Читаем без скачивания Записки офицера… или семнадцать мгновений жизни - Юрий Семендяев

— Садись, когда еще можно подыхать таким воздухом, пропитанным смолой и хвоей.

Лирическое настроение у него, заметил я, но все же присел напротив.

— Не буду тянуть кота за…, — Отец хмыкнул, — сам знаешь что. Есть работка, не совсем обычная. Скажем так, совершенно не стыкующаяся с тем, что ты делал до этого.

Я внимательно слушал начальника, сколько помню, слушать его вполуха никогда не получалось. То ли интонации его голоса, толи еще что, заставляли ловить любое слово с жадностью. Запоминать. Может их, начальников таких подразделений, учат этому. Может, они обладают какими-то ментальными возможностями. Кто их разберет.

— Ты прекрасно знаешь, из той информации, что я тебе давал, о группировке «Ренегаты». Люди, ставшие изгоями в своих группировках или покинувшие их по личным мотивам. Которые не нашли пристанища ни в одной из многочисленных организациях на территории Зоны.

— Да, я читал эту информацию, — подтвердил его догадку я.

— Так вот, на самом деле информация об этой группировке скудная. Вернее, есть лишь общие сведения. Кто ею руководит, какие цели они преследуют, почему враждуют с «чистым небом»? Ничего конкретного нет. Понимаю. Я не могу надеяться на то, что ты найдешь ответы на эти вопросы за отведенный тебе месяц. Если согласишься, конечно. Но хотя бы что-то, прощупать и то хорошо. Легенду тебе подготовили. Ты бывший боец «Долга», который не согласен с изменениями в политике группировке, ужесточении вертикали власти. Путь в «Свободу» тебе закрыт, сам понимаешь, по какой причине. В одиночки ты идти не хочешь, так как дух «Долга» начинает проникать и туда. Работать сам — тоже не вариант, ты человек компании, а не волк-одиночка…

— Ага, придется перечитать сборники анекдотов, выучить пару танцев с бубном и научиться петь под губную гармонь и там-там, — ввернул я.

— Вот-вот, любишь язвить, юморить, — продолжил Отец, — Сперва ты хотел подать в компанию Шелеста, но после его похищения и разгрома основной части группировки долговцами, отказался от этой мысли. Остаются кто? Наемники, чистонебовцы и ренегаты. К первым попасть не просто, да и возьмут ли? Вот вопрос. Вторые — слишком «умные». Их идеология для ботаников, а не для воина. И вот, прикинув все варианты, ты понимаешь, что ни одна из группировок тебе не по душе.

— Логичный выбор — ренегаты. Так как я и так уже ренегат, раз покинул долг.

— Верно. К болотам тебя выведут, а там, там по обстоятельствам. Экипировку получишь такую же, как у бойцов «Долга», но без знаков различия. Ты же знаешь, они не забирают ее у тех, кто уходит. Это их кредо.

Обсуждали мы все нюансы еще часа два. Потом пошли в обратный путь. Продолжили обговаривать детали в кабинете Отца, куда нам доставили ужин. В этот день я засыпал со смешанными чувствами. Готов ли я к такой жизни? В принципе, это ничем не отличается от одиночного рейда, только придется играть роль. Но ведь кто-то же говорил: «Весь мир театр, а люди в нем — актеры». Вот и проверим эту истину.

— Ха, ты смотри какое чудо к нам к нам забрело? — появившийся из-за куста малый был одет в черную кожаную куртку, спортивные штаны, явно китайские, если учесть что название фирмы «Адидас» пишется с буквами «д», а не «б». Вязанная шапочка и обрез довершали картинку.

— Хмырь, не наезжай на человека, — за его спиной появился крупный мужик с пышными усами.

Вслед за этими двумя выкатились еще четверо братков. Усатый имел наиболее презентабельный вид. Сразу видно, кто в стаде вожак.

— Ну что молчишь? — спросил усатый, — давай, кажи, куда идешь?

— Да никуда, просто не был на болотах никогда, вот и решил, почему бы и нет, — ответил я.

— Хм, вот так раз и пошел? А как же отцы командиры на это посмотрели?

— Какие командиры? — упал на мороз я.

— Ты мне тут глазки не строй, — обступившие меня на расстоянии братки, наблюдали за диалогом. — Костюмчик-то явно долговский, машинка ихняя…

— Костюмчик говоришь, — я смотрел в глаза собеседника, отмечания неумелые движения толпы, — это верно, а вот машинка, — я похлопал по металлу ОЦ-14, — моя.

— А щас будет общая, — радостно произнес тот, кого звали Хмырем.

— Рискни здоровьем, — я повернулся к нему, — затолкаю зубы так глубоко в глотку, что жевать станет удобнее задницей.

Толпа дружно заржала. Ухнул глыбами смеха и усатый.

— Хмырь, увянь. Дай потрепаться взрослым дядькам, — усатый убрал ствол МП-5, смотревший мне в живот, — пойдем, обсохнем, поговорим, за жизнь покалякаем.

Повернувшись спиной ко мне, усатый потопал за кусты. Пришлось последовать за ним. Остальная веселая и разношерстная компания пошла следом.

Две недели я ползал по болоту с это компанией. Сблизился с усатым, которого все называли Кабан. Хмырь оказался молодым парнем, вполне адекватным. Его наигранное поведение веселило всех в компании. Были еще Баклан, Вареник, Слон и Боцман. Четверка приближенных к Кабану. Остальные так… ни рыба, ни мясо, либо такие же новенькие, как и я. Группа Кабана было одной из самых одиозных из разнокалиберной когорты ренегатов. В первую неделю мы встречались с тремя группами, как говорил Кабан, общение идет регулярное. Согласовываются точки, которые контролируются группировкой, но кто стоит у руля, не знает даже он.

— Есть слушок, что пахан обитает где-то западнее, — рассказывал Кабан в одной из наших доверительных бесед за кружкой крепкого чая, — где развалины железнодорожного моста. Слыхал?

— Слыхал, — кивнул я, — но там радиация.

— Верно. А подходы к мосту через хутор охраняет группа Черного, крепкий малый, — Кабан пыхнул папиросой.

Такие беседы у нас были каждый вечер, иногда на них присутствовал Хмырь, засыпавший к концу разговора, чем вызывал неизменную улыбку на лице Кабана. Так я и не понял, толи Кабан был родственником этого паренька, толи просто полюбил его как сына…

Трижды за время моего ренегатства мы сталкивались с передовыми отрядами «Чистого неба». Скоротечные бои проходили с переменным успехом. Сказать честно, бойцы из чистых еще те. Если бы снабдить группу Кабана хорошей броней, дать стволы поприличнее, да подучить тактике…полный тунец коту Ваське. Если под котом понимать чистых. Но в мои планы это не входило. Информация собиралась по крупицам, большинство ее было из категории слухов, домыслов. Однако вывод был один. Кто-то создает новую группировку. Кто? Зачем? Нет ответа. Понятно одно, этот человек или группа лиц — не профи боя. Создание группировки сродни команде Шелеста или Борона, некогда обитавшего в Темной долине, имеет одну цель — нажива. Но если бандиты были в основном блатарями, то здесь, у ренегатов, попадались полезные организмы. Подчинив которые, можно создать подобие порядочной команды.

Истина цель моего пребывания у ренегатов выяснилась неожиданно. В то утро Кабан отсутствовал, он был на сходке командиров групп. Вернулся он в бодром расположении духа. Позвал Боцмана, Хмыря и Слона к себе.

— Так-с, сегодня будет большой сабантуй. Мы и команда Тракториста пойдем выбивать чистых из старой церкви, там к нам подтянутся ребята Черного.

— На кой хрен нам церковь? — поинтересовался Слон, — мы же держали ее, но решено было отдать.

— Нужна не церковь, — Кабан пригладил усы, — надо захватить троих чистых. У них отличаются от остальных. Но брать надо живыми! Обязательно! И главное, предупредите всех, кто швырнет хоть один «лимончик» — заставлю потом такой же сожрать. Ясно?

Нихрена было не ясно. Но все закивали. Разбрелись кто куда. А к обеду Кабан протрубил сбор. Группа выдвинулась у церкви. В паре километров от нее к нам примкнул отряд Тракториста. Огромная детина в промасленном джинсовом комбинезоне и черном рваном плаще крепко обнялся с Кабаном и передал отряд под его командование.

Бой завязался на подходе к церкви, где нас встретил пост чистых. Потери были и у нас и у них. Но счет четыре два в нашу пользу устроил Кабана и сводная группа рысью ломанулась к церкви. Там уже трещали выстрелы, еще один союзник — Черный, начал атаку на церковь с другой стороны.

Расчет был верный. В шуме боя никто не обратил внимания на стрельбу с южной стороны. Чистые отступали, отступали как раз на юг. Двенадцать бойцов в комбинезонах с голубыми вставками на рукавах прикрывали троицу в зеленых научных комбезах. Эта троица тащила хромированные чемоданы. Видимо эти чемоданы и эти трое — основная цель ренегатов. Пришлось побегать, прикрывая фланги нашей группы. Но это семечки, и не в таких передрягах бывал.

Самое интересное началось, когда из бойцов «Чистого неба» осталось всего четверо. Они затащили ученых в небольшой бревенчатый домик и готовились держать там оборону. Молодцы, парни быстро смекнули, что гранаты швырять никто не будет, а без артподготовки взять избу становилось проблематично. Время тоже было на стороне обороняющихся. Подмога могла подойти в любое время. Зато ренегаты оказались в тупике.