так понимаю, тёплого семейного ужина у нас не будет, поэтому с вашего позволения, подожду вашего сына на улице.
- Я не дам тебе спокойной жизни рядом с моим сыном! – Летит мне в спину прямая угроза. – Ты заняла чужое место, но мы с отцом это быстро исправим. Темир бросит тебя и с позором отправит обратно.
- Не смей так разговаривать с моей женой! – Голос Темира как гром среди ясного неба звучит жестко и грозно. – Я привел в ваш дом свою женщину, не для того, чтобы вы её оскорбляли и запугивали!
- Она не пара тебе, Темир! Ни я ни отец, никогда не примем её. Чем тебе Марьям не угодила? – Затараторила озлобленная женщина.
- В таком случае, мне в этом доме больше нечего делать, - поворачивается ко мне и берет за руку. – Поехали. Поужинаем в ресторане…
В спину нам летят непонятные крики, скорее всего проклятия в мой адрес. Но мне уже не так страшно, ведь рука Темира так крепко держит мою, что нет ни каких сомнений в том, что я под надёжной защитой.
Глава 16
Темир
Смотрю на расстроенное лицо своей жены и внутри закипает жгучая ярость. Злость, направленная исключительно на самого себя, за то что потащил её знакомить со своей семьёй, заведомо зная чем всё это обернется. На что я надеялся? На понимание своих родных, которые всегда с холодным расчетом ставили свои интересы превыше других. Несмотря на мою бесконечную преданность и полную отдачу в работе, мои близкие не только не приняли мой выбор, они еще посмели, не выбирая выражений, унизить и пристыдить девушку, которую привел в их дом, выставив её чуть ли не падшей женщиной, не достойной нашей семьи. После того, что я для них сделал и продолжаю делать, они проявили непочтительное отношение к моему выбору, а значит и ко мне лично.
Пару часов назад, когда увидел это нежное создание с глазами чертенка, окончательно убедился, что хочу её себе до безумия. Пора перестать себя обманывать, прикрываясь маской безразличия. Аяна за несколько дней смогла пробить все преграды и добраться до самого сердца, чего другим не удавалось сделать годами.
Все попытки, контролировать свой разум, выработанные годами, летят к чертям, стоит только представить образ моей супруги, её глаза, изгибы совершенного тела, при виде которого хочется наброситься и брать пока не закончатся силы. Я как сопливый подросток, не способен контролировать реакцию своего похотливого тела, жаждущего ежеминутного физического контакта. Обладать Аяной с недавних пор стало не просто навязчивой идеей, но и маниакальной одержимостью, которую с каждым днем все труднее сдерживать. Грёбанные фантазии, с непосредственным участием моей жены, каждую ночь не дают мне спокойно спать. И даже во сне приходят в самых развратных красках, раздувая мой член до болезненных спазмов. Даже Лейла, которую всегда с легкостью справлялась с моим напряжением, стала абсолютно бесполезной резиновой куклой. Моё тело больше не отзывается на её умелые ласки, требуя совсем другой источник освобождения.
Вот и сейчас, сидя в ресторане, при виде хоть и расстроенного, но такого красивого лица, мой член распирает и пульсирует, демонстрируя боевую готовность. Перед глазами тут же возникает картинка, где моя дерзкая недотрога встаёт на колени, расстегивает молнию, добираясь до эрегированного органа, принимает его полностью и …
- Я не голодна. Зачем мы приехали сюда? – Отдаленно слышу голос, с привычными нотками раздражения.
- Не капризничай, поешь. Здесь отличная русская кухня. – наблюдаю, как девчонка борется с желанием заглянуть в меню.
- Я подвела тебя, не справилась, - опускает глаза. Теперь ты не разрешишь мне позвонить?
- Как только вернёмся домой, ты сможешь позвонить кому пожелаешь. – к привычным чувствам добавляется жалость, которую всегда старался подавлять. – Но сперва мы поужинаем.
Как там говорят? Аппетит приходит во время еды? Так и в нашем случае. Едва официант поставил на стол выбранные блюда, Аяна со здоровым аппетитом принимается за ужин. Я же с удовольствием наблюдал за этой картиной, вызывая недоуменные взгляды со стороны своей жены.
Платок на голове немного съехал, высвободив несколько прядей переливающихся в тусклом свете софитов. По-хорошему, я должен сделать ей замечание, но в последний момент решил проигнорировать такую мелочь. Она вообще не обязана покрывать голову, учитывая её принадлежность к другой религии. Носить платок – это была лишь моя прихоть, желание максимально прикрыть от посторонних глаз все её прелести.
Расправившись с ужином и выпив бокал вина, на щеках Аяны появился легкий румянец, добавляя еще больше привлекательности её идеальной коже. Девчонка наконец расслабилась и уже не выглядела такой расстроенной.
- Кто эта девушка, что делала тебе ну…, когда я зашла в твой кабинет, - внезапно спросила моя осмелевшая супруга. В её словах прослеживалась неприкрытая ревность, вызывая легкую едва заметную улыбку, которую тут же пытаюсь спрятать.
- Лейла – женщина, которая расслабляет меня в любое удобное для меня время.
- То есть, твоя любовница?
- Можно и так сказать. Я взрослый мужчина и мне необходима разрядка. – вижу откровенный упрёк в её голубых глазах. Я уже заметил, что когда она злится, они становятся темнее, как сейчас. - В твоей стране мужчины не занимаются сексом?
- В моей стране если и заводят любовниц, то не тащат их в супружеское ложе. Это унизительно и недопустимо!
- Ты всегда можешь повлиять на эту ситуацию. Одно твоё слово и Лейла навсегда покинет наш дом. Вот только её обязанности в полном объеме перейдут к тебе. Ты к этому готова? – Приподнимаю бровь в ожидании ответа.
- Нет конечно! – Отводит взгляд в сторону, явно не ожидая такого поворота. – Я уже говорила, что ты для меня слишком стар и вообще не в моём вкусе…
Умеет же моя жена завести с пол-оборота. Делаю небольшую паузу, чтобы успокоиться.
- И кто же в твоём вкусе, м? Слюнявый подросток, который по утрам спускает на твою фотографию? Или зажимает по углам в общественном туалете? Такой, Аяна, тебе нужен мужчина?
-Уж лучше такой, чем грубое животное, которое только и может, что запугивать и угрожать, упиваясь своей властью!
- А я смотрю, тебя так легко запугать, что ты постоянно сама лезешь в пасть к этому животному, нарываясь на грубое обращение.
Моё терпение подходит к концу, уступая место дикому желанию разложить мою жену прямо на этом столе и показать наглядно,
