– Это тебя вообще никак не касается! – зарычал Юсупов.
– Касается, ещё как касается! – взорвалась я: теперь обиду потеснила злость. – Я расскажу правду, потому что не хочу быть причастной к этой лжи! А тебе, если хочешь занять место своего отца, придётся потрудиться. Честно потрудиться!
– Даже так? – спросил он с хищной полуулыбкой. – Иди, расскажи…
Я уставилась на него настороженно, ибо понимала, что за этим заявлением последует что-то нехорошее. Но вот что?
– Расскажу, сегодня же расскажу, и будь что будет! – с вызовом посмотрела ему в глаза и углядела в них опасные всполохи.
– Ты внимательно прочитала договор? – Руслан неожиданно перевёл тему.
– Что ты имеешь в виду?
– Видимо, невнимательно, – довольно оскалился тот.
– А ты специально подсунул договор в последний момент, чтобы у меня не было времени его хорошо изучить! – бросила я обвиняюще.
– Так тебя никто не заставлял его подрисовать, – с каждой секундой его лицо становилось более серьезным, а голос – твердым. – Пункт одиннадцать – стороны не имеют права разглашать информацию касательно данного договора. Нарушение влечёт за собой штраф в размере, – многозначительная пауза, – восьми миллионов рублей.
– Ты свихнулся? – ошарашенно выдавила я. Нет, нет, мне точно послышалось!
– Твой экземпляр здесь, можешь ещё раз ознакомиться.
– Плевать! – фыркнула, сжимая кулаки в порыве ярости. – Уверена, когда я расскажу правду, твои родители смогут найти на тебя управу! И избавить меня и от тебя, и от этого идиотского договора.
– Это вряд ли, – уверенно заявил Юсупов. – Даже если они выплатят за тебя штраф, от меня ты вряд ли сможешь так легко избавиться. Развод возможен только с моего разрешения, это тоже условие договора, жаль, что ты не прочитала внимательно.
– Что ещё я упустила? – выпалила, с трудом сдерживаясь, чтобы его не придушить. – Может быть, я обязана исполнять супружеский долг? Угождать по определенным дням? Четверг, понедельник, суббота? Когда именно мне выполнять твои прихоти? Только свистни, я на всё готова! – рассмеялась, выпустив с этим истерическим хохотом всё своё негодование. – Думаешь, это так работает? – продолжила бушевать, изредка заикаясь. – Мне плевать на этот чертов договор! Засуди меня, если хочешь. Или можешь жить со штампом в паспорте до конца своих дней. Но это, поверь, меня не остановит!
– Ладно, – он разочарованно вздохнул и протянул мне своей телефон. – Это было на крайний случай, но, видимо, с тобою иначе не выйдет.
Я посмотрела на экран его смартфона и почувствовала, как больно ёкнуло сердце. Проморгалась, не веря своим глазам, и подняла пылающий взгляд на него.
– Не думала, что ты опустишься до такого! – процедила презрительно, сквозь зубы. – Ты самый отвратительный человек на земле!
– Я это переживу…
– Я ненавижу тебя!
– И с этим справлюсь, – его кривая усмешка взбесила меня окончательно. Не помня себя, я вскинула руку, и ладонь устремилась к лицу негодяя. Однако он, увернувшись, поймал мою кисть и сильно сжал.
– А этого повторять не советую, – зарычал, дернув меня на себя. И я жёстко впечаталась в каменный торс.
– Я бы с удовольствием преподал тебе урок хороших манер, – прошипел угрожающе, и его горячее дыхание обожгло мое лицо. – Но радуйся, что в договоре чётко прописано, что между нами могут быть только сугубо деловые отношения. И любая близость исключена.
– Значит, ты уже нарушил договор, поцеловав меня на свадьбе, – промямлила я с отчаянной надеждой.
– Там есть сноска – допустимо в вынужденных случаях, – сообщил он, неотрывно сверля меня своими тёмными глазами. – Поцелуй на свадьбе – вынужденная мера. Такое не повторится без крайней необходимости.
– Мог не утруждаться и не вносить этот пункт в договор, между ними априори ничего не возможно! Мне даже находится рядом с тобой в тягость! – конечно, я преувеличила, но мне сейчас так сильно хотелось его задеть. Да, возможно, глупо и самонадеянно. С чего я вообще решила, что ему есть дело до моих колких слов?
– Не буду тебя вынуждать, – Руслан резко отпустил меня, и я пошатнулась, с трудом удержав равновесие.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
В следующую секунду он развернулся и направился к двери, а я так и застыла на месте, растерянно глядя ему вслед…
Глава 21
Я не спала всю ночь. До рассвета думала над тем, как выйти из безвыходной ситуации. В итоге только разболелась голова. А решение… Решение я не приняла. Вернее, правильным было лишь одно – рассказать правду. Однако я не могла этого сделать, как бы сильно ни хотела. Не могла так подвести родителей. Когда всё раскроется, они от стыда глаза поднять не смогут. Я не имею права поступать с ними таким образом! Возможно, позже, но не сейчас, когда они потратились на эту фальшивую свадьбу. Представляю их разочарование, и мне становится плохо. Придется молчать некоторое время и строить из себя счастливую жену. Одно это будет для меня наказанием. Ибо после вчерашнего мне не хочется даже смотреть мужу в лицо. Мужу? Смешно! Этот самый муж бросил меня в ночь торжества одну в отеле. Без денег и телефона. И моё желание прибить гада лишь усилилось…
Каким-то чудом уснула под утро – и вскочила на постели как ошпаренная, осознав, что потеряла счёт времени. Взволнованно схватила пульт от телевизора и пролистала каналы, пытаясь найти часы. Нашла и выдохнула, снова плюхнувшись на постель: не опоздала, слава Богу. До отлета родителей оставалось три часа. Времени, конечно, у меня в обрез. Нужно придумать, как выбраться отсюда. Не буду же я щеголять на улице в свадебном платье. А денег на такси попросту нет. «Чтоб тебе пусто было!» – мысленно лишний раз прокляла Руслана. Додумался, негодяй… Хотя нет, мне хочется назвать его более нецензурно. Кретин, додумался – отрезать мне все пути к отступлению. Увижу – убью! Обычно я стараюсь быть оптимисткой, но сейчас весь оптимизм улетучился. Ну вот что мне делать? Отель в центре города, денег ни копейки. Родителям позвонить не могу, потому что они будут задавать вопросы, на которые я не смогу ответить. Чей ещё номер я помню наизусть? Ромин, но это тоже не вариант. Лизкин! Да, позвоню ей! По крайней мере, от неё будет меньше негатива, чем от Жени. Завернувшись в белый махровый халат, обнаруженный в ванной комнате, отправилась в вестибюль. В таком виде было очень стыдно появляться на людях, но иного выхода я не видела. «Ах, Руслан, если бы ты только знал, как я на тебя зла… Надеюсь, тебя проберет икота! И уши сгорят от стыда!» Представила его с красными ушами и невольно усмехнулась.
Собравшись с духом, подошла к администратору на ресепшен, и, поздоровавшись, попросила:
– Я могу от вас позвонить? У меня сел телефон, а зарядки с собой не оказалось.
– Да, конечно, – парень сразу же протянул мне телефон.
Поспешно набрала номер подруги, и, когда та ответила, я тихо протараторила:
– Лиз, это Ника, мне срочно нужна твоя помощь.
– Ника?! – воскликнула подруга. – Вы куда вчера так резко пропали, никого не предупредив?
– Потом расскажу. А сейчас, пожалуйста, возьми какие-нибудь вещи и привези мне в отель. Записывай адрес.
Подруга пообещала приехать как можно скорее, и, немного успокоившись, я вернула телефон администратору.
– Спасибо, – поблагодарила, улыбнувшись, и решила на всякий случай предупредить о гостье: – Ко мне скоро приедет подруга, пропустите, пожалуйста, её ко мне в номер.
– Конечно, простите, а вы из какого номера? – поинтересовался молодой человек.
– Из двести двенадцатого.
– Секундочку, – он что-то посмотрел в блокноте. – Вероника Михайловна, правильно?
– Да, – ответила, немного растерявшись.
– Как удачно вы пришли! Ваш супруг просил передать вам, – сообщил администратор и с широкой улыбкой протянул мне банковскую карту.
– Благодарю, – выдавила я, замешкавшись, но карту всё же забрала.
«Боже, какая невиданная щедрость и забота! Уму непостижимо!»
Лиза приехала довольно быстро. И привезла мне свою одежду, если, конечно, это можно назвать одеждой. О чем я вообще думала, когда просила её привезти мне вещи? Почему не конкретизировала свою просьбу?
