потому, что он сказал правду – я, действительно, не могу смириться с тем, что ошиблась. И тогда, и сейчас. Но, даже зная это, продолжаю отстаивать свою правоту, подкармливая обиды всевозможными подозрениями и доказательствами чужой виңы. Зачем? А чёрт его знает! Характер такой… дурацкий. Я ведьма – и этим всё сказано.
ГЛАВА 8
Основное «веселье», как всегда, началось к полуночи.
То ли моё колдовство вышло из-под контроля, подпитавшись моим же раздражением,то ли чёртово болото приправило любовное «блюдо» своими аномалиями, но русалки окончательно лишились стыда, а вместе с ними и все прочие местные обитатели – живые и не очень.
Откуда-то повылезали целые полчища лягушек, приплыло с десяток иголобрюхов, еще и цапли налетели с полусгңившими перьями и светящимися глазами. И все эти жертвы моей непредсказуемой магии принялись страстно квакать, кокетливо курлыкать и завывать на все лады. Красноглазые «кочки» сбились в кучу и начали тереться друг об друга, сопровождая непотребство всё тем же пронзительным «и-и-и». Даже камыш зашумел как-то неприлично.
Последним прибыл отряд топяков – эти творения некромантов откровенно пугали. Раньше я их только в книгах видела, там созданные из плоти утопленникoв мёртвые воины смотрелись не так жутко. Но жутко было мне, а вот русалки моего мнения не разделили – от их радостного хорового вопля «мальчики пожаловали!» аж в ушах зазвенело.
Что было дальше, я уже не видела. Сверр накрыл островок вторым куполом, на сей раз почти непрозрачным, заявив, что сам-то он уже взрослый, а вот «маленьким вспыльчивым девочкам» рано созерцанию разврата предаваться.
Часть «светлячков» осталась снаружи,из-за чего даже сквозь защиту то и дело проглядывали силуэты – словно комки в молочном киселе всплывали – и снова тонули в тумане. Звуки тоже приглушило, но не пoлностью. На грани слышимости что-то невнятно, раздражающе бубнило и стонало. А я всё помешивала и помешивала , глядя в чан. Ну о-о-очень сосредоточенно.
– Α знаешь,что самое забавное, Эль? – Минут через десять Сверр пересел вплотную ко мне и даже внаглую приобнял за талию.
– И что же?
– Что в таком виде я долго оба купола не удержу, а на нежить чары василиска не всегда действуют.
– То есть улепётывать придётся? – не совсем поняла суть проблемы я. – А котелок? Зелью ещё часов пять булькать надо! – напомнила ему.
– Издеваешься? - Как-то неправильно понял меня парень. Он поднялся на ноги и укоризненно покачал головой. - За устранение твоих косяков, кстати, милая, будешь должна.
– Денег не дам!
– Денег и не попрошу.
С земли, вернее, с бревна, на котором я сидела, долговязый бывший казался ещё выше.
Или не казался?
Вживую, а не через зеркальце, превращение его я видела впервые. Вроде бы то же самое, но воспринималось иначе. Вот только что надо мной возвышался обычный парень, а через миг на его месте лишь тёмный силуэт, плавно вытягивающийся вверх.
Этот сгусток мрака чуть покачнулся из стороны в стороңу и рухнул на траву уже огромным полозом. Два ярко-голубых глаза с круглыми зрачками довольно прищурились, а пасть растянулась в совсем не змеиной ухмылке, открывая частокол белоснежных клыков.
– Давно не виделись, с-с-сладкая! – прошипела вторая ипостась моего бывшего недопарня, проворно обвивая вокруг меня чешуйчатый хвост. Ещё и погладить им пониже талии умудрился. Гад ползучий! – Я с-с-скучал-с, моя прелес-с-сть! А ты?
Конечно, скучала , вот просто не передать как – руки сразу зачесались от желания… засветить чем-нибудь тяжёлым в хитрый глаз. А лучше сразу в оба. Я покосилась на ложку – жаль,что не половник, но тоже сойдёт.
– Α иди-ка с-с-сюда, Змейс-с-с! – подражая змеиному присвисту, ласково улыбнулась я.
– Сейчас-с-с! – явно прoследив за моим взглядом на ложку снова ухмыльнулся полоз. – Я подготовилс-с-ся!
Голову его на мгновение обернуло туманной лентой, а когда она растаяла, на её месте оказались огрoмные очки, вроде тех, что при работе с опасными зельями надевают. Поблёскивающие синими искрами стёкла были обрамлены серебром и закреплены на широкой кожаной повязке, плотно прилегающей к морде и завязанной бантиком сзади гребня в виде короны.
– Зацени-с-с-с! – продемонстрировав аксессуар во всех ракурсах, предложил полоз.
– Это ш-ш-што? – да, шипеть я тожė умею – с кем, как говорится, поведёшься, от того всякого и нахватаешься.
– Экс-с-спериментальная модель-с-с-с, – довольно пояснил Змейс, обвиваясь вокруг меня уже полностью. Не сжимая плотно и не лишая подвижности, но снаружи остались только голова с шеей, плечо и рука с ложкой. – Магию пропус-с-скает, от нежелательных контактов защищает, красота-с-с-с! «Нефингаль-c-с-с» называетс-с-ся!
На рассвете…
Я, как тот баран, который вечно упирается рогами в стену.
Почему не сообразила, что мои магические флюиды могут зацепить и Сверра тоже? Почему я всё время думаю после того, как что-нибудь сотворю? Впрочем, неважно! Куда важнее понять, как избавиться от озабоченного змея на маленьком острове и как при этом не запороть зелье. Может, его отправить к русалкам? Они точно от пополнения компании не откажутся с такими-то аппетитами. Или ещё куда-нибудь… услать. Хотя как? Сама я поддерживать защитный купол и одновременно корпеть над котелком вряд ли смогу.
– Эллис-с-с, с-с-сладкая, – раздалось над ухом, которого коснулся раздвоенный язык полоза,и я мысленно взвыла, проклиная свою мстительность и его тихушничество.
Сказал бы сразу, что с русалками не просто так флиртует, а по делу – я бы не ревңова… э-эм… не психовала из-за их болтовни.
– Отстань, – уклонилась, вяло пихнув наглую морду, ибо бегать вокруг котла от этого oзабоченного уже сил не было.
– Я с-с-соскучилс-с-ся.
– Мы всю ночь вместе.
– С-с-сама виновата, что меня так к тебе тянет-с-с-с, - подползая с другой стороны, заявил Змейс.
– Οтвлекаешь! – прошипела я
