сожалею о нас! Может поужинаем вместе сегодня!».
Затруднений с идентификацией человека, который отправил мне это сообщение у меня не возникло, как и с тем, что ответить на данное послание.
И это спустя пять лет.
Настроение мое ухудшилось. Воспоминания нахлынули. Нахлынула та обида, которую я испытал, услышав ее «Извини». Ведь получается я по сути был лишь человеком, у которого водились хорошие деньги и у которого была возможность ее содержать. Противно мне стало до такой степени, что усидеть на месте было сложно, хотелось снести все, что в данный момент находилось на рабочем столе и порвать в клочья все документы, навалившиеся на меня за прошедшую неделю. Я сдержал временный порыв злости. Встал. Накинул куртку и пошел обедать в ресторан неподалеку от офиса, захватив зонт, так как погода и в правду была паршивая.
Заведение оказалось переполнено. Но меня пригласили присесть и подождать. Вскоре должен был освободиться столик. Я нервозно потирал ладони рук, взгляд мой был устремлен в пол. Вдруг колокольчик над дверью входа в ресторан зазвенел, я поднял голову. Вошла девушка. Я не видел во что она была одета, я видел только ее лицо. И не мог от него оторваться. Я понял, что попал. Понял, что если сейчас упущу ее, то потом всю жизнь буду об этом жалеть.
Администратор ресторана видимо сказала ей, что свободных столиков нет. Девушка, ни секунды не мешкаясь, развернулась и вышла. Я последовал за ней. На улице был просто апокалипсис. Она шла очень быстро, и укрывалась как могла от снега и дождя, кутаясь в свое темно-зеленое пальто. Я спешил за ней. На перекрестке загорелся красный. Я подошел сзади, открыл свой зонт, и поднял его над ее головой. Это была ты.
Но после недавнего смс мое недоверие к человеку незнакомому опять о себе напомнило. И я понимаю, как же это глупо, как надменно, эгоистично с моей стороны было подумать так, но я подумал: «Ведь ей ужасно повезет, а я буду потом все время в раздумьях со мной ли она, или с моими возможностями. И я все-таки сморозил глупость».
Я чувствовал в тебе родную душу, своего человека. Видел в тебе девушку, женщину, с которой хочу быть. По мере нашего знакомства, и это было все логично, ты хотела знать обо мне больше. Больше личного, больше интимного. А я не мог рассказать ничего, чего ты от меня ждала, в силу того, что этого просто не было. И ситуация была настолько абсурдная, что пора было бы уже и заканчивать с этим фарсом. Но я втянулся в эту игру. Я должен был быть полностью уверен в человеке прежде чем ему довериться и открыться. Мне нужен был год. Я пообещал себе, что выдержу его, выдержу всю эту театральную постановку. А потом, когда мы пройдем вместе все сложности, которые за этот год подкинет нам жизнь, и ты останешься рядом, я во всем, признаюсь. Хотя у меня не было никаких гарантий, что по окончании этого года, узнав правду ты просто не развернешься и не уйдешь от меня.
О тебе я никому не решался рассказать. Я боялся спугнуть то чудо, которое было рядом со мной. Единственный человек, которому я решился рассказать всю правду, это был мой младший брат. Впервые, когда я рассказал ему все, он был немного в недоумении в первую очередь не от того, что теперь я отчасти был человеком с нестандартной ориентацией, а от того как я держусь рядом с тобой, ведь физическое влечение еще никто не отменял. Если честно, для меня самого это было загадкой. Но я превратил желание в предвкушение. Хотя порой от этого становилось не легче, а наоборот в тысячи раз сложнее сдерживать свои порывы. Ведь в своих фантазиях я позволил себе уже все.
В те дни, когда ты была со мной, когда оставалась у меня и засыпала на моих коленях, я мог долго рассматривать твое лицо, твои губы и глаза, я прикасался к твоей коже, и мое желание просто зашкаливало, и я точно был уверен, сто процентов, что когда-нибудь эти губы они будут моими.
А порой мой разум застилала пелена ревности, ведь я был для тебя только другом.
Ты в любой момент могла встретить человека, влюбиться, выйти за муж. Об этом я старался конечно много не размышлять. И именно поэтому почти каждую свою свободную минуту я посвящал тебе. Я хотел быть рядом. Оберегать и защищать.
А потом я много раз планировал как все расскажу, но постоянно мне что-то мешало. Этот твой корпоратив, эти твои разговоры, я начинал сомневаться. Я злился на тебя, на себя. В Москве вообще все шло не по моему плану.
А потом ты улетела. Я вернулся. Приехал к тебе. А там он. Ты что думаешь я не помню этого козла? Я даже думать об этом не хочу, понимаешь?
Я не выдержала и вмешалась в его монолог.
– Но ведь если бы ты все мне рассказал раньше, не было бы ничего этого. Ты сам создал ситуацию, сам в ней погряз по уши, и теперь злишься на меня? а она то что тут делает? – указала я на девушку, которая сидела, схватившись за голову руками.
– Мы вместе. Вот что я тут делаю. И это все нечестно по отношению ко мне. Почему я должна все это выслушивать? – не выдержала и она.
А. продолжил для меня:
– Мне нужно было сделать ответный шаг. Ты сделала. Сделаю и я, думал я. И мне очень жаль, что я пошел на это. Я не хотел. Извини. Мы не вместе сейчас. Это все игра, понимаешь, она не нужна мне.
– А она значит нужна, – не выдержав, вскочила с дивана его бывшая пассия.
А. молчал. девушка было уже размахнулась, чтобы отвесить А. звонкую пощечину, но тот схватил ее руку.
– Не смей.
– Да пошли вы все, – девушка одернула руку и пулей вылетела из комнаты.
А. видимо закончил свой почти что монолог и сложив руки ожидал видимо ответной реакции остальных.
Я краем глаза поглядела на отца А. и его брата. Они бросили взгляд в мою сторону. Видимо весь удар мне необходимо было принимать на себя, и отвечать А.
– Ну что ж. Теперь мне все ясно. Да, – покивала я А.
Теперь я на все сто процентов была удовлетворена его объяснением, все встало на свои места, ответы были получены на все вопросы.
– Ну вот и замечательно! – обрадовавшись, выдохнул А.
– Может
