Зубатова, конечно, старуха со странностями, но не сумасшедшая. Разве что совсем немного.
И персидское яблоко — это не яблоко вовсе, а персик.
Дальше тянуть нельзя.
Пора действовать.
* «Французкой» или «французской болезнью» раньше называли сифилис.
Глава 9. В которой любитель с лёгкостью обходит профессионала
На службу Митя возвращался в мрачном настроении.
Дело Марии Барышкиной подвисло, как и предыдущие два. Ламарк злился и даже слышать не хотел о первых жертвах, а тем более объединять три дела в одно.
Какая горькая ирония: смерти портнихи и горничной никого не взволновали, а стоило найти тело дочери фабриканта — и все как с ума посходили. Митя понятия не имел, что начальник Сыскной полиции сказал Барышкину, но тот скандалить и орать не осмелился. Молча забрал тело. Организовал тихие похороны. Официально считалось, что девочка умерла от тифа.
Митю шеф дёргал каждый день в надежде, что расследование вот-вот завершится. Оно же встало как паровоз, в котором закончился уголь. Не помогал даже «думательный» чай Вишневского.
Самой перспективной казалась линия с официантом Никитой. И после суток в «холодной» тот, рыдая, признался. Не в убийстве, увы — в получении взятки. Целых десять рублей! Именно за эту сумму продажный официант согласился отдать тележку с завтраком «приятелю артистки Павловой». Поразительный идиотизм. И жадность. Даже лица не разглядел в полутёмном коридоре. Увидел красненькую бумажку и, как говорится, поплыл.
И что мы имеем? Лишь, что убийца был мужчина и брюнет. И то не факт. Надел парик — стал брюнетом, нацепил бороду — стал извозчиком.
Официанта в кутузке пока придержали — на всякий случай. И за ночным портье решили присмотреть.
Среди персонала и гостей отеля нашлись несколько сомнительных личностей. А кто не без греха? Взять того же официанта Никиту. Может, подворовывал кто или проводил сомнительные операции, но обвинять в убийстве без прямых улик и веских доказательств? Тупик.
Вторая зацепка — Английский клуб, куда барышня телефонировала несколько раз за вечер. Женщинам туда вход, как известно, воспрещён. Телефонного собеседника там и нашли. Играл в бридж третьи сутки подряд, и не очень удачно. Какой-то хлыщ южных кровей с распутными глазами. Эх, Маша, и как же ты могла увлечься таким пижоном?
Южный щёголь в самом деле оказывал дочке фабриканта знаки внимания: красиво ухаживал и читал стихи, чем, несомненно, тронул девичье сердце. Вероятно, рассчитывал с помощью удачной женитьбы поправить свои финансы, изрядно отощавшие за ломберным столом. Но, узнав о дивном характере папеньки, внимательно изучил свои «карты» и решил, что он «пас». А то, что жениться обещал — так это он иносказательно, поэтически! Барышня себе напридумывала лишнего, фантазия у ней богатая.
Хлыщу захотелось дать в морду прямо в клубе. Митя сдержался. Но искренне посоветовал пижону погрузить свой азартный организм в ближайший поезд и никогда более в город не возвращаться. А то не ровен час Барышкину расскажут подробности, и тогда, может статься, читать стихи пылкий джигит будет рыбам на дне Москвы-реки. А полиция под водой, уж простите, надзор не осуществляет.
Немного помог Глеб. С помощью медиков из университета разобрались, наконец, со странной смесью в крови жертв. Дегидрированный «Амфитрин». Средство от кашля, кто бы мог подумать! Новое, популярное, доступно в каждой аптеке. В количестве нескольких капель в стакане воды достаточно безобидно, но в концентрированном виде и внутривенно — смертельная вещь. Причём, особых знаний тут не требуется — при желании всё можно сделать и в домашних условиях. И что этим фармацевтам неймётся? Только с морфином разобрались, запретили, а тут новая напасть!
От такой дозы жертва засыпает мёртвым сном и буквально каменеет. Отрава ускоряет трупное окоченение, а значит, время смерти тоже нужно корректировать.
Триэтиловый эфир, судя по всему, преступник использует для предварительного обездвиживания. Подкрался, платком рот зажал — и всё, довольно одного вдоха. Так и сильного мужчину внезапно одурманить можно, не то, что хрупкую девушку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Зацепок с гулькин нос, Ламарк зол, душегуб гуляет на свободе и наверняка готовит четвёртое убийство. Скверный оборот.
В общем, в здание Сыскной полиции Митя зашёл не в лучшем расположении духа. И сразу же наткнулся на небольшой скандал. Дежурный на входе вяло ругался с какой-то рыжеволосой девушкой.
— Что происходит?
— Здравия желаю, Дмитрий Александрович. Да вот барышня требует самого главного начальника и не говорит, по какому делу. Я ей толкую, что на приём нужно записываться или заявление оставить, а она и слышать не хочет.
— Это срочно! Как вы не понимаете, некогда мне заявления писать! — тон у девушки был отчаянный, но уверенный.
Митя посмотрел на неё внимательно. Лет семнадцать на вид, немного растрёпанные косы, бархатное синее пальто с меховым воротником подчёркивает изящную фигурку. Барышня не из простых. Симпатичная, пожалуй. Глазищи вон какие пронзительно-голубые. И вид у посетительницы, хоть и немного испуганный, но решительный. Стопку книг в руках держит — обхватила так сильно, словно это самое ценное в мире сокровище.
— Может, я смогу вам помочь? — предложил Митя. Раз уж дело всё равно не движется, почему бы не отвлечься на миловидную барышню? Хоть что-то приятное должно быть в работе?
— А вы здесь служите? — рыжая прошлась недоверчивым взглядом по серому костюму сыщика.
— Так точно.
— В каком департаменте?
— Я начальник Убойного отдела, занимаюсь смертельными случаями.
— Правда? — в глазах девушки мелькнула надежда.
Митя кивнул. Барышня перевела вопросительный взгляд на дежурного, и тот тоже кивнул — так и есть, мол.
— Вы-то мне и нужны.
— Что ж, пойдёмте.
Через общий кабинет оба прошли под заинтересованными взглядами Митиных сотрудников. Девушка села в предложенное кресло, но книг из рук не выпустила.
— Меня зовут Софья Загорская, Соня, — представилась она.
— А я Дмитрий Самарин. Итак, Соня, чем я могу вам помочь?
— Надеюсь, это я смогу вам помочь. Только прошу вас, не подумайте, что я сумасшедшая.
Митя удивлённо уставился на посетительницу. Нет, на сумасшедшую она никак не походила. Взволнованная — это да. Немного испугана, но храбрится.
— Поверьте, в этом кресле побывали люди самого разного толка. Пока вы мне кажетесь вполне здравомыслящей особой. Что у вас за дело?
— Дело Снегурочки первого января у Лубянского пассажа помните? Вы им занимались?
Вот это поворот! Митя ожидал чего угодно, но не этого вопроса.
— Конечно, помню. Я и сейчас им занимаюсь. Вы о нём что-то знаете?
— Думаю, да. Но скажите сначала — вы же не нашли убийцу?
— Пока нет. Дело… это очень сложное дело, Соня. Боюсь, оно почти не двигается. У вас есть какая-то информация?
Рыжая вздохнула и наконец расцепила руки, сжимавшие книги. Потом вытащила один том, раскрыла на нужной странице (Митя отметил узорчатую картонную закладку), развернула и положила сыщику на стол.
— Вот, — девушка ткнула пальцем в картинку на странице. — Скажите, та Снегурочка так выглядела?
Митя вытаращил глаза. Видимо, выражение его лица было очень красноречивым, потому что барышня облегчённо выдохнула. Сыщик всматривался в детали картинки, в подпись, и снова в картинку и не мог поверить глазам. Давешняя Снегурочка казалась точной копией нарисованной.
— Откуда вы..? Как..? Как вы узнали? — вопросы бурлили в Митиной голове и опережали друг друга.
— Я всё объясню, правда-правда. Но сначала хочу ещё спросить. Первого февраля была ещё девушка на Александровском вокзале, так ведь? И тоже… странно выглядела.
— Верно, — подтвердил Митя. — Вы и про неё что-то знаете?
Соня раскрыла вторую книгу и положила рядом с первой. И снова Митя опешил от увиденного и поразился необычайному сходству. Ай да рыжая! Вот это поворот! Или девушка имеет отношение к этим случаям? Как она узнала?
