Читаем без скачивания Войны охотников за головами-2: Корабль невольников - К. Джетер

— Не все сделки были удачны, далеко не все… Как правило, только те, в которых я осмелился предложить свои ничтожные услуги тем, кто занят твоей профессией. Вот почему я с такой готовностью и охотой возобновляю связи и клянусь в верности истинным наследникам Гильдии охотников за головами. Наша Галактика кишмя кишит лживыми и недостойными доверия существами, а я — всего лишь смиренный посредник, и меня так легко обмануть, я такой легковерный!

Арахноид промокнул несколько блестящих глаз, хотя слезных желез у него не было от природы.

— У меня столько трат, столько трат, — кончиком когтя сборщик обвел свое разнородное потомство. — Собственно, все дело в медицине, а не в экономике.

— Уводь медя, — посланник Истинной гильдии разглядывал арахноида с отвращением. — Есди вздубал кого-то разжадобить, поищи ддугого сдушатедя.

Отондон застегнул крючки накидки.

— Я же дичего де хочу сдушать. До де забудь… — Гли-ед встал, угрожающе наклонился к хозяину паутины. — Ты бде доджен.

— Долг чести, — пискнул Куд'ар Муб'ат, отодвигаясь от обвинительного перста. — Каждый стандартный отрезок моего времени будет начинаться с размышлений на эту тему.

— Уж пожалуйста,

Отондон посмотрел по сторонам, едва не разрывая мягкие стены массивными — широкими плечами.

— Как бде отсюда выбдаться? Я возвдащаюсь в Гид-дию. Бедя ждут.

Куд'ар Муб'ат подозвал одного из нахлебников и поручил проводить гостя в центральный док. В гнезде был еще один, поменьше и с другой стороны, что-то вроде черного хода; там, подальше от глаз Отондона, отдыхала сейчас «Гончая», принадлежащая трандошану. Когда Босск связался с Куд'аром Муб'атом и сообщил о своем прибытии и намерении обсудить кое-какие дела, арахноид сумел убедить ящера в необходимости поддерживать секретность. Мол, могучие силы, о которых говорят намеками, а не горланят на всю Галактику и ни в коем случае не называют по имени, неусыпно следят за паутиной и отслеживают визиты гостей. Босск без пререканий совершил сближение по другому вектору и посадил корабль в другом доке. Эмиссару Истинной гильдии Глиеду Отондону была спета та же самая песня. С тем же результатом.

Не покидая центральной камеры, Куд'ар Муб'ат восстановил визуальный контакт с оптическим придатком. Перед внутренним взором сборщика немедленно возникла уродливая морда преисполненного худшими подозрениями Босска — так отчетливо, будто сборщик сам принимал трандошана, а не замаскированный Бланкавизо.

— Это что было?

Трандошан, прислушиваясь, повернул голову.

По шелковистой нити аксона Куд'ар Муб'ат послал оптическому придатку запрос сменить угол зрения, арахноид хотел видеть еще и пустой экзоскелет со счетоводом внутри.

— Прощу прощения? — раздался из муляжа голос, идентичный голосу Куд'ара Муб'ата. — О чем ты только что говорил?

— О том, что слышал секунду назад.

Узкие ноздри трандошана трепетали, как будто ящер пытался отфильтровать из переработанного воздуха молекулы запаха.

— Спорить могу, стартовал корабль.

В вакууме, окружающем паутину, едва ли возможно было услышать звук двигателей; к тому же они работали на малой мощности. Но у трандошанов слух чуткий; вероятнее всего, Босск ощутил вибрацию нитей и сброс давления при отлете.

— Да, действительно, очень похоже.

Сборщик не замечал, как в волнении стиснул лапы, подслушивая разговор.

— Но, — продолжал Бланкавизо, — ты ошибся. Что же это могло быть?

Оптический придаток передал изображение Босска: глаза прищурены, на морде оскал.

— Ты скажи мне, — проворчал трандошан. — Почему это из гнезда стартует какой-то корабль?

— Какой корабль? — удивился Бланкавизо. — Мой многознающий Босск, любое разумное существо прилетает в мою скромную обитель с единственной целью — переговорить со мной о делах. Но разве я не сижу здесь с тобой? И разве мы уже битый час не наслаждаемся приятной радушной беседой? Я с таким удовольствием внимал твоим мудрым словам! Как бы я общался с другим посетителем, если бы ты не занимал безраздельно мое внимание? Так откуда же взяться другому гостю? Я не льщу себе, мой подозрительный друг, мой дом не настолько очарователен, чтобы возбуждать желание осмотреть его красоты.

Прищуренные глаза Босска стали еще уже. Чешуя на лбу сморщилась: ящер натужно решал шараду.

— Тогда что это было?

— Сброс мусора, мой любезный, сброс мусора, — экзоскелет с Бланкавизо внутри покачал пустой головой. — Какой стыд… в приличном обществе о подобных вещах говорить неудобно. О засорах, мусоропроводах, канализации и сортирах. Но у меня те же проблемы, что у любого корабля, который перемещается в открытом пространстве, окружающем нас. Сам знаешь, время от времени гигиены ради следует сбрасывать кое-какие отходы. И им нужно придавать хорошую скорость, чтобы удалить из навигационной зоны. Представляешь, во что превратится мой дом, если вокруг будут плавать всякие отвратительные предметы?

На треугольном личике экзоскелета появился намек на улыбку.

— Даже личный корабль Императора производит подобную операцию, мой любознательный друг, что ж говорить о нас, ничтожных.

— А-а,.. ну да, — трандошан почесал в затылке. — Наверное, ты прав.

Куд'ар Муб'ат хмыкнул, отдавая должное ловкости счетовода, который выкрутился из затруднительного положения. Загвоздка была лишь в том, что гнездо было полностью автономным. Арахноид испытывал инстинктивное отвращение, когда был вынужден расстаться с любой малостью. Он словно терял часть собственного тела. Но когда нужно для дела, кого станет интересовать правда?

Когда Босск наконец-то убрался восвояси («Гончая» вылетела из малого дока не раньше, чем первый корабль скрылся из виду), Куд'ар Муб'ат похвалил отпрыска за быстрые и уверенные переговоры с охотником за головами.

— Молодец, — сказал арахноид.

Поудобнее устроившись на воздушных упругих подушках, сборщик позволил маленькому придатку взобраться себе на колени. В удаленной малой приемной остались валяться пустые хитиновые скорлупки, похожие на доспехи давно павших воинов.

— Ты пробудил гордость во внутренних органах своего творца.

— Всего-навсего деловое соглашение, — выслушивая похвалу, Бланкавизо ничуть не смутился. — Если у меня все получилось, то лишь потому, что отношения между разумными существами можно свести к кредиткам, расходам, дебетам и балансам.

Он нарисовал в воздухе лапкой ноль.

— Складывай и разделяй, — пропшцал малыш-нахлебник.

— А разделяя — властвуй.

Риторическое выражение, впрочем. Куд'ара Муб'ата могло удовлетворить лишь большое количество денег.

— Самый лучший совет, — поддакнул маленький подхалим.

Арахноид спустил отпрыска на пол, и придаток бодро убежал в свою норку в глубине паутины. Надо быть осторожнее, иначе рудиментарный сердечный узел опять размягчится. Малыш-счетовод так похож на родителя! И он очень помог: трандошан Босск улетел, убежденный в том же самом, что и его оппонент Огон-дон. В том, что Куд'ар Муб'ат поддерживает интересы осколка (для каждого — соответственного) прежней Гильдии охотников за головами. Пусть верят. Когда выяснится вся правда, поздно будет что-то предпринимать. И совсем не важно, что победит — Истинная «гильдия» или Реформаторский комитет. Сливки все равно снимет Куд'ар Муб'ат.

Арахноид подобрал под себя конечности и стал обдумывать следующие ходы.

Доклад, ваше высочество! Ссутулившийся в механическом форм-кресле, которое он отчаялся научить правильно произносить свое имя, фаллиен небрежно протянул руку и взял у склонившегося в глубоком поклоне слуги тонкий лист флимсипласта. Лакей сунул драгоценный поднос под мышку и бесшумно удалился не разгибаясь. Воспоминание о том, что тут был кто-то еще, выветрилось из головы принца раньше, чем закрылись высокие двери, украшенные богатой резьбой.

В подобные мгновения принц Ксизор предпочитал уединение — и вовсе не из опасения не сохранить тайну. Его окружали придворные и фавориты, преданные «Черному солнцу» не меньше, чем сам фаллиен. Темный принц просто хотел, чтобы чужая болтовня и по-сторнние разговоры не мешали спокойному течению мыслей. Обитатели других планет, обладатели иных генотипов не могли постичь наслаждения, которое охватывало принца в минуты размышлений. У Ксизора накопилось множество веских причин поздравлять себя с достижением целей. Многих целей, крайне разнообразных. Феромоны фаллиенов оказывали мощное воздействие на женщин почти всех разумных видов, и многих из женщин принц Ксизор находил соответствующими его вкусам в той мере, чтобы удовлетворить и потребности. Но о нуждах подчиненной ему организации принц не забывал никогда, а посему любовниц выбирал из жен и дочерей высокопоставленных дипломатов и послов старой Республики, крепнущего Альянса и незыблемой Империи. Получив желаемое — во всех смыслах, принц с холодной улыбкой на худом остроскулом лице давал понять, что его больше не интересует отчаянная самозабвенная страсть той или иной красотки. Сексуальные победы Ксизор ценил, как и все его соотечественники, но, как и они, предпочитал хранить о них воспоминания. Драгоценные трофеи в лабиринтах памяти.