– Догоню, не переживай, – недовольно буркнула девушка, поднимаясь с пола.
Охранники как раз вышли, не став ожидать парочку, и только покрикивали за порогом, чтобы те поторапливались.
– Тряпицу-то прихвати на всякий случай, для доказательства, – посоветовал Росомаха и вдруг шагнул к девушке, шепнув ей в ухо: – Я заберу тебя этой ночью, не дам им тебя убить.
– Ты это о чем? – шла за ним вслед Бри и не понимала, что он ей говорит. Тело все еще пошатывалось от слабости передачи энергии, а перед ее глазами так и стояло оранжевое свечение магии. – Как ты это сделаешь?
Но Росомаха не успел ответить. Они вышли в большой зал с мраморными колоннами, на которых от влажности собрались капельки воды. Словно в бреду, девушка подошла к высокому креслу, куда переместился из бассейна император, опять же в окружении тихо хихикающих девиц, и бросила ему под ноги ткань с бурыми пятнами крови.
– Вот. Довольны?
– Смотрю, таггиру удалось справиться со строптивой, – хмыкнул нагло император, а потом крикнул: – Сэнктин! Иди же сюда! Ты где?
Худощавый маг появился из задней части помещения, с недовольным выражением лица выходя из полумрака. Он шагнул к Бри, включая свой энергетический резерв, провел руками около ее тела. Даже сама Бри заметила, как удивленно вытянулось в этот момент его хмурое лицо. Она ничего не чувствовала сама, поэтому знала, что вряд ли обнаружит ее магию.
– Нет магии звезд. Она исчезла, – вынес Сэнктин свой вердикт. – Вы оказались правы, Ваше Императорское Величество. Произошел акт соития.
– Видишь! Я же говорил, что они лишаются силы с потерей девственности! – довольно произнес император. – Я слышал это от своего отца еще в детстве.
– Что будем делать с таггиром? – поинтересовался маг у императора, решив, что спорить себе дороже.
– Я чувствовал ауру соития у Каллисты, говорю же вам! Пять дней тому назад, – поднялся маг Брут, оттесняя Сэнктина.
– Следи за своей женой, Брут! – резко обрубил его император. – Кстати, не помешало бы пригласить к нам в следующий раз и ее. А Росомаха будет жить. Он отличный боец, и не раз это доказал. Он еще принесет нам победу на играх в честь окончания лета.
Брут заткнулся, не сводя взгляда со сжавшейся девицы, которая молчала.
Бри думала о мужчине, который был готов пожертвовать своей жизнью ради нее. И о том, какие же твари император вместе со своими магами. У самого владыки не имелось никаких способностей, все это знали и говорили втайне друг другу, хоть Риасмаса и считали божественным потомком.
– Бывшую звезду казним утром, как и планировали, вместе с другими осужденными. Сэнктин, позаботься о том, чтобы слухи о ее казни донеслись до самого Роддернара. Увести! – махнул рукой владыка.
Через несколько минут Бри оказалась в комнате совершенно наедине со своими мыслями и переживаниями. Только слова таггира не выходили из головы. Как он хотел вытащить ее из этого Умора? Это просто невозможно, с такой-то охраной во дворце.
И что за странная магия у него вдруг проявилась? И почему ее сила при этом утихла?
Чтобы не думать ни о чем, Бри просто легла на койку, всматриваясь в лик одинокой звезды в оконце. И вдруг почувствовала, что ее сила снова восстанавливается, словно Бри тянула звездную энергию, впитывая в себя.
Глава 4. Глоток свободы
Поздней ночью, когда императорский дворец погрузился во мрак, и лишь отдельные охранники прохаживались по опустевшим после праздника коридорам, Кэссиен выглянул из комнаты, чтобы оценить обстановку. В крыле таггиров тоже хватило развлечений этим вечером: император отправил своим любимым рабам несколько миловидных девиц, которые услаждали оставшихся в живых бойцов.
Кэссиену, Неро и громиле Улиссу пришлось находиться со всеми, чтобы не вызвать подозрений у других таггиров. Покажи одному – захотят бежать все, ведь слухи распространяются быстро. И тогда прощай весь план, который они столько продумывали. Не слишком-то хотелось завтра снова оказаться на арене и принять участие в массовой казни, но уже в качестве приговоренных за побег.
– Кажется, там никого. В это время стража проверяет другую часть здания. А наш Ортус напился в хлам, – вспоминая постоянного охранника крыла таггиров, тихо отозвался Кэссиен Мелькарт.
– Где коротышка Бастор? Он должен был сам прийти сюда, – хрипло спросил Росомаха, прислушиваясь к звукам в коридоре.
– Он искал тебя вечером, пока ты был у Риасмаса. Думаю, крутится неподалеку. Идем, попробуем его отыскать. А заодно заглянем к Неро. Надеюсь, сегодня ночью к нему не явится какая-нибудь лярва.
– Главное, чтобы она не явилась к нам, – тихо усмехнулся таггир.
Подобно теням, оба бойца выскользнули из комнатушки. Здесь не имелось дверей, а выход представлял собой каменный свод, у которого дремал тот самый Ортус, упомянутый Кэссиеном Мелькартом. Но даже если бы он проснулся, то ничего бы не понял, ведь таггиры часто покидали эти коридоры по разным причинам. Нельзя выходить лишь за ограждение крыла – за это нарушение можно получить хлыстом, а то и вовсе попасть в карцер.
– Идем, пока тихо, – одними губами произнес Росомаха.
Он поднял голову, глядя на безлунное небо, где мерцали далекие звезды. Одна из них сегодня светила особенно ярко, и Росомаха снова вдруг вспомнил о девчонке, которую пришлось лишить невинности. Их план рушился, ведь для спасения Бри нужно было попасть в крыло одалисок императора. Ценную добычу Риасмас предпочитал держать ближе к себе, а точнее, к Сэнктину, который мог бы остановить звездную магичку.
Они оглянулись еще раз. Охранник храпел; его усы при этом смешно шевелились, а потом губы расползлись в блаженной улыбке, словно ему снились те самые одалиски, что находились здесь вечером. Кэссиен махнул рукой, и они тихо прошли мимо мужчины, а потом перепрыгнули через две ступени на соседнюю площадку. Там начинался коридор, перпендикулярный первому, с таким же сводчатым входом, из него повеяло сыростью, ведь крыло таггиров находилось на нижнем этаже, и полом в самих коридорах являлся плотно утрамбованный грунт.
– Вот и хорошо. – Кэссиен метнулся к нужным деревянным дверям и постучал, использовав кодовый сигнал.
Их уже ждали – двери открылись, и из-за них выглянул Неро, полуобнаженное тело которого сливалось с темнотой.
Улисса пришлось ждать дольше всех, ведь он сегодня решил развлечься, и в его постели до сих пор нежилась одна из рабынь. Таггир оставил ее с неким сожалением, словно хотел бы забрать с собой, но не мог. Росомаха с обеспокоенностью посматривал на возвышающееся над парком крыло дворца, где постепенно гас свет в окнах.
Где искать девчонку? Был бы на ее месте кто другой, он не стал бы рисковать, но вспоминая испуганные серые глаза, дрожащее тело и ее жалобные крики боли, чувствовал себя настоящим подонком и сделать мог лишь одно – вытащить ее из передряги.
– Где Бастор? Без него ничего не выйдет, – зашептал заговорщикам Неро. – От этого недомерка одни неприятности.
– Придется доставать артефакт без него. Иначе будет поздно – скоро смена караула. Вот только он обещал привести сюда одного из учеников Сэнктина. Жаль, потом придется убить мальчишку.
– Не нужно, – смекнул Росомаха что у них есть возможность обойтись без лишних жертв. Но сработает или нет, вот в чем вопрос? – Идем! Неро, тебе лезть наверх.
– Почему это? – недовольно повернулся к ним мужчина.
– Тебя в темноте хуже видно. А от веса Улисса шпиль согнется пополам, – съязвил Кэссиен. – Иди, мы тебя будем страховать внизу.
Неро выругался в ответ, сверкая белыми зубами, но спорить не стал. Оглянувшись назад, он, подобно кошке, перемахнул через живую изгородь и остановился под стеной, на парапете которой сейчас уже не светился проклятый флагшток. Два этажа! Но между ними карниз в кирпич, по нему можно добраться до резной ставни на окне, а уж по ней и на крышу.
Подтягиваясь и балансируя на выступах колонны, Неро выставил руки вперед, зацепившись за карниз. Хорошая физическая подготовка позволяла ему держать вес своего тела на руках, и после нескольких раскачиваний он все же смог поставить на карниз ноги, а после перебросил и все тело. Мужчина слился со стеной и затаил дыхание.
