– Вот черт! – прошипел Тренкер так, что все обернулись. – Я научил всему эту вздорную бабенку, а ее имя стоит перед моим! Вот черт! Черт, черт, черт! Нет, вы только посмотрите на это!
Лени на мгновение застыла в удивлении, а затем незаметно покинула стоящих мужчин и медленно пошла к дому, находившемуся неподалеку. Настроение у нее было испорчено. Нет, конечно, Луис очень ей помог, но он был никем. До этого он снимался только в документальных фильмах – «Святая гора» стала его дебютом в игровом кино. Она же была уже известна, ее концерты проходили с аншлагами. Да, она благодарна ему, что он научил ее кататься на лыжах. И да, она не очень-то и возражала бы, если бы ее имя стояло после его имени. Но так решила киностудия… Ах, вот так легко люди становятся врагами. Ход ее мыслей прервал запыхавшийся Фанк, который догнал ее почти у самого подъезда. Он был разозлен ситуацией, поскольку имел в планах еще один фильм, где играли бы и Лени, и Тренкер. Он уже подписал договор со студией на производство «Зимней сказки». Режиссер попросил ее не обращать внимания на актера и не утрировать конфликт.
14 декабря 1926 года состоялась премьера фильма. Вся съемочная группа сидела в ложе во Дворце УФА «Паластам-Цоо». Перед началом картины Лени вживую исполнила «Танец Диотимы» из «Святой горы» и танец, поставленный ею на музыку «Неоконченной симфонии» Шуберта. Когда аплодисменты после ее выступления затихли, в зале медленно погас свет. Лени с замирающим сердцем смотрела на экран. Это было что-то особенное! Она смотрела и не могла на себя наглядеться. То тут, то там периодически раздавались восторженные возгласы – публике фильм несомненно понравился. После окончания картины сидящих в ложе актеров и режиссера зрители приветствовали бурными овациями. Смущенные, они несколько раз выходили на поклон. На следующий день телефон Лени буквально разрывался от звонков – столько поздравлений она еще никогда не получала. Это был успех! Лени вышла на улицу и скупила все утренние газеты. Дома она, не раздеваясь, села в кресло и с упоением начала читать отзывы критиков, неустанно хваливших актерскую игру девушки и талантливого режиссера. В газете «Вельтбюне» фильм назвали «в высшей степени порочным холмом, точнее сказать, пошлой кучей банальностей и опасных недоразумений». Лени не стала читать дальше и выбросила газету в мусор. Ну и вздор! Впрочем, эта рецензия не испортила ей чудесного настроения – все ее существо торжествовало.
«Зимней сказке» – новой идее Фанка – к сожалению, студия не дала ход. Только что руководство подписало контракт на производство самого дорогого за всю ее историю существования «Метрополиса». Но Фанк нашел выход из положения – буквально за ночь он написал новый сценарий под заглавием «Большой прыжок» или «Гита – девушка с козами». Это был фарс, даже самопародия режиссера, представляющий в смешном виде неопытных туристов в горах. Главная роль, конечно же, предназначалась Лени. Она с радостью согласилась сниматься. Уже довольно давно она решила для себя, что с танцами покончено. Да, ей уже 24 года, позади у нее пять переломов, вынужденный перерыв в репетициях отбросил ее далеко назад в профессиональном плане. И потом – она ведь теперь может сниматься в кино. Теперь, когда кино всерьез занялся Зокаль, она всегда может рассчитывать на его помощь… К этому времени он уже основал свою собственную фирму и выпустил несколько фильмов, помимо кинолент Фанка.
Лени переехала в новую квартиру в одном из районов Берлина – Вильмерсдорфе. На крыше у нее был свой сад. На этом же этаже квартиру снял и Зокаль.
В «Большом прыжке» главную мужскую роль должен был сыграть Шнеебергер – только он с его мастерством великолепного лыжника мог исполнить все те акробатические трюки, что запланировал для съемок Фанк. Блоха в резиновом костюме «мишленовского» человечка, раздувавшего его вдвое, должен был совершать немыслимые кульбиты в воздухе или, например, в одной из сцен в прыжке приземляться на одетую в резиновый костюм корову. Лени, в новой картине игравшей пастушку, предстояло научиться взбираться по скалам босиком и без страховки. Таков был замысел режиссера. Обучить ее этому мог только Блоха, поэтому перед съемками летних сцен в Арльберге Фанк отправил их вдвоем в Доломитовые Альпы. Шнеебергер давно нравился Лени, но он был довольно скромным и застенчивым – совсем не в ее вкусе. Однако его сила и мужество, с которой он взбирался на неприступные вершины, его отвага и готовность всегда прийти на помощь – он уже столько раз спасал Лени в горах – постепенно сблизили их. Это не было любовью с первого взгляда, но девушка вдруг заметила, что ей очень хорошо с Гансом. Она чувствовала себя защищенной с ним, к тому же, он никогда не претендовал на роль звезды. Так что предложение Фанка Лени обрадовало. Вместе с Гансом они отправились в хижину в седловине Зелла. Сначала девушка обучалась взбираться на скалы в ботинках. Танцевальные тренировки помогли развить ей хорошую координацию, так что она уже очень скоро стала делать первые успехи. Решено было совершить скалолазную экскурсию на башни Вайолетты. Осторожно и медленно они карабкались вверх, нащупывая выступы и балансируя на узких карнизах, вбивая, где это нужно было, крюки и преодолевая расщелины. Лени так нравилось взбираться, ее раздирал какой-то детский азарт, с которым раньше она бесстрашно лазала по деревьям. Когда они добрались до вершины, она была просто счастлива. Такие просторы вокруг! Вот и облака совсем рядом, нахлобученные на самые пики скал. А воздух! Казалось, воздух можно осязать пальцами – такой чистый и прозрачный! Лени не боялась высоты – она с наслаждением спускалась вниз, скользя на канате. Но боли она боялась, и когда пришло время тренировок босиком, ей становилось страшно. Ежедневно она ходила по осыпавшейся под горами доломитовой крошке, но кожа ступней не могла свыкнуться с таким издевательством. Снова и снова лилась кровь из ее расцарапанных подошв.
По сценарию она должна была карабкаться по скалам Фенстерле, которые хотя и были невысокими, но здорово осыпались. Также Фанк задумал сцену купания пастушки в горном озере Карерзее с ледяной водой. Протестовать и ругаться с ним был бесполезно – его требовательность не знала границ. Делать нечего, Лени часами барахталась в шестиградусной воде в одной тонкой ночной сорочке, когда снимали дубли.
– Лени, перестань кричать! От твоих воплей уже голова пухнет! – с досадой отчитывал ее Фанк, когда она в очередной раз отказалась залезать в воду. – Лени, ну послушай, ты сама потом увидишь, какие кадры получатся! Тебе понравится, обещаю!
Вода в этом зелено-бирюзовом необыкновенном озере была кристально чистой. На глубине нескольких десятков метров можно было видеть каменистое дно. Чуть позже Лени оценила замысел режиссера – сквозь эту воду, как сквозь стекло, проглядывало ее молодое крепкое тело в одной лишь полупрозрачной белой рубашке. Девушка была в восторге.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
