пропало после вчерашнего его молчания.
Под окном прямо рядом с машиной К. стояла беленькая, как всегда намытая его бешечка.
Телефон я отложила. Ответить сейчас – было бы явным признаком моего присутствия.
Я налила себе стакан воды и бросила туда дольку лимона. Это должно было меня немного взбодрить, иначе у меня никак не формировался план моих дальнейших действий. Я вновь подошла к окну. Дверь авто открылась. Вскоре А. вышел из машины. Волосы на его голове были взъерошены, да и сам он был сонный как мне показалось. Видимо вздремнул. Вдруг он бросил взгляд на мое окно. Я отпрянула. Конечно он не разглядел бы меня в темноте окна, да еще и за занавесками, но все-таки. Допив воду, я вернулась к К. Он уже проснулся.
– Привет! – улыбнулся он мне.
– Доброе утро!
– Давно проснулась?
– Я рано встаю.
– Я тоже.
– На работу?
– Да, пора собираться, – потянулся он.
– Умывайся тогда и приходи пить кофе.
К. привстал с кровати, чмокнул меня в руку и поспешил в ванну.
Я вернулась вновь на кухню, к окну. Машина А. по-прежнему стояла под окнами. Все также с выключенным светом я приготовила для К. кофе, я не знала какой он любит, поэтому сделала обычный черный.
Минут через десять К. вышел из ванной, свеженький и бодренький, он очень удивился, увидев меня в темном пространстве и уже было поднес руку к клавише включателя.
– Нет! – запротестовала я.
– Что такое?
Я подозвала К. к окну. И пальцем указала на стоявшую машину А.
– Это опять он? Что он тут делает?
Мне совсем не хотелось обсуждать с К. А. Все, что было нужно знать ему, он знал. Я промолчала.
К. потянул меня за талию к столу.
– Не параной. Включи свет и давай позавтракаем нормально. Мы же не школьники в конце концов.
В интонации К. я явно слышала нотки недовольства. И покорившись, я села за стол, а он пошел и включил все-таки свет.
Я продолжала молчать. Я замыкалась также как когда-то замыкался А. при разговоре о личном. А ведь это меня в нем и раздражало каждый раз, именно на молчание я всегда обижалась, поэтому сейчас я взяла себя в руки и взяв за руку К. сказала:
– Я не хочу, чтобы сегодня он испортил все так, как тогда.
К. сжал мою руку.
– Он уже ничего не может испортить.
– Я позвоню вечером, – поцеловав меня в губы и попрощавшись, К. вышел за дверь.
Закрыв за ним дверь, я ринулась к окну, вновь выключив свет.
А. вышел из авто, захлопнул дверь, и поставив машину на сигнализацию, развернувшись собрался было идти в сторону подъезда, но тут из подъезда вышел К. Он вальяжно прошел мимо А. сел в свою рядом стоявшую машину, и уехал. А. застыл на месте. Он узнал К. Это, несомненно. С минуту времени он стоял в состоянии забвения, а потом спокойно развернулся обратно к автомобилю, сел в него и дав по газам и тоже уехал прочь.
Я не должна допустить, чтобы он уехал, не должна. В моих руках был телефон, но что-то меня сдерживало. Мне было стыдно за все, что он увидел. Да, я взрослый человек, но чувство стыда меня одолевало и пролизовывало. Мы отдалялись. Я теряла его. Своего друга. Собрав всю волю в кулак, я все-таки нажала кнопку вызова А.
Абонент был не доступен.
Весь день я провела с телефоном в руках. Десятки исходящих звонков. Ни одного ответа и ни одного входящего. Был уже вечер, когда я решила, что надо действовать. Я оделась, спустилась вниз на улицу и села за руль машины. Накрапывал мелкий дождик. Он плакал о нас, наверное. Поплакав вместе с ним, я спустила ручник и нажала педаль газа.
Подъезжая к многоэтажке А. Я с надеждой вглядывалась в темноте в его окна. Света в них не было. На звонок домофона он тоже не отвечал. Да и машины его поблизости я не увидела.
***
Прошла неделя. Мои мысли никто не привел в порядок. Я искала А. Звонила. Приезжала. Но его нигде не было. Телефон его был не доступен. К. же вновь попал в черный список. Мое чувство стыда перед А. обнулило тот вечер, ту ночь. Я чувствовала себя мерзко и противно, словно совершила что-то противозаконное и противоречившее моим моральным принципам. Я никак не могла смыть с себя это отвратительное чувство.
Спустя еще дня три в своем почтовом ящике я обнаружила извещение на свою фамилию. Это было очень странно, так как я ничего и никогда не заказывала почтой, все счета, а также налоговые извещения приходили мне электронной почтой. Поэтому сей факт меня немного насторожил.
На почте мне вручили посылку из столицы. Сидя прямо в машине, я в спешке открыла небольшую коробочку. В коробке сверху лежал свернутый листок бумаги, а под ним, лежал мой бывший завернутый в «пупырку» телефон. Я обрадовалась ему как своему самому близкому и дорогому родственнику. Я вытряхнула его из пакета и прижала к груди, затем взяла в руки записку, развернула и прочла: «Я нашла Ваш телефон. И так как на нем не было пароля, я без проблем связалась с одним из ваших знакомых в контактах и выяснила ваш адрес. Не теряйте больше».
«И такое еще бывает?» – подумала я. Ааккумулятор был даже заряжен почти на все сто процентов. Я поспешила открыть свой мессенджер. Было много непрочитанных сообщений, в том числе одно и от А. одно единственное. Я открыла диалог.
А.: Ты ошибаешься. Тебе повезло. А мне еще больше. Люблю. Позвони, как появишься в сети.
Что это еще такое. Это, наверное, было написано не мне. «Люблю», «тебе повезло». И, чтобы убедиться в этом я решила освежить в памяти свое последнее на этом телефоне сообщение к А.
Я: «Не теряй меня, пожалуйста, сегодня. И вообще не теряй. Да. Сегодня я пойду на встречу с тем парнем. И пускай это будет проба. Но ведь пока не попробуешь, не узнаешь. Метод проб и ошибок – пускай это будет мой метод. Вчера вечером я поняла, что люблю. Люблю тебя. И я неоднократно тебе в этом признавалась. По-дружески конечно. Но вчера, я четко поняла, моя любовь это нечто большее. Вчера меня чертовски к тебе влекло. Находясь рядом с тобой, я понимаю, что каждый кто попытается войти в мою жизнь, потерпит поражение, потому что таких как ты, наверное, не бывает. Для меня ты полное собрание тех качеств и
