1937
Мать и сын
На родного сынаМолча смотрит мать.Что бы ей такоеСыну пожелать?
Пожелать бы счастьяДа ведь счастлив он.Пожелать здоровьяМолод и силен.
Попросить, чтоб дольшеПогостил в дому,Человек военный,Некогда ему.
Попросить, чтоб толькоМать не забывал,Но ведь он ей письмаС полюса писал.
Чтоб не простудиться,Дать ему совет?Да и так уж больноСын тепло одет.
Указать невестуГде уж! Сам найдет.Что бы ни сказалаЯсно наперед.
На родного сынаМолча смотрит мать.Нечего как будтоПожелать, сказать.
Верит — не напрасноСын летать учен.Как ему беречься,Лучше знает он.
Дело, что полегче,Не ему под стать.Матери, да чтобыЭтого не знать!
Он летал далеко,Дальше полетит,Трудно — перетерпит.Больно — промолчит.
А с врагом придетсяВстретиться в боюНе отдаст он даромГолову свою.
Матери — да чтобыЭтого не знать...На родного сынаМолча смотрит мать.
1937
Соперники
Он рядом сидит, он беседует с нею,Свисает гармонь на широком ремне.А я на гармони играть не умею.Завидно, обидно, невесело мне.
Он с нею танцует особенно как-то:Рука на весу и глаза в полусне.А я в этом деле, действительно, трактор,Тут даже и пробовать нечего мне.
Куда мне девать свои руки и ноги,Кому рассказать про обиду свою?Пройдусь, постою, закурю, одинокий,Да снова пройдусь,Да опять постою.
Добро бы я был ни на что не умелый.Добро бы какой незадачливый я.Но слава мояДо Москвы долетела.И всюду работа известна моя.
Пускай на кругу ничего я не стою.А он на кругу никому не ровня.Но дай-ка мы выедем в поле с тобою,Ты скоро бы пить запросил у меня.
Ты руку ей жмешь.Она смотрит куда-то.Она меня ищет глазами кругом.И вот она здесь.И глядит виновато,И ласково так, и лукаво притом.
Ты снова играешь хорошие вальсы,Все хвалят, и я тебя тоже хвалю.Смотрю, как работают хитрые пальцы,И даже тебя я ценю и люблю.
За то, что кругом все хорошие люди,За то, что и я не такой уж простак.За то, что всерьез не тебя она любит,А любит меня.А тебя только так...
1937
* * *
Погляжу, какой ты милый.Замечательный какой.Нет, недаром полюбила,Потеряла я покой.
Только ты не улыбайся,Не смотри так с высоты,Милый мой, не зазнавайся:Не один на свете ты.
Разреши тебе заметить,Мой мальчишка дорогой,Был бы ты один на светеИ вопрос тогда другой.
За глаза и губы этиВсе простилось бы тебе.Был бы ты один на светеРавных не было б тебе.
Ну, а так-то много равных,Много, милый, есть таких.Хорошо еще, мой славный, Что и ты один из них.
Погляжу, какой ты милый,Замечательный какой.Нет, недаром полюбила,Потеряла я покой...
1937
* * *
А ты, что множество людей,С тобою росших, помнишь,Ты под ровесницей своейГрустишь, под липой темной.
Я знаю, старый человек,Ты волю дал обиде,Что прожил долгий, трудный векИ ничего не видел.
Ты знал, что все края равны,Везде нужда и горе,И не прошел родной страныОт моря и до моря.
Дождался дома сытых дней,Все так, одно обидно:Себя считал ты всех умней,Да просчитался, видно.
1937
Матери
И первый шум листвы еще неполной,И след зеленый по росе зернистой,И одинокий стук валька на речке,И грустный запах молодого сена,И отголосок поздней бабьей песни,И просто небо, голубое небоМне всякий раз тебя напоминают.
1937
Перед дождем
У дороги дуб зеленыйЗашумел листвой каляной.Над землею истомленнойДождь собрался долгожданный.
Из-за моря поспешая,Грозным движима подпором,Туча темная, большаяПоднималась, точно, в гору.
Добрый гром далеко где-тоПрокатился краем неба.Потянуло полным летом,Свежим сеном, новым хлебом.
Наползая шире, шире,Туча землю затеняла.Капли первые большиеОбронились где попало.
Стало тише и тревожнейНа земле похолоделой...Грузовик рванул порожнийПо дороге опустелой.
1937
Как Данила помирал
Жил на свете дед ДанилаСто годов да пять.Видит, сто шестой ударил,Время помирать.
Вволю хлеба, вволю сала,Сыт, обут, одет.Если б совесть позволяла,Жил бы двести лет.
Но невесело Даниле,Жизнь сошла на край:Не дают работать деду,Говорят: — Гуляй.
А гулять беспеременно —Разве это жизнь?Говорили б откровенно:Помирать ложись.
Потихоньку дед ДанилаНатаскал досок.Достает пилу, рубанок,Гвозди, молоток.
Тешет, пилит — любо-мило,Доски те, что звон!Все, что делал дед Данила,Делал крепко он.
Сколотил он гроб надежный,Щитный, что ладья.Отправляется ДанилаВ дальние края.
И в своем гробу сосновомНавзничь дед лежит.В пиджаке, рубахе новой,Саваном прикрыт.
Что в селе народу былоВсе пришли сполна. — Вот и помер дед Данила.— Вот тебе и на...
Рассуждают:— ПотрудилсяНа своем веку.И весьма приятно слышатьЭто старику.
— Ох и ветох был, однако,Кто-то говорит."Ох, и брешешь ты, собака", —Думает старик.
— Сыновей зато оставил — Хлопцам равных нет."Вот что правда, то и правда", — Чуть не молвил дед.
Постоял народ пристойноИ решает так:— Выпить надо.Был покойникВыпить не дурак.
И такое заключеньеДед услышать рад:Не в упрек, не в осужденьеЛюди говорят.
Говорят:— Прощай, Данила,Не посетуй, брат,Дело ждет, по бревнам нашиТопоры торчат.
Говорят:— У нас ребятаПлотники — орлы.Ты их сам учил когда-тоВырубать углы.
Как зачешут топорамиВперебой и в лад,Басовито, громовитоБревна загудят.
Эх, Данила, эх, Данила,Был ты молодым!С молодым бы впору былоПотягаться им.
Не обижен был ты силой,Мы признать должны...— Ах вы, — крикнул дед Данила, — Сукины сыны!
Не желаю выш постылыйСлышать разговор.На леса! — кричит Данила. — Где он, мой топор?!
1937
Про Данилу
Дело в праздник было,Подгулял Данила.Праздник — день свободный,В общем, любо-мило,
Чинно, благородноШел домой Данила,Хоть в нетрезвом видеСовершал он путь,
Никого обидетьНе хотел отнюдь,А наоборот —Грусть его берет,
Что никто при встречеЕму не перечит.Выпил — спросу нет.На здоровье, дед!
Интересней было б,Кабы кто сказал:Вот, мол, пьян Данила,Вот, мол, загулял.
Он такому делуБудет очень рад.Он сейчас же целыйСделает доклад.
— Верно, верно, — скажетИ вздохнет лукаво, А и выпить дажеНе имею права.
Не имею права,Рассуждая здраво.Потому-посколькуЗа сорок годовВырастил я толькоПятерых сынов.
И всего имеюВ книжечке своейОдну тыщу двестиВосемь трудодней.
— Выпил, ну и что же?Отдыхай на славу.— Нет, постой, а может — Не имею права?..
Но никто — ни слова.Дед работал век.Выпил, что ж такого?Старый человек.
"То-то и постыло", — Думает Данила.Чтоб вам пусто было, — Говорит Данила.
Дед Данила плотник,Удалой работник,Запевает песню:"В островах охотник...
В островах охотникЦелый день гуляет,Он свою охотуГорько проклинает...
Дед поет, но нетуПесни петь запрету.И тогда с досадыВдруг решает дед:
Дай-ка лучше сяду,В ногах правды нет!Прикажу-ка сыну:Подавай машину,
Гони грузовикНе пойдет старик.Не пойдет, и только,Отвались язык.Потому-посколькуМировой старик.
— Что ж ты сел, Данила,Стало худо, что ль?Не стесняйся, милый,Проведем, позволь.
Сам пойдет Данила,Сам имеет ноги.Никакая силаНе свернет с дороги.
У двора Данила.Стоп. Конец пути.Но не тут-то былоНа крыльцо взойти.
И тогда из хатыСыновья бегут.Пьяного отца-тоПод руки ведут.
Спать кладут, похоже,А ему не спится.И никак не можетДед угомониться.
Грудь свою сжимает,Как гармонь, руками,И перебираетПо стене ногами.
А жена смеется,За бока берется:— Ах ты, леший старый,Ах ты, сивый дед,Подорвал ты даромСвой авторитет...
Дело в праздник было,Подгулял Данила.
1937
