцев — больше. Ответ не заставил себя ждать. Правитель, чудотворец Родемир Кровавый, приказал любыми способами присоединить земли язычников.
Это было самое кровавое десятилетие в истории, последствия которого мы разгребали до сих пор. Именно в то время над Империей чуть не раскрылись "ворота Мары" — портал, который позволил бы нечисти волной хлынуть в мир живых. Уж слишком многих забрала война между язычниками и старой Империей.
Семью Родемира вырезали практически полностью, добрую половину чудотворцев перебили. После войны осталось всего два рода "глушителей" языческой магии, которые сейчас уже не играют особой роли. Порядок пришлось наводить первому Лесовскому — сыну Родемира от служанки-любовницы. Удивительное дело, но молодой правитель справился, оставив после себя хорошее подспорье для великой державы.
Впрочем, справился он не без помощи язычницы, которая всегда стояла за его спиной. Княжна Мариан Темновская — тёмная лошадка в нашей истории, и немногим известно, насколько её любовь к императору изменила мир. Лишь единицы знали, что именно Мариан подарила роду Лесовских кадо, но об этом я, разумеется, рассказывать не стала.
Новой династии всё-таки удалось объединить земли, сыграть на распрях язычников, и установить свой новый порядок. Ну а про недавнее возвращение земель юга слышали даже в Валессе.
И судя по вопросам, в валесской академии прекрасно знали последние сплетни.
Когда я закончила на свадьбе Дана и Марго, вверх взметнулись несколько рук. Выбрала одну наугад и кивнула молодому студенту с хмурым видом.
— У меня вопрос, фройляйн Олли. Как нынешней император мог жениться на обманщице-фрейлине? Ну той, которая попросила в награду за спасение Данимира титул императрицы!.. Ведь это же шантаж! Как в Империи, известной своими суровыми нравами, допустили подобное?!
Вспомнив лицо "обманщицы-фрейлины" на том самом балу, я чуть не рассмеялась.
— В Империи такой приём называется "глухая сплетница", — мягко, с лёгкой ноткой иронии ответила я, — когда в ситуации с каждым новым слухом искажаются факты. На самом деле, имя Маргариты император назвал совету министров задолго до вручения наград. Но для остальных это обставили как желание самой Марго. Я немного знакома с императрицей, и поверьте, её буквально заставили "читать" по бумажке.
