Впрочем, был и сам аквариум — метра два в длину, метр в ширину и полтора в высоту. Внутри него медленно переваливалась через стилизованную корягу змея необыкновенной красоты. Пусть она была и не такой длины, как удав Каа из книги про Маугли, а всего с руку взрослого мужчины, но её от всех остальных змей отличала необычная раскраска — как будто природа постаралась кричащую яркость попугая передать ползучей твари. Разноцветные чешуйки походили на мелкие лепестки черники, как будто змея была невероятной любительницей полакомиться этими ягодами, поэтому и прилепила их на скользкое тело.
«Шершавая древесная гадюка», — услужливо подсказала мне память.
Возле аквариума стояли родители Кацуми. Они повернулись на тихий шорох дверей и вежливые улыбки озарили их лица. Я уже видел их раньше, на похоронах Акиры, их сына. Правда, тогда их лица были омрачены произошедшим. Сейчас же должен признать, что улыбка им шла больше.
Отец Кацуми белел рубашкой. На шее чуть ослаблен галстук, это давало понять, что он находится в неформальной обстановке. Хозяин дома, глава клана, занимающегося разработкой нефтяных месторождений. Загорелое суровое лицо с обветренными губами. Явно не из тех, кто не вылезает из офиса с утра до ночи. Как я слышал, он сам не чурается проверять объекты и знает почти всех своих подчиненных по имени.
Мать Кацуми с достоинством носила голубовато-розовое кимоно комон, расшитое цветами и радугами. Её лицо могло украшать обложки журналов типа «Крестьянка»… Хотя, для её лица больше подходило название «Аристократка» — миловидное, без намека на морщинки, с изогнутыми в форме лука губами.
— Мама, привет! А вот и мы! — с радостным воплем запрыгнула в комнату Кацуми. — Это мой одноклассник Изаму Такаги.
— Добрый день, господин Утида и госпожа Утида, — я поклонился так, как это предписывает этикет, то есть под углом сорок пять градусов. — У вас очень красивый дом.
— Здравствуйте, Такаги-сан, — кивнул в ответ господин Утида. — Наша дочь уже успела представить нас?
— Да, Кацуми говорила, что ваше имя Кенджи, а вашу спутницу жизни при рождении назвали Мегуми, — ответил я. — Впрочем, эта информация доступна любому человеку, кто хоть сколько-нибудь интересуется историей влиятельных семейств Японии.
— А вы интересуетесь? — спросила грудным голосом мама Кацуми.
— Да, госпожа Утида. Приходится интересоваться — вдруг дальнейшая жизнь сложит ручейки наших интересов в одну глубоководную реку, в таком случае лучше знать, с кем будем поднимать волну и миновать водовороты, — с улыбкой ответил я.
Надеюсь, не слишком цветасто ответил, а то могут подумать, что я стою тут и выеживаюсь. Мелкий хинин, попавшийся на глаза одному из властелинов жизни…
— Хорошие слова, Такаги-сан, — проговорил хозяин дома. — Вы точно уверены, что дальнейшая жизнь сложится так, что вам на пути будут попадаться исключительно аристократы?
— В нашем мире можно быть уверенным только в восходе солнца и солености океана. Я буду к этому стремиться, так как хочу показать всем из моей касты, что добиться можно многого, даже невзирая на предубеждения и закостеневшие традиции. Раньше хинины не могли владеть кафе и ресторанами, а сейчас… — я с поклоном передал свою визитку господину Утида. — Если будете рядом, то милости прошу в моё заведение. Там всегда рады друзьям хозяина.
По правилам этикета визитку нужно передавать двумя руками с легким поклоном. Это мне тоже рассказал Малыш Джо, с ним же мы и состряпали полсотни бумажек с телефонами и контактами. Пусть это и мелочь, но она здорово поднимает статус в глазах того, кому передаешь визитку. Это не просто написать на скомканной бумажке телефон, это уже чуть ли не официальный документ, дающий право позвонить и не быть посланным в прямом эфире.
В основном свои визитки новые знакомые подают друг другу одновременно, обмениваясь ими. Визитка обязательно подается оппоненту двумя руками, лицевой стороной, так, чтобы текст был обращен к собеседнику, и он мог сразу его прочитать. По той же причине нужно, чтобы при этом текст на визитке не закрывался пальцами. При этом нужно сделать поклон и назвать свое имя.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Желательно, чтобы при обмене визитками ваша находилась чуть ниже визитки оппонента. Часто при этом под визиткой держат визитницу — но так, чтобы визитка не лежала на ней. Принимают визитку также двумя руками (если это обмен, то одной, но затем сразу же берут в две), с ответным поклоном. Приняв визитку, нельзя сразу запихивать ее в карман — сначала нужно внимательно осмотреть ее и прочесть, высказывая уважение к партнеру.
Все мелкие детали были учтены. Я сделал всё, как предписывали правила и был немало обрадован, что как только я достал визитку, так сразу же господин Утида вытащил из нагрудного кармана и свою визитку. Он готовился к этой передаче визиток, а это хороший знак. Это значило, что меня действительно ждали…
Я рассмотрел визитку с небольшим узором в виде пролитой нефти. Ничего лишнего, всё сухо, сжато, по делу. После этого убрал её в бумажник.
— Это же не очень далеко от школы? — спросил Утида, рассмотрев мою визитку в ответ.
— Да. И он меня подсадил на рисовые булочки с медом, которые там так вкусно готовят, — подхватила Кацуми. — Вот если в один миг заметите, что я превращаюсь в шар, то будете знать, кого винить!
— Кацуми-тян, чтобы тебе стать шаром, нужно не вылезать из кафешки и находиться без движения сутками, — улыбнулся я в ответ. — Хотя, судя по фигурам твоих родителей, шариком тебе стать не судьба.
— Вывернулся? И мне польстил, и родителям угодил? — подмигнула Кацуми.
— Всего лишь соблюдаю вежливость и пиетет, — парировал я.
— Ваши мысли достойны уважения, Такаги-сан, — кивнул Кенджи и сделал приглашающий жест рукой в сторону стола, заставленного едой. — Прошу вас разделить с нами трапезу.
Кацуми тут же запрыгнула за низенький столик и похлопала по поверхности расшитой подушки рядом. Как будто показала собаке запрыгнуть на сиденье… Или же дружеский жест, показывающий близость отношений? Я предпочел подумать, что это второе.
Я чуть было не плюхнулся на подушку, но вовремя вспомнил, что правила этикета предписывают сначала подарить подарок. Да-да, сначала нужно подарить, а потом уже садиться.
Черт побери, этот обед начал мне напоминать шахматную партию. Чтобы победить в этой игре, нужно делать правильные ходы и продумывать словесные комбинации за пять-шесть ходов. И сделать первый ход должен именно я, так как был рангом ниже, приглашенным и гораздо моложе хозяина дома.
— Господин Утида, госпожа Утида, мой учитель просил передать вам этот подарок, — я вытащил из рюкзака упакованную шкатулку и с поклоном передал хозяину дома.
— Благодарю за подарок, Такаги-сан, — поклонился Кенджи, после чего прошел в угол гостиной и взял с журнального столика небольшой сверток, на ощупь напоминающий завернутую шайбу. — Тут чай для вас и для вашего учителя. Надеюсь, что господин Норобу сумеет оценить его по достоинству.
Пока Кенджи отдавал мне подарок, Кацуми распотрошила мой сверток и протянула шкатулку родителям. На несколько секунд воцарилась тишина. Кенджи и Мегуми рассматривали подарок так, как будто я сунул им в руки бомбу и попросил обезвредить за минуту.
— Это слишком, Такаги-сан, — Утида протянул шкатулку обратно.
Я едва не сел на задницу. Это как так? У меня не принимают подарок? Где же я лоханулся?
— Господин Утида, но я… Мы же от чистого сердца, сэнсэй и я… Это без какой-либо задней мысли. Только в знак уважения… Позвольте же узнать — в чем причина вашего отказа?
— Это работа мастера Городзоку, — проговорил наконец Кенджи. — Боюсь, что мы не сможем принять эти тяван. Они… Они слишком дорогие для нашей семьи. Потомок этого мастера спас наши жизни, вытащил нас из горящего автомобиля, но сам скончался от полученных ран…
Мегуми взглянула на меня и… две слезинки прочертили дорожки на чистой коже щек. Как в тот день, когда хоронили их сына, Акиру.
И я был причиной появления этой влаги на лице.
