Монитор? Нет. С ним всё ясно. Считай что решено — будем договариваться.
Тогда что?
Что Марк, старый дружища Марк использовал своих прославившихся уже по всему Краю подгорных ящеров на подготовке полыньи для демонстраций этого чудовища? Что за неделю подготовки демонстрации их руками с помощью обычных ручных пил и детских саночков расчистил от зимнего льда такую огромную часть залива, позволившую этой компании продемонстрировать всю эффективность этих их так называемых «наливных барж» и монитора? Да нет, ерунда это.
Что? Что же тогда его беспокоит?
— Слышь, Маш, — повернулся он к банкирше. — А правда, что вы сдаёте своих пленных в найм на сторону? Да ещё с этого и хорошие деньги имеете?
— Правда, — поморщилась Маша. — И ты туда ж, — обречённо вздохнула она. — Ну что ж. Если тебе надо, заказывай. Тебе мы, так уж и быть, по блату первому очередь уступим. Но только до весны. После, извини, своих планов полно. И не больше сотни, — мрачно посмотрела она на клановщика. — И кормежка за твой счёт.
Приплясывающая на холоде её изящная, несмотря на двое родов фигурка, затянутая в дорогущий, нагольный полушубок, неизбывную мечту его жены, чуть было не вызвало на лице Куницы насмешливо ехидной ухмылки. Вот ведь дурочка. Приехала на показ речного монитора, в Богом забытый угол на берегу залива, в снег, на продуваемый всеми ветрами берег, и не надела тёплой обувки. Нацепила на ноги хромированные изящные сапожки. Вместо валенок! И форсит. Перед кем?
Вот же бабы дуры. Поморозит ноги, свалится с температурой. Кто тогда выполнять будет все эти их громогласные и завлекательные предложения?
Одна Белка? Так та молодая дура не лучше, — неодобрительно покосился он на неподвижно стоящую рядом с первой и вторую фигурку.
О! Такая же! Правда, почему-то не пляшет. Но тоже в сапожках вместо валенок.
И этой весна в голову стукнула!
Боятся что валенки промокнут? А галоши на что? Не модно?
— «Совсем эти землянки наших баб развратили, — вдруг вспыхнуло в груди глухое раздражение. — Так, глядишь, и моя фифа скоро форсить будет в холодных хромовых сапожках, вместо тёплых валенок.
Ё-п-р-ть! А ведь моя старшенькая уже пару раз мявкнула, что и ей бы не помешал точно такой же вот подарок на весенний праздник, чтоб перед парнями пофорсить. Сапожки ей! Калоши ей новые, а не хромовые сапожки».
«Пусть недельку теперь поспит на животе, с поротой задницей, любительница моды. Иш! С кого вздумала дурной пример брать! С Машки!»
«Всё, всё, всё, — постарался мысленно оборвать он мысли не к месту. — Возвращаемся к тому, с чего начали. Что странного в происходящем?»
Куда прёшь! — рявкнул он на чуть было не задевшего его своим возком со льдом пронёсшегося мимо ящера. — Не видишь!
Морда зубатая, — тут же сбавил он тон, краем глаза заметив КАК зыркнул в его сторону ящер.
— «Ну его, — подумал Куница. — Из охраны — никого. И ЭТИ кругом, без привязи».
Всё-таки было что-то неправильное в том, что компания землян использовала в своих целях бывших подгорных людоедов. Не говоря уж о том, как она их использовала — без охраны. Пусть была от них польза, и несомненная, но, всё равно — это всё неправильно. Хороший ящер — мёртвый ящер.
— «Стоп! — мысленно остановил он себя. — Что только что пришло мне в голову? „Хороший ящер — мёртвый ящер“.»
— «Вот! — чуть было не подпрыгнул он от радости. — Ящеры! Несуразица в них!»
— А Косой, да рябой тоже пользовались вашими услугами?
— Чего? — недоумённо глянула на него Маша. — Боюсь, я тебя не понимаю. Какими услугами?
— Ну, этими, — замялся Куница.
— Какими этими? — вдруг захолодела лицом Маша. — Выражайся яснее.
— Пленных давали им на работы? — наконец-то поспешно сформулировал вопрос Куница. Под жёстким взглядом Маши он вдруг почему-то почувствовал себя неуютно. — Голова со Старостой брали у вас пленных на какие-либо работы для себя?
— А-а-а, — как-то странно нехорошо покосилась на него Маша. — Что? Тоже надо пруд под карпиков в усадьбе выкопать? Тоже решил заняться ландшафтным дизайном у себя дома?
Никак твоя Сашка уговорила таки тебя выкопать ей декоративный прудик у вас в садку? Ладно, рассмотрим ваше предложение, господин Куница, — расплылась в улыбке Маша. — Для такого благого дела, поддержать девчонку, мы так уж и быть, выделим вам пару землекопов. Так сказать, по блату. А Сашке, передашь привет и скажешь, что если ещё чего надо, то пусть сама подходит. Сделаем.
— Этих, — небрежно кивнула она в сторону залива. — Этих у нас много. И никакой промёрзший грунт их не остановит. А сейчас они вообще без дела маются. Зима.
Вспомнив в каком пребывает положении сейчас его старшая дочь Саша, что та лежит на печи дома кверху поротой задницей, Куница поскучнел. Лучше бы сейчас этой молодухе было не знать, что он вожжами выпорол свою дочь. «Поучил», так сказать.
Как бы такое вот «поучение», не вылилось бы сейчас в настоящий скандал. Не ко времени. Хорошо что эти две молодухи ничего не знают, а то могли бы и его самого выпороть прямо вот здесь, на берегу этого залива. С этих станет.
Покосившись на отвлёкшуюся в сторону Машу, Куница постарался не возвращаться больше к данной теме. Эти две шалавы могли и не такое учудить. С них станется. А охрана, как назло, застряла где-то на берегу, охраняя внешний периметр. Мол, тут всё под контролем, спокойно.
— «Да какое тут спокойно, — чуть не выругался он вслух. — Ящеры без привязи свободно вокруг ходят. Лёд из полыньи таскают куда-то в сторону, продолжая расчищать от него залив. Набросятся — кто остановит. Машка? Эта…»
Смотрю, вы решительно взялись за дело, — кивнул он в сторону залива. — Такими темпами со своими ящерами вы за пару дней полностью освободите залив ото льда.
Может солнышка лучше подождать? Ещё месяц, другой и оно само тут всё растает.
— Если мы с вами договоримся, — улыбнулась уголком губ Маша, — то нам уже сейчас нужна свободная вода в заливе, чтоб восстановить у команд барж утраченные за зиму навыки. А там, на реках возле заводов, куда мы их потом перетащим, нет места для этого.
Тут же, — кивнула она в сторону озера. — Натуральный полигон. Стреляй, не хочу. И расчищать ничего не надо. На десятки вёрст вокруг ровная белизна. И всё видно. Кто, как и куда стреляет, — уже широко, не скрываясь расплылась она в весёлой улыбке. — Корней давно хотел сюда перебраться, потренировать своих парней. А то там стрельнешь, а куда попал — поди разбери за стеной леса. А вырубать поляну под стрельбище — нет ни сил, ни времени.
— Да, сложно там у него, — понимающе покивал Куница. — Как, последнее время не шалят?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
