— Зайдем в соседний магазин, и вы подберете себе джинсы и по паре кофточек, этого будет достаточно, — распорядился Шургин. — В конце концов, Тихорецк — не край света.
Он побросал в спортивную сумку кое-какие вещи для себя, а Алекс важно заявил, что ему ничего не нужно. А если понадобится, он купит. Он всячески подчеркивал свою состоятельность, и Шургин наконец удосужился спросить:
— А чем ты вообще занимаешься?
— Я покупаю и продаю, — туманно ответил тот. — Извлекаю из этого выгоду и живу в свое удовольствие.
Вчетвером они вышли на улицу и двинулись к переходу. Стоянка машин, на которой Шургин оставил свое транспортное средство, находилась неподалеку, нужно было только перейти шоссе. Клара с Дианой, отлично поладившие друг с другом, шли по пятам за мужчинами. Те первыми ступили на проезжую часть. Для пешеходов горел зеленый свет, и вся четверка бодро шагала по полосатой «зебре» перед носом порыкивающих в нетерпении автомобилей.
Когда загорелся красный, Шургин и Алекс уже стояли на тротуаре, Клара сделала последний шаг, а вот Диана…
От самого подъезда Диана шла молча и постоянно оглядывалась. Никто и слова ей не сказал: думали, что после похищения она опасается нового нападения бандитов. Однако они ошибались. Дело было не в этом. Совсем не в этом. Еще в своем дворе, когда они с Алексом изображали старух, она заметила в дальней арке пожилую женщину в старомодном синем костюме, дополненном белой блузкой. Ее голову украшал высокий пучок, сооруженный из светло-рыжих волос — такие пучки были популярны в шестидесятые.
Точно такую же прическу носила тетя Люба. И у тети Любы тоже был синий кримпленовый костюм с юбкой, который она надевала «на выход», потому-то Диана и помнила его так хорошо. Ведь поездка в Москву и встреча с сестрой, которая неизменно заканчивалась скандалом, и была тем самым выходом в свет, когда обязательно нужно выглядеть достойно.
Диана проглотила слюну и сделала непроизвольное движение в сторону незнакомки. Но та развернулась и быстро пошла прочь. Арка поглотила ее, как большая рыбина с разверстой пастью.
— Что-то случилось? — спросила Клара, тронув ее за локоть.
— Нет-нет, — ответила Диана.
Они отлично поладили, но еще не сблизились до такой степени, чтобы доверять друг другу все — в том числе и свои страхи. Пожалуй, одному Шургину она сказала бы о женщине в синем костюме. Нет, она, конечно, не изменила своего отношения к этому типу. Почти не изменила — приходилось признать, что он действует в ее интересах. «Почему он взялся мне помогать? — задавалась вопросом Диана. — Я же ему страшно не нравлюсь». Один раз она поймала себя на мысли, что именно это ее особенно задевает.
Они как раз переходили дорогу, когда Диана почувствовала на своем затылке чей-то взгляд. Это было такое яркое ощущение, как будто что-то живое прикоснулось к ее коже. Она притормозила, обернулась назад и… Увидела возле витрины магазина ту самую женщину в синем костюме и с рыжим пучком на голове. На этот раз женщина не пряталась в тени. Кроме того, она находилась гораздо ближе, и Диана с ужасом вгляделась в ее лицо. Это была тетя Люба! Разве можно не узнать эти черты? Нос картошкой, кирпичные полоски румянца на щеках, широко расставленные глаза..
Диана непроизвольно рванулась назад, ей хотелось как следует разглядеть «тетю Любу». Но светофор уже переключился, стоявшие на старте машины тронулись с места. Между пикапом и маршруткой неожиданно появился мотоцикл, который мчался, не снижая скорости, лавируя в потоке транспорта.
— Диана! — крикнула Клара, бросилась назад и буквально вышибла свою подопечную из-под колес.
Однако сама не успела уклониться от столкновения и, пискнув, полетела на асфальт. Конечно, тут началось столпотворение! Передние автомобили стали тормозить, задние загудели, люди на тротуарах заволновались. Алекс и Шургин бросились женщинам на помощь, Шургин больно схватил Диану за локоть и толкнул ее на Алекса:
— Смотри за ней.
Потом опустился на колени и склонился над Кларой:
— Ты цела? Где-нибудь болит?
— О-о-ох! — Глаза у Клары были огромные и беспомощные.
Мотоциклист в красном шлеме кружил вокруг, напоминая вышедшего из-под контроля робота, и говорил как заведенный:
— Я ехал на зеленый! Все видели! Вы же видели? А она как выскочит…
Когда приехала «Скорая» и врачи принялись грузить Клару на носилки, Диана расплакалась:
— Это я во всем виновата!
— Конечно, вы, — злобно ответил Шургин. — Теперь я буду гонять вас впереди себя, как козу.
— Но я тоже хочу ехать, — лепетала Клара, у которой стремительно опухала левая рука.-Я думала, что смогу помочь…
— Ты можешь, — твердо сказал Шургин. — Мы сделаем вот что. Отвезем тебя в ту больницу, где лежит женщина, которую считают женой Дениса Звенигородского.
— Но это платная клиника, — пискнула Клара.
— А мы заплатим, — успокоил ее Шургин.
И богатый Алекс подтвердил:
— Не вопрос. Я сам за все заплачу. Это будет компенсация за моральный ущерб. Я имею в виду, что я ущипнул, а тебя уволили…
— Как только придешь в себя, — оттеснил его плечом Шургин, — ты разведаешь все, что только можно. Узнаешь о той женщине. Поняла?
Клара через силу улыбнулась, и он отправился договариваться с медиками, на ходу доставая из кармана бумажник. Диана напоследок ободряюще пожала пострадавшей здоровую руку и, когда дверцы машины захлопнулись, беспомощно огляделась по сторонам. И увидела рыжий пучок волос, плывущий по тротуару среди моря голов. Двойник тети Любы — или что это было на самом деле? — смешался с толпой и уходил безвозвратно. Возможно, нужно было броситься вслед за ним, но Диана чувствовала, что ее ноги сейчас мягче теста для пирожков, которые бабушка когда-то пекла на Пасху. И еще ей было холодно, ужасно холодно.
Заметив, что она трясется, Шургин схватил ее в охапку и поволок на стоянку, куда они, собственно, и направлялись с самого начала.
— Я отправил на дело Алекса, — сообщил он, засунув Диану в свою машину.
Чтобы захлопнуть дверцу, ему пришлось перевеситься через нее. Знакомый запах жасмина заполз ему в ноздри. Ничего удивительного. Они столько раз стояли нос к носу, выясняя отношения, что он уже привык к ее духам.
— Алекс и Клара: жертва заботится о своей потенциальной убийце, — хмыкнул он, доставая из бардачка бумажные платки. — Вытирайте нос. У нас появилось немного свободного времени. Придется ждать, пока ваш поклонник вернется. Если мы уедем без него, боюсь, он за нами погонится.
— Тоже мне поклонник, — опротестовала его заявление Диана.
— Алекс признался, что никогда еще не видел такой аппетитной пятой точки. Уникальный случай! Мне лично не доводилось влюбиться в женщину с тыла. В этом есть нечто пикантное.
* * *
…В Тихорецк они приехали поздним вечером. Диана утверждала, что в лучшие годы их совместной жизни часа за четыре они с мужем сюда добирались. В принципе, по довольно приличной и относительно свободной трассе Шургин доехал бы и быстрее — мощность его авто это вполне позволяла. Но благодаря Алексу дорога превратилась в шестичасовую пытку. То он хотел пива и чипсов и надолго застревал у придорожных палаток, придирчиво выбирая то и другое, попутно доводя до истерики видавших виды продавцов и продавщиц. Затем его начинала мучить жажда, которую он, не торопясь и с удовольствием, утолял охлажденной минералкой, пока закипающий от злости Шургин не принимался ему отчаянно сигналить.
Но через некоторое время Алекс снова требовал остановки. Теперь уже не возле островков цивилизации, где велась торговля, а, наоборот, в местах тихих и безлюдных. Повинуясь законам природы, литры исчезнувшей в его утробе жидкости начинали проситься обратно, о чем Алекс громко и радостно извещал своих попутчиков. Он надолго исчезал в придорожных кустах, возвращался счастливым и даже некоторое время сидел молча, но затем все начиналось сначала: пиво-чипсы-соленые орешки-вода-кусты…
Как-то раз, во время одной из этих бесчисленных остановок, он пытался заговорить с угрюмыми путанами, разгуливающими вдоль шоссе в колготках-сеточках и с маленькими сумочками на длинных ремешках. Но барышни, профессионально и быстро оценив ситуацию, покрыли его таким отборным не девичьим матом, что Алекс посчитал за благо быстренько убраться в машину.
— Слушай, эти-то тебе зачем? — давясь от смеха, поинтересовался Шургин. — Ты у нас вроде бы влюблен, и предмет твоего обожания рядом сидит.
— О тебе беспокоюсь, ты у нас без пары. А так взяли бы девочку, чтобы не скучно было. Заодно она бы и дорогу показала. В смысле, за ту же цену.
— Да мы пока не заблудились, мы вообще, считай, еще ехать не начинали, у каждого столба останавливаемся, — встряла в разговор Диана. — И пожалуйста, без пошлостей и этих ваших комментариев. Прошу помнить, что с вами в машине женщина.
