— Прошу меня извинить. Мы только что получили сообщение о важном происшествии криминального характера.
Сейчас эти материалы обрабатываются, и мы их покажем вам в конце этого выпуска новостей.
В этот момент за открытым окном послышался автомобильный гудок, сигнализирующий о том, что прибыли хозяева дачи.
Я высунулась в окно, призывно махнула им рукой и вернулась к телевизору. Вдруг сообщат что-то действительно интересное.
Когда бросившие машину, взволнованные моим энергичным призывом хозяева ворвались в помещение, по телевизору показывали, как толстый потный мужчина в железнодорожной форме объяснял телезрителям и ведущему, почему было необходимо и, безусловно, полезно для народонаселения нашей губернии повысить тарифы на проезд в электропоездах пригородного сообщения.
— Что случилось? — испуганно спросила Зинаида.
— Пока не знаю, — ответила я, поглощая малину, — сейчас передадут какое-то важное сообщение.
Олег с Зинаидой тоже сели перед телевизором и стали внимательно слушать сообщение о том, что в районе Шахматного клуба пропал доберма-пинчер, девочка, и ее просят вернуть за вознаграждение.
Вскоре вошел Благодаров. Оказывается, он тоже приехал вместе с хозяевами.
— Вы что это перед телевизором уселись? — удивленно спросил он. — «Спокойной ночи, малыши» вроде еще не скоро начнется.
— Таня говорит, что собираются сделать какое-то важное сообщение, — пояснил Олег.
— Не просто важное, — пояснила я, — а криминального характера. Малины хочешь?
— Нет, спасибо.
Благодаров пошел на кухню за табуреткой и, вернувшись, сел рядом с нами.
Пошли спортивные новости.
Сообщили, что баскетбольная команда «Автодор» обыграла очередного соперника.
Спортивные новости закончились одновременно с малиной в моей миске. На экране телевизора появилась заставка с видом здания консерватории.
Наконец заставку сменило озабоченно-значительное лицо дикторши.
— А теперь мы познакомим вас с материалами, полученными нашим специальным корреспондентом с помощью сотрудников областного управления внутренних дел, которым мы приносим благодарность за это.
На экране пошли кадры, изображавшие хорошо знакомое мне здание. Мужской голос за кадром комментировал:
— Вчера вечером в нашем городе было совершено преступление, по своим масштабам далеко превосходящее все известные ранее. Сегодня утром в помещении акционерного общества закрытого типа «Шторм» были обнаружены трупы одиннадцати человек, среди которых опознан и труп директора АОЗТ «Шторм» Пунькина Анатолия Серафимовича, более известного в нашем городе, как главарь организованной преступной группировки по кличке Кабан.
Камера дала панораму кабинета Кабана, заваленного трупами людей.
Кое-кого я узнала. Савелий лежал в углу между ножками стульев, словно перед смертью пытался спрятаться за ними. Сам Кабан сидел в кресле, уронив голову в лужу крови на своем то ли письменном, то ли обеденном столе.
— Как установило следствие, — продолжал комментировать голос за кадром, — большинство опознанных — сотрудники акционерного общества «Шторм». Причиной их смерти, предположительно наступившей вчера около двадцати трех часов, явились многочисленные огнестрельные ранения. На месте преступления обнаружено большое количество пистолетных гильз калибра 7,62 и 9 мм от пистолетов «ТТ» и «АПС». Трупы были обнаружены сегодня утром одним из сотрудников этого акционерного общества, пришедшим на работу около девяти часов утра. Возбуждено уголовное дело, о ходе которого мы будем информировать вас в дальнейших выпусках нашей программы.
— Что это за пистолет такой, «АПС»? — поинтересовался Алексей.
— Автоматический пистолет Стечкина, — пояснила я, — не мешай слушать.
Но на экране опять появилось изображение здания консерватории.
Нажав на красную кнопку пульта дистанционного управления, я выключила телевизор.
— Что же все это значит? — неуверенно спросила Зинаида.
— А это значит, — ответила я, — что, во-первых, я выхожу из подполья, а во-вторых, мы можем спокойно тратить наши денежки, с разумной, естественно, скоростью. Не надо забывать о таких мелочах, как налоговая инспекция.
— Минуточку, минуточку, — вмешался Благодаров, — я, конечно, потрясен насильственной гибелью такого большого количества людей, но, в конце концов, погибшие были далеко не ангелы, их гибель ничего, кроме облегчения, подавляющему большинству жителей нашего города не принесла, и, наконец, они за что боролись…
— На то и напоролись, — закончил за него Олег, — это нам понятно. К чему ты, собственно, клонишь?
— А к тому, что бутылочка шампанского была бы сейчас очень кстати.
— И даже не одна, — поддержал друга Олег, тем не менее вопросительно поглядев на жену.
Зинаида молча сидела на стуле, опустив руки на колени. Несомненно, только что увиденное потрясло ее до глубины души. Медленно подняв на нас глаза, она сказала:
— Я только сейчас до конца поняла, какую ужасную игру мы затеяли. Никогда в жизни не полезу больше не то что в такую, а в самую безобидную авантюру. Теперь я даже в трамвае без билета не поеду.
— Надеюсь, покупку пары бутылок шампанского ты не считаешь авантюрой? — озабоченно уточнил ее муж.
— Нет, не считаю, — отрешенно ответила Зинаида, — мне самой сейчас не помешает немного выпить.
Не сговариваясь, друзья вскочили с мест и неудержимо устремились к выходу.
— Здесь неподалеку в деревне есть отличный магазинчик, — успокаивал на ходу Олег Алексея.
— Хорошо, что ты не успел загнать машину под навес, — вторил ему тот.
* * *
За вечер сообщение об инциденте в «Шторме» повторяли несколько раз не только местные, но и центральные телепрограммы.
Информационная программа «Время» отметила, что это одно из крупнейших в истории криминальное убийство, включая знаменитые чикагские разборки времен сухого закона в США.
Разумеется, друзья при покупке не ограничились двумя бутылками шампанского. По-моему, отчасти это произошло еще и потому, что по дороге в магазин к ним пришло действительное осознание того факта, что они практически не ограничены в средствах на покупку спиртного.
Немного выпив, они с жаром начали обсуждать планы предстоящего использования капиталов для расширения своей торговли.
Затем разговор плавно перешел на меня.
— Таня, а что ты собираешься делать дальше? — спросила Зинаида.
Я пожала плечами:
— Не вижу причин менять свою профессию. Разве только передохну немного. Съезжу куда-нибудь. Я как раз собиралась это сделать, да мой банк лопнул. Из-за этого я и влипла в это дело. А впрочем, надо кинуть кости.
Я объяснила присутствующим свой метод гадания, достала мешочек и под их скептическими взглядами бросила кости на стол:
23 + 29 + 12.
«Вам предстоит значительное повышение по службе», — по памяти сформулировала я.
За столом раздался дружный смех.
— Зря вы смеетесь, — обиделась я, — это очень точное гадание.
— И какое же повышение по службе может получить частный детектив? — ехидно улыбаясь, поинтересовался Олег.
Я не могла уронить репутацию своего главного инструмента расследований.
Встав и подняв наполненный шампанским бокал, я торжественно провозгласила:
— Как глава частного детективного бюро я с этой минуты назначаю себя — детектива упомянутого бюро — старшим детективом упомянутого бюро.
Переждав аплодисменты и смех, я добавила:
— С соответствующим увеличением денежного оклада.
