Читаем без скачивания Гэбриель Конрой - Фрэнсис Гарт

4. КОВАРНОГО ГЭБРИЕЛЯ НАЧИСТО РАЗОБЛАЧАЮТ

Невзирая на внешнюю беззаботность и на то, что на душе у него действительно полегчало, Гэбриель далеко не был удовлетворен итогами своего визита к миссис Маркл. Что бы там ни происходило - а читатели вынуждены судить об этом лишь по известной нам беседе Гэбриеля с Олли, во всяком случае, дело не было решено так просто и окончательно, как он пытался это представить День-два Гэбриель стойко пресекал попытки Олли возобновить неоконченный разговор, а на третий день, сидя в баре "Эврика", сам завел с одним из старателей беседу, которая, по всей видимости, касалась волнующего его вопроса.

- Слышал я, - начал издалека Гэбриель, - в газетах много пишут сейчас про суды над женихами, которые будто бы нарушили обещание жениться. Думается мне - если взглянуть на дело здраво, - пусть парень и поухаживал слегка, вины в том большой нет. Как ты считаешь?

Собеседник Гэбриеля, который - если верить слухам, - удалился в Гнилую Лощину, спасаясь от злой жены, с проклятием возразил, что все женщины набитые дуры и доверять им вообще не приходится.

- Все-таки должен быть на этот счет справедливый закон, - сказал Гэбриель. - Вот представь себе, что ты присяжный и слушаешь подобное дело. Случилось это с одним моим приятелем во Фриско, - небрежно добавил Гэбриель. - Ты его не знаешь. Была у него знакомая, ну, скажем, вдова, которая обхаживала его года два или три, а он о женитьбе ни гугу. В один прекрасный день отправляется он к ней в гости, ну просто так, поразвлечься и приятно время провести.

- Пиши пропало! - воскликнул циничный собеседник Гэбриеля.

- Да, - сказал задумчиво Гэбриель, - может, так оно и кажется со стороны, но на самом деле у него не было на уме ровно ничего худого.

- Так что же у них произошло? - спросил советчик.

- Ничего, - сказал Гэбриель.

- Ничего?! - возопил с негодованием его друг.

- Ровным счетом ничего. И теперь эта женщина хочет подать на него в суд, чтобы он на ней женился.

- Хочешь знать мое мнение? - коротко спросил советчик. - Так слушай. Во-первых, твой приятель болван; во-вторых, лгун бессовестный. Что бы с ним ни случилось, поделом ему! Вот мое мнение!

Гэбриель был так подавлен этой резолюцией, что удалился, не промолвив ни слова. Беспокойство его, однако, не утихло, и попозже, днем, сидя в компании курильщиков в лавке Бриггса, он несколькими ловкими ходами перевел общую беседу на обсуждение вопросов Жениховства и брака.

- Есть тысяча разных способов ухаживать за женщиной, - безапелляционно заявил Джонсон, бегло обрисовав, каким именно путем он добился взаимности у своей последней дамы сердца, - тысяча способов, потому что каждый мужчина на свой образец и каждая женщина тоже на свой образец. Что подходит одним, не подходит другим. Но существует способ, перед которым не устоять ни одной женщине. Прикинься равнодушным, ничем не показывай, что она тебе нравится. Можешь даже позаботиться о ней самую малость, если есть охота - ну, вроде того, как наш Гэйб заботится о своих пациентах, - про любовь же ни словечка. И так гни свою линию, пока она не поймет, что у нее нет иного выхода, как самой объясниться тебе в любви. Ты что это, Гэйб, уходить собрался?

Гэбриель, который поднялся со своего места в очевидном смятении, пробормотал что-то насчет позднего времени, но потом снова уселся, не в силах отвести глаз от Джонсона, словно тот его загипнотизировал.

- Против этого способа женщины бессильны бороться, - продолжал Джонсон, - и за мужчинами, которые им пользуются, нужно следить в оба. Я бы даже преследовал их по закону. Ведь это значит играть на самых святых чувствах! Ловить надо таких молодчиков, ловить и разоблачать!

- Ну а если тот человек не задумал ничего худого, если у него просто характер такой, - жалобно сказал Гэбриель. - Он, может, и к женщинам не привержен, и жениться совсем не хочет, - просто такая у негр повадка.

- Черта с два повадка! - сказал неумолимый Джонсон. - Нас-то ему не провести! Хитрющая бестия - не сомневайся!

Отклонив все уговоры повременить, Гэбриель не спеша поднялся, направился к двери и, промолвив что-то о дурной погоде (нарочито небрежным тоном, чтобы показать, что спор ни в малейшей мере не взволновал его), пропал за пеленой дождя, который лил не переставая вторые сутки и успел превратить единственную улицу Гнилой Лощины в бурлящий желтый поток.

- Гэйб сам не свой сегодня, - сказал Джонсон. - Утром я слышал, что его разыскивает адвокат Максуэлл. Что-то у него стряслось. Гэйб - славный парень. Звезд с неба он, конечно, не хватает, зато за больными ходит замечательно, а в поселке, вроде нашего, - это великое дело. Жаль, если он забросит своих пациентов.

- Уж не замешана ли тут женщина? - усомнился Бриггс. - Он, похоже, разволновался, когда ты сейчас заговорил о женщинах. Некоторые считают, продолжал Бриггс, понижая голос и оглядевшись вокруг, - что Олли, которую он выдает за сестру, на самом деле его дочь. Нянчиться, как он с ней, и ночь и день, забыть про баб, про выпивку, про карты, про друзей, - на это пойдешь только ради родной дочери. Не встречал я таких любящих братьев!

- Да и вся эта история про Голодный лагерь и тому подобное не очень-то похожа на правду, - вмешался один из собеседников. - Лично у меня всегда были сомнения.

- Что бы там ни случилось - его забота, - подвел итоги Джонсон, - и меня нисколько не касается. Бывало, конечно, что я говорил Гэйбу, кто чем захворал и даже давал некоторые полезные советы, как кого лечить, но я не стану попрекать его этим, даже если он и влопался в какую-нибудь нехорошую историю.

- Скажу со своей стороны, - добавил Бриггс, - что если я позволял ему приходить ко мне и лечить больного мексиканца, это вовсе не значит, что я взял на себя поручительство за его нравственность.

Приход в лавку покупателя прервал дальнейшее обсуждение моральных качеств Гэбриеля.

Между тем злосчастный объект этой дискуссии пробирался по улице, прижимаясь к стенам домов, чтобы спастись от пронзительного ветра, пока не вышел на тропу; тропа сперва сбегала вниз, в лощину, а потом поднималась по противоположному склону холма прямо к его хижине. Гэбриель остановился. Спускаться можно было, только пройдя возле самого пансиона миссис Маркл. Но не значило ли это - в свете только что услышанного - подвергнуть себя новой опасности, бросить безрассудный вызов судьбе. Взбудораженному воображению Гэбриеля представилось сперва, как вдова и Сол совместно набрасываются на него и заставляют зайти к ним в гости, потом другая устрашающая картина - как он пытается проскользнуть незамеченным и вызывает тем приступ истерики у миссис Маркл. Попасть домой можно было и другим путем, обойдя лощину по гребню горы; это значило, правда, сделать крюк в три мили. Недолго раздумывая, Гэбриель зашагал в обход.

Задача была нешуточной; идти Гэбриелю приходилось все время против ветра, дождь хлестал ему прямо в лицо. Зато трудности пути, требовавшие от нашего героя напряжения всех физических сил, захватили его внимание и помогли отвлечься от нелепых страхов Когда Гэбриель добрался до гребня, он впервые по-настоящему увидел, что успели натворить дожди, шедшие без малого уже неделю. Неприметный горный родничок, из которого всего две недели тому назад, гуляя с Олли, он напился свежей воды, - превратился в водопад; ручей, через который они оба перескочили без труда, стал бурлящей рекой; в низинах прямо на глазах росли и ширились озера; а дальняя долина сплошь была залита поблескивающей водой. В ушах звенело от бульканья и журчания.

Через полчаса, когда Гэбриель уже одолел не менее двух третей своего пути, перед ним открылось узкое обрывистое ущелье, по которому проходил почтовый тракт из Уингдэма в Мэрисвилл. Подойдя поближе, Гэбриель увидел, что горная речушка, протекавшая вдоль почтового тракта, вздулась до самых берегов и кое-где залила дорогу.

- Сегодня езда здесь будет невеселая, - пробормотал Гэбриель, раздумывая об уингдэмском дилижансе, который вот-вот должен был появиться из-за поворота, - опасная будет езда; а особенно если лошади попадутся пугливые. Впрочем, это не самое страшное испытание, какое может выпасть человеку, - прибавил он, обращаясь мыслью к миссис Маркл. - И я хоть сейчас поменялся бы местами с Юба Биллом; сел бы вместо него на козлы, а Олли посадил бы в дилижанс.

Но тут внимание Гэбриеля привлекла открывшаяся его взору уингдэмская плотина, и в то же мгновение он не только полностью забыл о миссис Маркл, но вообще как бы стал совсем другим человеком. Что там приключилось? Для неискушенного взора - ничего страшного. Правда, водохранилище было переполнено и вода с ревом бежала через водосброс. Ну и что же? Даже специалист и тот сказал бы, что сток лишней воды ничем не угрожает плотине. Так в чем же дело? А дело было в том, что примерно посередине грубо сложенного глинобитного тела плотины просачивалась вода и узкой струйкой изливалась на низлежащие утесы и на почтовый тракт в каньоне. Плотина была размыта!