— Извините, — прогудел Малыш. — Я не подумал, что вас это заденет.
— Да не задело это никого. Просто… Просто слишком это как-то напряжно… — проговорил я. — Мне предлагают выкупить свою жизнь взамен на смерти троих. Это неправильно. Если враг сходится в битве с врагом, то сопутствующие смерти — удел террористов. Мы же не террористы. Мы почти что самураи!
— Мы якудза, — тихо поправил Ленивый Тигр. — Да, у нас есть правила и устои, но… Я не знаю, что в наших правилах сказано по этому поводу.
— Я тоже не знаю, — покачал головой Малыш Джо. — Вроде как договор на смерть является святым для двоих, его заключивших. А уж если этот договор скреплен кровью одного из двух…
— Кровь сына главы клана считается кровью одного из двух? — спросил я.
— Ещё как считается. Договор между убийцей и пострадавшим свята вдвойне. Однажды по ошибке был убит аристократ Дзияси Ияго. Его нить жизни оборвала рука самурая Киширо Омагучи. В тот дождливый день самурай принял Дзияси Ияго за своего старого недруга и напал на него в соответствии со всеми устоями и традициями… — проговорил Ленивый Тигр.
— И что было дальше? — не выдержал я, когда пауза затянулась.
— А что было дальше? Старый Дзияси Ияго был убит самураем. Тот повинился перед сёгуном за свой проступок и предложил тут же совершить сеппуку, если сёгун не наложит на него более тяжелое наказание. Сёгун наложил… Он повелел до конца жизни ухаживать за женой убитого и содержать его детей и наложниц.
— Да уж, страшное наказание, — покачал я головой. — А не были жена Дзияси и самурай Киширо в сговоре? Вдруг таким образом они решили избавиться от старого мужа и завладеть его наследством?
— Об этом история умалчивает. Она говорит только о том, что самураю пришлось оставить боевую славу и уйти на презренный покой, чтобы сгинуть под ласками ненавистной жены Дзияси и его наложниц.
Я только усмехнулся в ответ. Надо же, как можно переиначить смерть неугодного богача — всего лишь добавить десяток негативных прилагательных в свой отчет и всё, гуляй, Вася-сан, трахай жен и наложниц…
— Ладно, понятно. Я связан договором и, пока не осуществлю его полное выполнение, буду жить и тяжело наслаждаться жизнью. Да-да, всё в соответствии с вашим рассказом. Сейчас же мне нужно подготовиться к обеду в аристократическом доме. Кто-нибудь из вас знает манеры поведения за столом? — посмотрел я на троицу.
Киоси почесал затылок и покачал головой. Ленивый Тигр хмыкнул в ответ. Только Малыш Джо несмело поднял руку:
— Я знаю, вакасю Такаги…
— Ты знаешь? Откуда? — насмешливо спросил Киоси.
— Я из аристократической семьи, — просто ответил Малыш Джо. — Они от меня отказались, когда я перешел в якудза, а я… Я выбрал свой жизненный путь.
Я посмотрел на этого бывшего сумоиста. Неужели он и в самом деле поменял стезю аристократической жизни на короткую карьеру якудза?
— А с чего ты так решил?
— С того, что в семье у меня была куча условностей. Нельзя было ходить туда, потому что аристократы туда не ходят. Нельзя было есть это, потому что это еда черни. Нельзя того, нельзя этого… В общем, кругом одни ограничения. Меня это бесило, потому я и решил свою судьбу двигать сам.
— Да? Тогда ты можешь меня научить поведению за столом?
— Я могу всех научить, а то ведете себя, как… — Малыш осекся, увидев прищуренный взгляд Киоси.
— Как мы ведем себя? — неторопливо спросил Киоси.
— Как не аристократы, — выдохнул Малыш Джо. — Как мужчины, но не как аристократы.
— Вот мы и будем дальше так жрать! — рубанул Киоси. — А ты обучи босса, как надо себя вести за столом. И хорошо обучи, чтобы мужчинам не пришлось краснеть. А мы с Тигром пока займемся боевыми искусствами…
— Так точно, босс! — козырнул Тигр и кинул насмешливый взгляд на Малыша. — Пока другие упражняются в балете, мы будем заниматься мужским делом.
— Сейчас дозвиздишься и я тебя с собой возьму, — спокойно ответил я.
— Нет-нет, я чего? Я ничего! Я только господина Киоси поддерживал… — пролепетал Тигр.
— Вот то-то и оно, что не того ты поддерживал. Ладно, на первый раз прощаю. Малыш, поехали в моё кафе. Там всё покажешь. Тигр, мы забираем твой автомобиль. Где ключи?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Тигр попытался что-то сказать, но под прямым взглядом Киоси проглотил слова и полез в карман. Он копался там так долго, что я уже собрался скомандовать вытряхнуть всё содержимое глубоких карманов. Но нет, в конце концов, на свет показались стилизованные под человеческие крести ключи от машины. Брелок в форме черепа послал сигнал машине, когда я нажал на правую рубиновую глазницу.
Вел Малыш Джо. У меня ещё не было прав, всё как-то недосуг было их получить. А если бы нас остановила полиция, то у Тигра могли бы быть неприятные часы, пока он не забрал бы свою машину обратно.
— Так из какой ты семьи, Малыш Джо? — спросил я, пока мы ехали в Такашито.
— Я предпочту об этом не распространяться, вакасю Такаги, — ответил он. — Я даже взял другое имя, чтобы не позорить семью.
— Ты считаешь, что нахождение в якудзе позорит семью?
Малыш Джо покосился на меня. Я понял, что слегка лопухнулся со своим вопросом.
— Якудзу не очень любят в кругах аристократов. Всеми путями стараются избегать общения с ними и вообще… Но мне моя жизнь нравится и вряд ли я променяю её на другую.
— Подожди, а как же Сэтору Мацуда? Ведь почти всем известно, что он пришел на смену отца в клане Хино-хеби?
— Одно дело учиться среди аристократов, совсем другое дело быть принятым среди них. Я не могу сказать, что Сэтору сохранит хотя бы часть своих знакомств после окончания старшего класса. Многие просто отвернутся от него, когда их пути разойдутся. Думаю, что такая же участь ждет и вас, вакасю.
— То есть те, кто сейчас со мной вместе устраивает вылазки, бьет врагов и готов отдать за меня жизнь — после школы просто перестанут знаться? — хмыкнул я.
— Да. После школы наступит пора университета. Там гораздо строже правила, гораздо сильнее контроль и гораздо пристальнее наблюдение за поведением студентов. Если кого-то причислят к числу якудза, то могут запросто завалить на экзаменах и не пустить обучаться дальше. На следующий год можно будет снова попытаться, но на вас так и останется клеймо якудзы. Даже без татуировки вы будете пугать людей… — со вздохом произнес Малыш.
— И ты всё равно решил пойти по этому пути?
— Да. И я ни капли об этом не сожалею.
Мы остановились возле моего кафе. Всегда улыбчивая Аяка вышла встречать нас лично, проводила за стол и усадила с поклоном. Она была управляющей кафе и под её руководством заведение расцветало. Из официанток в управляющие… Могла ли она подумать о таком повышении? Я же был рад, что не ошибся в своём выборе.
Вскоре нам принесли суши, роллы, мисо, закуски.
— В общем, начнем с азов. Кончики палочек-хаси не должны касаться стола, для них есть специальная подставка. Дурным тоном считается сначала коснуться палочками одного куска, а потом взять другой. О том, чтобы рыться в поисках лучшего куска нужно вообще забыть — это по меньшей мере неприлично. Никогда нельзя втыкать палочки в еду, а тем более нельзя передавать еду из одних палочек в другие… — наставительным тоном начал просвещать меня Малыш Джо.
— Это почему ещё? — спросил я, вспомнив, как одна моя бывшая приятельница любила порыться в моей тарелке и слямзить пару-другую кусочков повкуснее. Иногда я сам передавал эти кусочки из ложки в ложку.
— Потому что это напоминает похоронный обряд, когда палочками вытаскивают несгоревшие кости и передают их другому человеку, чтобы тот положил в урну. По меньшей мере, это плохая примета. В большей степени считается пожеланием смерти другому человеку, — покачал головой Малыш Джо.
Мда. Мне ещё предстояло многому научиться…
Глава 10
Я сидел на скамеечке под деревом во время большой перемены и неторопливо обедал. Рядом сидела Кацуми, весело треща о предстоящем знакомстве с родителями. Она столько раз повторила, чтобы я не волновался, что создала этим самым обратный эффект. Я невольно начал волноваться. А волнение переходило в состояние мэйваку, то самое состояние, при котором испытываешь душевный дискомфорт.
