Читаем без скачивания Огонь Прометея - Евгений Гуляковский

Но ведь был же в его руках Меч Прометея! Оружие, выручившее его в минуту смертельной опасности, где же оно сейчас? Глеб попытался восстановить в памяти то, что чувствовал в момент наивысшей опасности, во время своей последней стычки со слугами Хорста. Но это ничего не дало, ничего не изменилось. Робот продолжал приближаться, и ему оставалось сделать не больше двух шагов для того, чтобы нанести свой последний, завершающий удар.

Танаев затравленно огляделся — металлический пол ангара на несколько метров вокруг был абсолютно чист, стена, хранившая на себе вмятину от удара его тела, в остальных частях казалась совершенно гладкой. Пожалуй, он мог бы использовать разряженный бластер в качестве дубины, вот только не было сил даже на то, чтобы поднять руку. Да и толку от такого удара по толстенной металлической коробке, заменявшей роботу череп, не будет никакого.

Тело Танаева быстро восстанавливалось, но все же недостаточно быстро для того, чтобы он успел воспользоваться его уникальными возможностями.

В минуты смертельной опасности все внимание человека сосредотачивается на самом главном, пространство вокруг него словно сжимается, окружающее, за пределами зоны возможного удара, перестает для него существовать.

Человек выделяет из окружающего лишь то, что представляет непосредственную угрозу его жизни, и именно поэтому время для него начинает растягиваться, а последовательность событий замедляется. Танаев видел перед собой только уставившиеся в его собственные глаза красные огоньки оптических индикаторов робота. Только они имели сейчас значение. За ними не было мысли, за ними не было чувств — только точный расчет нес в своей глубине механический взгляд.

У этого чудища не было и не могло быть интеллекта, и уж тем более сострадания. Где-то здесь, совсем недалеко, потому что с дальнего расстояния невозможно было бы управлять движениями этой громадины с такой точностью, не видя его реакции, притаился оператор. Человек, о котором Глеб ничего не знал и о существовании которого до этой минуты не догадывался. Человек, управлявший приближающейся к нему смертью... Слишком многого не учли заговорщики, слишком много неожиданностей и сюрпризов преподнесла им схватка, развернувшаяся по не ими писанному сценарию.

Но было что-то еще... Что-то совсем простое и очень важное, суть, ускользавшая от его оглушенного ударом мозга. Там, за глазами робота, в его черепной коробке, не было ничего, кроме управляющих его механизмами радиотехнических схем. И еще — приемник, преобразующий идущие извне команды оператора в двоичный код, в бесконечную цепочку единиц и нулей... Но если в эту передачу, в самую ее глубину, внедрится посторонний код, что произойдет с роботом? Скорее всего, дешифратор не сможет расшифровать непонятный сигнал и пропустит его дальше, напрямую в исполнительный блок, но тогда...

Вот это Глеб и решил проверить. Собственно, только это ему теперь и оставалось — внедриться в последовательность колебаний электромагнитного поля, несущего в себе набор управляющих команд, сбить их основную частоту, затемнить смысл, ввести в команды непредсказуемый, непонятный для простеньких схем робота приказ... И не важно, что именно он будет означать, совсем не важно, лишь бы этот приказ прошел сквозь фильтры и приемники дешифратора...

Танаев смог сделать это напрямую, одним усилием воли, собственно, даже усилия особого не потребовалось. Его мозг привык отдавать команды управляющим блокам станции Антов, в то время, когда он сам, его воля, его память и сознание превратились в подобный блок. Привык настолько, что даже выработал в своем новом теле орган, закрепивший эту способность. И хотя Танаев до этого момента не догадывался о подобной возможности, стоило ему на ней сосредоточиться со всей силой, какую только и могла вызвать в живом существе угроза гибели, как поток невидимых электромагнитных импульсов понесся от него к роботу, и тот замедлил свое движение на ничтожные доли мгновения, незаметные для обычного человеческого глаза. Но для Танаева этого оказалось достаточно, чтобы успеть уклониться в сторону, и металлический кулак, весивший более сорока килограммов, который должен был размозжить ему голову, врезался в стену переборки — в ту самую стену, с прочностью которой минуту назад познакомился и сам Танаев.

Дальнейшее было несложно — нырнув под руку промахнувшегося стального гиганта, Танаев оказался у него за спиной и рванулся к выходу со всей скоростью, на которую было способно его быстро регенерировавшее тело. Во время этого броска он сумел выиграть те самые необходимые ему секунды, после которых оранжевый свет на индикаторе заряда его бластера сменился зеленым.

Он развернулся и в упор расстрелял уже изготовившегося для нового удара робота.

Лишь после того, как дымящаяся груда стальных обломков рухнула на пол, Танаев позволил себе осмотреться и оценить результат схватки. Двое из группы карантинщиков, сопровождавших его, остались неподвижно лежать на полу. Делен и Марк, самый молодой из них... Скорее всего, они уже не поднимутся. Но он не мог себе сейчас позволить заниматься ими. Оператор... Прежде всего он обязан найти оператора, управлявшего роботом, иначе вскоре на станции появятся еще несколько трупов.

Стальные стены ангара полностью экранировали радиоволны, значит, для передачи команд оператору нужно было иметь какое-то окно, отверстие или что-то подобное, щель в стальных стенах...

Танаев еще раз, уже более внимательно, осмотрел помещение ангара, не упуская ни одной мелочи. Эта его способность в самые ответственные моменты находить время для обстоятельств, казавшихся со стороны незначительными, не раз приносила ему успех.

Сорванная решетка воздухопровода под потолком вполне могла бы подойти для этой цели, но он не имеет права ошибиться, у него оставалось не больше минуты до того момента, когда тот, кто управлял роботом, покинет свой пост и попытается смешаться с остальными обитателями станции.

Но ничего более подозрительного, чем эта сорванная решетка, Танаеву не удалось обнаружить. Не теряя ни одной лишней секунды, он бросился прочь из ангара, в котором только что кипела схватка.

Попасть в помещение, расположенное за стеной с поврежденной решеткой воздуховода, удалось не сразу. Танаев упрекнул себя за то, что до сих пор не составил детального плана станции, не сумел предвидеть возможное развитие событий. Теперь ему приходилось терять драгоценные секунды на плутание по узким коридорам, соединявшим производственные отсеки и походившим на настоящий лабиринт.

В конце концов он все же оказался перед нужной, распахнутой настежь дверью. И не смог сдержать разочарования. Оператор робота, в отличие от него, не потерял ни секунды. Он бросил управляющий передатчик, закрепленный под самым потолком на специально оборудованной площадке, и исчез. Оставалась еще слабая надежда вычислить того, кто отсутствовал все то время, пока шла схватка с роботом, но Танаев не сомневался: у его противника наверняка заранее было подготовлено необходимое объяснение, и доказать вину этого человека будет невозможно.

И все-таки надежда еще оставалась. Его обостренное восприятие улавливало сотни нюансов, недоступных нормальным человеческим возможностям, — запахи, едва заметные следы в пыли, даже тени, оставлявшие на стенах свои невидимые отпечатки, имели значение. Глеб не знал, из каких конкретных элементов слагались подсказки его интуиции, да это и не имело особого значения, главное, он чувствовал, по какому коридору бежал человек, бросивший здесь свою аппаратуру. Не теряя ни секунды, он последовал по этому, с каждой секундой все заметнее остывающему следу. До второго уровня, где находились каюты всех нынешних обитателей станции, он прошел безошибочно, не испытывая никаких сомнений, но теперь следы и запахи многих людей смешались в последнем коридоре, и Танаев в растерянности остановился, не зная, куда идти дальше. Возможно, преследуемый вошел в эту дверь, или в следующую...

Что он скажет? Как объяснит свое вторжение, повернется ли у него язык предъявить чудовищное обвинение тому, кто, возможно, только что сражался рядом с ним? Ошибка здесь исключалась. Но Танаев решил, что должен хотя бы попытаться установить истину.

Если он не найдет убийцу сейчас, завтра могут появиться новые жертвы. И отбросив последние сомнения, он взялся за ручку ближайшей двери. Она не была закрыта, и это в какой-то мере укрепило его подозрения в том, что за ней мог скрываться бежавший от него оператор. Времени на то, чтобы приводить в действие электронный запор, у беглеца не было — Танаев шел за ним по пятам.

В каюте находились двое — мужчина и женщина. Кирасов и Лана. В первое мгновение Глеб не узнал ее, или просто не хотел верить в то, что она могла участвовать в предательстве.