- Это точно, - согласился Винклер. - Откачивать, отстреливаться... Но все-таки давайте надеяться, что в этой экспедиции слишком бурных событий не произойдет.
Левинский с жалостью посмотрел на командира и сказал:
- Ты это серьезно? Интеллектуальный вампир плюс Данила - и без событий? Какой же ты неисправимый оптимист, Саймон Корнилович!
11.
Даниил Петрович сидел в светлом березовом лесу, рядом с поляной, на которой красовался "Лотос пришлого бога". Но расположился инспектор спиной к гениальному творению скульптора. Он устроился на мягкой траве, прислонясь к толстому белому стволу, и размышлял. А подумать ему было о чем.
Пока что ни малейшего следа интеллектуального вампира инспектору Ольшесу обнаружить не удалось. Но Даниил Петрович, полностью доверяя своей интуиции, считал, что вампир где-то неподалеку, что он существует самым что ни на есть подлинным образом, но только временно затаился. В конце концов, он и до сих пор проявлял себя не слишком часто. За шесть лет - девять человек, включая инспектора Гарева. И всегда нападения монстра на людей происходили в дни творческих фестивалей. Значит, имелся шанс, что в самом ближайшем будущем вампир себя обнаружит.
Но тут имелась одна загвоздка.
Интервалы между смертями были весьма значительными. А инспектор Гарев погиб лишь несколько дней назад. И нельзя было исключить того, что хищник, насытившись, надолго залег в свое логово и проявлять активность не намерен. Но Даниил Петрович почему-то думал, что дело не в сытости хищника.
И что-то подсказывало инспектору, что скоро он найдет след. Как бы ни прятался таинственный монстр.
Размышления Ольшеса были прерваны самым оригинальным образом. На поляну мягко опустилась одна из "летучек" экспедиции, и из кабины вывалилась орангутаниха Чита. Следом за ней спрыгнул на траву Винцент Харвич.
Даниил Петрович осторожно выглянул из-за ствола, не спеша обнаружить свое присутствие.
Чита заковыляла к "Лотосу", и Винцент пошел за обезьяной.
А дальше начался забавный спектакль. То есть забавным он был для стороннего наблюдателя. Винценту Харвичу, похоже, никакой радости эта пьеса не доставляла. И, глядя на унылое лицо молодого коллеги, Даниил Петрович с трудом сдерживал смех.
Для начала Чита лихо проскакала вокруг "Лотоса пришлого бога", всячески выражая свое презрение к авторскому замыслу. Потом, остановившись сбоку от отвратительного бога, громко завизжала и заколотила ладонями по краю постамента, между двумя толстыми листьями лотоса. Потом Чита принялась гримасничать. Она явно хотела дать понять пришлому богу, что считает его полным ничтожеством. А потом вдруг пригорюнилась и жалобно посмотрела на Харвича. И тихонько запищала.
- Ну и что? - сердито спросил Винцент. - Что из всего этого следует? Я совершенно тебя не понимаю.
Чита отчаянно замахала руками, делая вид, что рвет на себе волосы.
- Эй, ты что, постричься хочешь? - окончательно рассердился Харвич. Ну как мне все это перевести на нормальный человеческий язык?
Тогда Чита очень натурально изобразила скульптора, работающего над фигурой.
- Ну, чем тебе автор не нравится?
Чита грохнулась в траву и застыла.
- Ну вот, опять! - огорчился Харвич. - Ты мне это уже показывала.
И вдруг лицо молодого инспектора вытянулось.
- Чита... уж не хочешь ли ты сказать, что скульптор виноват в смерти людей?!
Чита мгновенно вскочила и заорала:
- Йа-йа-йа!
Ольшес встал и вышел из-за березы.
- Именно это она и хочет сказать, можешь не сомневаться. Вот только откуда она об этом знает?
- А, опять ты... - Харвич недоуменно посмотрел на Даниила Петровича. - При чем тут скульптор?
- Не знаю, - честно признался Ольшес. - Но что-то во всем этом кроется. Знаешь что... давай-ка мы эту фигурку тщательно исследуем. Чита, иди, погуляй пока, - вежливо сказал он орангутанихе, и та послушно отправилась к "летучке". - Дик тут работал со своей аппаратурой, продолжил Даниил Петрович. - И кое-что нащупал, только не смог понять, что именно.
- Ты думаешь, этот лотос - что-то вроде ретранслятора? - недоверчиво спросил Харвич.
- Я пока ничего не думаю, - ответил Ольшес. - Вот посмотрим как следует, тогда и думать начнем. А пока незачем мыслительную энергию понапрасну тратить.
- Ну, давай посмотрим, - согласился Харвич.
Ольшес встал лицом к лицу с пришлым богом, а Винцент обошел постамент и остановился с противоположной стороны. Инспектора сосредоточились и начали начитывать необходимую формулу. Уже через несколько секунд Даниил Петрович фыркнул и сказал:
- Да, что-то там есть.
- Где? - спросил Харвич, не успевший ничего увидеть в скульптуре.
- В башке этого чучела, - ответил Ольшес. - Но оно сейчас абсолютно не активно.
- А что же это такое? - поинтересовался Винцент.
Даниил Петрович хихикнул.
- Вот если бы дирекция Заповедника разрешила нам взять молоток и исследовать эту фигурку другими методами, - сказал он, - я бы тебе в момент все разъяснил. А так - извини, не знаю. Какой-то шарик, вот и все. Наверное, тот самый, при помощи которого божок мыслит. Представляешь, каково это - иметь в голове всего один шарик и ни единой извилины?
- А почему ты решил, что он может проявлять активность, этот шарик? спросил Харвич, решив не обращать внимания на дурацкие шуточки Ольшеса.
- Ну... мне так кажется.
- Основательный довод, - кивнул Винцент.
- Для начала сойдет, - отмахнулся Даниил Петрович.
- А что нам делать с этим фактом?
- Прибережем на будущее, только и всего. Кстати... что там Чита говорила о чревовещателе?
- А... а, куклы... Я ее не понял.
- Ну, давай еще раз спросим. Чита! - заорал Ольшес. - Иди сюда, родная!
Чита выскочила из-за "летучки" и со всех ног и рук помчалась к инспекторам.
- Красавица ты наша, - льстиво заговорил Даниил Петрович, присев на корточки перед орангутанихой, - золотая ты наша, яхонтовая...
- Ты что, цыганом решил прикинуться? - удивился Винцент.
- Надо будет - прикинусь, - таинственным тоном изрек Ольшес. - Чита, солнышко, расскажи мне о куклах.
- Кр-расивые куклы! - разнеслось по березовой роще. - Кр-расивые!
Харвич, едва не подпрыгнувший от неожиданности, поднял голову. Прямо над ним на ветке березы сидел невесть откуда взявшийся попугай Кроха.
Чита внезапно зарычала и бросилась к березе. И началась погоня орангутана за попугаем...
Даниил Петрович, понаблюдав некоторое время за бешеными прыжками обезьяны, перелетавшей с дерева на дерево не хуже крылатых, подвел итог:
- Сегодня закончить разговор не удастся. Ладно, все равно фестиваль еще не начался.
- При чем тут фестиваль?
- При пиковом интересе. А может, при бубновом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
