бы уловить и шепот за дверью.
— Мне бы хотелось поговорить с тобой, — она снова бросила многозначительный взгляд на дядю Мира. — Наедине.
Он только пожал плечами и ободрительно погладил мою руку.
— Смотри не поворачивайся к гаргульям спиной, — снова шепнул дядя и бросил озорной взгляд на даму.
Та едва заметно поджала губы, но дальнейшей реакции не последовало.
Дядя улыбнулся мне и покинул комнату, оставив наедине с Марьяной.
Женщина метнула недовольный взгляд в сторону двери, в которую вышел Мир. В глазах дамы блеснули искорки. Помнится, кто-то из моих подруг рассказывал, что дядя и Марьяна были любовниками, но она довольно скоро нашла себе жениха. Кажется, и по сей день они что-то друг к другу испытывают. Их выдают глаза.
— Летта, — уже мягче сказала она. — Я пришла поговорить о твоем наследстве.
Я слегка приподняла подбородок, показывая ей, что готова слушать.
— Твой отец не оставил завещания. — Марьяна снова нервно потрепала перчатки. — По закону все, что принадлежало ему, переходит по праву к тебе. Меня это беспокоит.
Марьяна была знаменитым юристом, лучшим, что можно встретить в этом городе. И так как являлась оборотнем, то хорошо знала и наши традиции.
Я положила руку ей на плечо.
— Я благодарна за твое беспокойство…
— Это не какое-то там беспокойство, — перебила она.
Марьяна шумно втянула воздух и тяжело вздохнула.
— Тебя могут сгрызть заживо, — прошептала она, — когда узнают, что завещания нет. Они ринутся доказывать право альфы. Боюсь, тебе нужно уехать еще до того, как гроб твоего отца коснется земли в могиле.
— Но я не могу уйти! — воскликнула я. — Это ведь… последний раз…
К горлу подкатил горьким ком, и я замолчала.
Марьяна взглянула на меня с сожалением.
— Я понимаю, — ответила она. — Но, если выяснится, что он не отдавал распоряжения сделать альфой того, кто женится на тебе, начнется настоящий кошмар.
— А что будет, когда я уеду?
Дама не ответила.
Я потерла глаза, стараясь унять головную боль, что так и не проходила с утра.
— Мне срочно нужно выйти замуж? — тихо спросила я.
— Да, — кивнула она. — Алексу легче будет доказать свое право на место вожака.
— О, волки лесные, — выдохнула я.
Дама непонимающе похлопала глазами.
— Что не так?
— Ты не знаешь?
Та покачала головой.
Я коротко рассказала ей о помолвке и о том, что случилось потом.
— Дима странно себя ведет, — пробормотала Марьяна. — Помнится, ты говорила, что он тебя все время задирает.
Я усмехнулась и кивнула:
— Да, и даже сейчас это делает.
Марьяна нахмурилась.
— Почему ты сказала «даже сейчас»?
Укус на шее начал чесаться, стоило мне про него вспомнить.
— Он укусил меня, — с неохотой призналась я.
Лицо Марьяны вдруг словно окаменело, а блеск в глазах стал еще ярче.
— Поставил метку? — переспросила она.
— Ну, это не совсем метка, — неуверенно пробормотала я. — Ведь у нас с ним ничего не было.
На губах Марьяны отразилась загадочная улыбка.
— Ты, кажется, рада.
— Летта, — женщина погладила мое плечо. — Ты просто не представляешь, как сильно попала.
Улыбка ее стала шире.
— Не понимаю, о чем ты.
Марьяна прыснула.
— Все ты прекрасно понимаешь. Не такая глупая, как порой изображаешь. И знаешь, почему Дима так поступил и почему не хочет отказываться от боев.
Маски были сорваны. Притворяться не имело смысла. Я даже самой себе теперь не могла врать, что в действительности всё выглядит иначе.
Я всплеснула руками и подошла к окну.
— Не могу допустить, чтобы он выиграл, — отчаянно выкрикнула я. — Он жизнь и мне, и себе испортит. И почему? Потому что его тянет ко мне! А что потом? Вся жизнь как на иголках? Вечная ругань и ссоры? Да я не смогу так и недели!
Марьяна спокойно выслушала мою тираду, кивая в такт словам. На губах юристки все еще была загадочная улыбка, а глаза ярко блестели.
— Все уладится, — ободряюще сказала она.
Я скептически хмыкнула, понимая, что все самое плохое еще впереди. После похорон отца начнется дележка стаи. И это может закончиться катастрофой.
— Вы с Димой помиритесь, — сказала она.
— Откуда тебе знать, — мрачно ответила я.
— Я замужем за таким, как Дима.
Я удивлённо вскинула брови и во все глаза посмотрела на Марьяну.
— В смысле те, чей нюх…
— Не потерял остроты, — кивнула она.
Укус снова зачесался, и теперь это ощущение было гораздо чувствительнее.
— Как ты угадала? — нерешительно спросила я.
Я не упоминала при ней, что у Димы острый нюх. Более того, сама об этом узнала только прошлой ночью.
— По укусу, — ответила Марьяна хмыкнув. — За последние сотни лет мужчины перестали ставить метки на своих парах, потому что не чуяли их запах.
Дама оглянулась, пристально всмотрелась в коридор и сдвинула край шарфа. На коже отчетливо выделялись белые шрамы — следов от зубов. Марьяна несколько секунд показывала их мне, пока снова не сдвинула шарф.
— Мой муж, — сказала она, — встретил меня, когда я вела против него дело. — Женщина поспешно добавила. — Ничего серьезного. Простые распри между кланами. После этой встречи он начал преследовать меня. И я не имею в виду, что мы случайно сталкивались в магазинах или парке. Он вел себя почти как маньяк, который не отходил от своей жертвы ни на шаг. Это продолжалось около недели, пока я решительно не заявила, что посажу его, если не прекратит.
Я слушала Марьяну, затаив дыхание, и когда она замолчала, невольно спросила.
— А дальше?
Юристка улыбнулась.
— Он просто сказал, что я стану его, и на этом преследование закончилось.
Вот так финал истории. Была бы Марьяна автором книг, давно отругала ее за умение останавливаться на «самом» интересном.
— И?
Дама снова улыбнулась. Ее лицо приобрело мечтательный вид.
— Узнаешь, когда Дима решит сделать тебя своей. Но скажу одно — он этого добьется.
По моей спине пробежали мурашки. От ее слов в душе что-то колыхнулось и вдруг, сама не понимая, я захотела, чтобы именно так и произошло. И задохнулась от такого осознания. Попыталась отбросить мысли в сторону, задавить это желание. И когда это получилось, поняла, что все равно не смогу долго себя обманывать.
— Глупости, — слишком резко сказала я. — Чтобы я — этого гада!
— Может, он и не такой гад, — с намеком произнесла Марьяна.
— Самый настоящий!
Женщина надела перчатки. Улыбка на ее губах стала коварнее.
— Поверь мне, Летта, — мягко сказала она. — Добившись своего… А он добьется… Дима станет самым добрым, заботливым и любящим мужем.
Она посмотрела мне прямо в глаза.
— В отличие от твоего Алекса.
Марьяна попрощалась и вышла из комнаты, оставив в полной растерянности.
