Около 10 марта был получен приказ адмирала — всем клиперам, стоявшим в Кобэ, приготовиться к походу и, по мере готовности, следовать в Сингапур с заходом в Гон-Конг. Около 15 марта «Наездник» вышел в океан, направляясь в Гон-Конг. В океане дул свеженький, нам попутный NO, и мы пошли под парусами, неся брамсели, и имели до 10 узлов ходу.
Спускаясь к югу, мы постепенно снимали с себя сукно и за островом Формоза переоделись во все белое. За 15 миль до Гон-Конга закрепили паруса и пошли под парами. Вблизи берегов был слабый туман, и из тумана скоро выяснился «Джигит», миль на 10 впереди нас и шедший одним курсом с нами. Гордясь своею английскою машиною, командир и наши механики не могли не погоняться с «Джигитом» и давай прибавлять пару. Заметив, что мы его нагоняем, «Джигит» стал прибавлять ходу, и началась гонка; перед входом на рейд Гон-Конга мы его обогнали и стали на якорь на полчаса раньше «Джигита».
Этот случай послужил яблоком раздора между двумя клиперами, и в дальнейших переходах соперничество росло до самого Кронштадта. До сего времени кают-компании обоих клиперов были очень дружны, и мы ценили его дружбу как «старожила» Тихого океана к «новичку» — «Наезднику», пришедшему сюда на полтора года позже. На этом рейде наши кают-компании обменялись еще визитами, но уже было заметно охлаждение между нами; в разговорах же о гонке вовсе не упоминалось, как будто ее и не было.
Остров Гон-Конг — главная английская колония в Китае и база английского флота на Тихом океане. Рейд на стоянку судов заключен между высоким зеленым островом с пиком Victoria и двумя малыми островами, на которых расположены доки, адмиралтейские мастерские, склады и форты. Город расположен на берегу большого острова. Масса красивых домов европейского стиля, отели, магазины, клубы, площадки для игр, длинная гранитная набережная с многими пристанями. На склонах зеленой горы лепятся богатые виллы; главное дачное место раскинуто на самой вершине; там сравнительно прохладно, и богатые англичане имеют там виллы, где спасаются от городской жары по окончании дневных занятий.
Из города на пик проведена проволочная железная дорога — фюникюлер. Дальше в глубь города тянется китайский квартал; это главный центр торговли китайскими шелками, изделиями из слоновой кости, черного дерева и китайского фарфора. Здесь же обширная торговля манильскими сигарами. Любители покупок прекрасных вещей китайской и японской мануфактуры найдут в Гон-Конге буквально все в громадном выборе. Бывалые наши офицеры, хорошо знакомые с Востоком, обыкновенно воздерживаются от покупок в других городах и берегут деньги на Гон-Конг, зная, что здесь можно сразу накупить подарков на самые изысканные вкусы и по твердой цене.
Предчувствуя, что «Наезднику» придется из Сингапура возвращаться в Россию, мы делали здесь покупки на все оставшиеся у нас деньги. Уходить из Гон-Конга нам очень не хотелось, но надо было выполнять предписание адмирала, и мы ушли в Сингапур. Переход этот мы сделали в 6 суток, идя большую часть пути под парусами. В Сингапуре на рейде мы застали наши суда: «Минин» (флаг адмирала Штакельберга), «Джигит», «Азию» (флаг адмирала Асланбекова) и «Разбойник» с разбитым носом и сломанным бушпритом.
Обменявшись салютами и визитами, мы прежде всего заинтересовались аварией нашего приятеля — прошлогоднего попутчика «Разбойника» — и поехали к нему в кают-компанию узнать, в чем дело. Оказалось, что он шел из Нагасаки совместно с «Азией» (адмиралом Асламбековым). Адмиралу вздумалось поучить «Разбойника» (командир В.В. Житков) морскому делу, приказав ему в океане на полном ходу резать себе (т. е. «Азии») корму, при этом требовалось резать «тонко», т. е. как можно ближе пройти с шиком к адмиральской корме, для этого на «Азии» был выпущен за кормой буек на тонком коротком буксире. «Разбойник» обрезал раз, обрезал второй раз. «Береговой» адмирал каждый раз подымал сигнал «ближе». В третий раз «Разбойник» угодил ему в корму: снес катер, отрезал кормовой планшир и снес гафель с флагом; себе снес бушприт со всей оснасткой и обломал форштевень. Словом, забава адмирала (по прозванию «бум-бум эфенди») обошлась недешево. Оба, битые, пришли в Сингапур в таком плачевном виде.
Сингапур — низкий, покрытый зеленью остров — лежит у южной оконечности полуострова Малакка у самого экватора. В географическом отношении этот порт занимает весьма выгодную позицию, находясь на поворотном пункте пароходных путей из Европы в порты Тихого океана. Это обширная угольная станция, снабжающая топливом суда, идущие на Восток. Сам остров производит ананасы, бананы и прочие тропические фрукты, вывозимые отсюда в виде консервов. Сам город, расположенный в зеленых аллеях тропической растительности, напоминает Батавию. Есть несколько хороших гостиниц; магазины с мануфактурой Востока, музеум, ботанический сад. В глубь острова ведут прекрасные дороги, по сторонам которых расположены ананасные и банановые сады.
В Сингапуре мы провели Страстную и Святую недели. Команда говела на «Минине», где имелся священник, а заутреню служили у себя на клипере. Команда получила к разговению яйца, пасхи, куличи и вино. В кают-компании также был полный стол.
ПОИСКИ УГОЛЬНЫХ СТАНЦИЙ
После Пасхи адмирал Лессовский приказал судам разойтись поодиночке в плавание по Зондским островам и Бенгальскому заливу с целью изучать редко посещаемые места и кстати поискать на мелких островах укромные бухты, которые могли бы служить нашим крейсерам угольными станциями в случае войны с Англией, с которой Россия была все еще в натянутых отношениях со времени турецкой войны и Берлинского конгресса. Вот наши суда и пошли бродить по «диким» островам: кто на Борнео, кто на Целебес. «Джигит» — на Суматру, а «Наезднику» было приказано исследовать берега Малакки и городок на полуострове того же имени, потом бухту Penang-bay и затем забраться, вдоль Малаккского берега, на север в Бенгальский залив и поискать там бухту на одном из островков Сиамского архипелага.
В г. Малакке нашли маленькую гавань с пристанью, на мачте был поднят английский флаг. Когда мы стали на якорь, то к нам на шлюпке выехал под военным флагом harbour master и спросил, что нам угодно. Мы ответили, что остановились по случаю порчи машины.
Англичанин выразил нам свое сочувствие и сожаление, что у него в гавани не имеется ремонтных, но он пошлет в Сингапур телеграмму и оттуда пришлют каких угодно мастеров для нас. Командир поблагодарил и отказался, сказав, что, вероятно, справимся сами.
Клипер «Наездник» на Дальнем Востоке
Ночью мы снялись и ушли в Пенанг. Там оказался целый город с несколькими отелями, порт с угольным складом и мастерскими, телеграф во «все Европы» и английская канонерка на рейде. Ну, какая же это «пустынная бухта»? Не везет нам в поисках. Но уже в Бенгальском заливе мы, наверное, найдем подходящую бухту. Утром ушли туда. На пути рассмотрели карты Сиамского архипелага и наметили себе островок Pouket-harbour, по очертаниям отвечающий нашим поискам, и пошли на север, в глубь Бенгальского залива. Через два дня подошли к этому островку. Действительно остров имел внутри себя прекрасную, совершенно закрытую, глубокую бухту площадью около квадратной мили, густым тропическим лесом замаскирован вход в бухту. Словом, островок нарочно созданный Богом для наших целей, приходи и бери его обеими руками; да к тому же еще и весь архипелаг принадлежит Сиамскому королевству, нейтральному с нами; стало быть, препятствий никаких не будет.
Малым ходом, ощупывая глубину лотом, мы с рассветом вошли крадучись и стали на якорь внутри прекрасной закрытой бухты, точно на озере. С восходом солнца начала просыпаться расположенная на близком берегу деревня туземных обитателей: женщины пошли с кувшинами к источнику за водой, ребята выбегали из шалашей и играли голышом на пляже, плескаясь в воде; залаяли на нас собаки, и домашний скот пошел на водопой. Через полчаса несколько туземцев подъехали на долбенной шлюпке к нашему борту, предлагая ананасы, манго и еще какие-то овощи тропической природы. На наши расспросы они показывали руками на противоположный берег внутри бухты и что-то объясняли; но мы решительно ничего не могли разобрать. Рассматривая в подзорные трубы тот берег, мы с полным рассветом и восходом солнца разглядели там пристань и на мачте красный флаг, впоследствии оказавшийся сиамский с белым слоном внутри.
Вскоре от пристани отвалил вельбот с 5-ю гребцами под сиамским флагом и через полчаса пристал к борту. Европеец в тропической каске и белом костюме оказался англичанин — harbour master, состоящий на службе у сиамского раджи, живущего в глубине острова. Раджа, будучи вассалом сиамского короля, полный владетель этого острова, платит определенную дань в сиамскую казну за добываемый свинец, находящийся в горах острова. На свинцовых рудниках работают до 2000 китайских кули. Раджа имеет во дворце военную охрану в 50 человек сиамских солдат под начальством английского наемного сержанта.
