гостями насчет оплаты и кинулся в драку. Михал дал сдачи, в ответ моряки направили на гостей железные крючья. Чудом не побили на месте, отвели к судье в цитадель. Но только Михал начал излагать обиду на голландцев — один из оппонентов летит на знатного юнца с черенком от метлы и целится в лоб... В общем, драка продолжилась на глазах судьи. В конце концов местных и пришельцев посадили под замок. К счастью, побитым знатным гостям, не желая дело доводить до суда, устроили побег.
При французском дворе Михал участвует в развлечениях короля, ну и амуры крутит. «Гэты дзень увесь з князёўнаю Шульцбах бавіў і штораз дык болей знаходзіў у ёй розуму, дабраты і гжэчнасці».
Среди выгодных партий Михал выбрал княжну Франтишку Уршулю Вишневецкую, единственную дочь краковского воеводы. Невесты не видел ни разу, однако договорился о визите при посредничестве дяди, Павла Сангушки. Но только собрались в путь, пришло известие, что княжна случайно высыпала на себя горячие угли и обожгла грудь. Следующий раз препятствием оказалось недомогание самого Михала — он страдал головными болями. Тогда же узнал, что к княжне посватался князь Ржевуский. Это так его огорчило, что мать встревожилась. А поскольку привыкла все контролировать, подослала к сыну его сестру с расспросами. Узнав, что сын собирается без согласования с ней свататься к княжне Вишневецкой, разгневалась — ведь уже присмотрела ему другую невесту.
Но Михал, похоже, был отнюдь не бесхребетным. Забавно читать, как мать идет на всевозможные ухищрения, сказывается больной, лишь бы не пустить сына к Вишневецким. Однако визит потенциального жениха состоялся.
Но и здесь не без приключений. В XVIII веке освещение было не такое, как в эпоху электричества. И Михал Радзивилл при свечах поначалу принял за княжну пани Драчевскую, страшненькую и к тому же беременную. Михал бросал взгляды на предполагаемую невесту, начиная потихоньку думать, что беда, надо было матушку слушаться. К счастью, муж пани Драчевской, возможно, заметив подозрительные взгляды юного князя на свою супругу, предложил гостю представить его княжне, и Михал с радостью убедился, что это совсем иная особа, вроде как молодая и красивая. Однако освещение было таким тусклым, что как следует рассмотреть потенциальную невесту не удавалось. Тем более когда началось застолье, их посадили в разных концах стола. Приглядывается жених: лицо вроде ничего, а вот глаза, кажись, косые?
Михалу удалось поговорить с княжной в покоях, но их поставили за кроватью, где было совсем темно. Невеста говорила мало, стеснялась. Еще и дурочка, что ли? Так что бедняга Михал всю ночь не спал, жалея, что явился со своим сватовством, и не зная, как выйти из ситуации.
Однако на следующий день Радзивилл наконец-то рассмотрел невесту.
«Уваходзім, князёўна ў нагах ложка свайго кленчыць і моліцца. Усхамянулася, слічная як Дыяна... Я руку пацалаваў і ад таго моманту кахаць страшна пачаў, і розныя дыскурсы мелі мы праміж сабою».
Вскоре состоялась свадьба.
Михал Радзивилл Рыбонька старательно фиксирует в дневнике беременности своей жены: их было тридцать три. Но одна за другой заканчивались неудачно. Родившиеся дети тоже умирали... У князя остался всего один наследник мужского пола, Кароль Станислав Радзивилл, брат-близнец которого Януш рано умер. Юный Кароль рос избалованным до крайности, читать недоросля смог научить только наставник, развесивший буквы на мишени для стрельбы. Так что театр в Несвиже показывал пьесы Уршули Радзивилл о ценностях семейной жизни — для мужа, о пользе знаний — для сына.
Говорят, Радзивилл Рыбонька продолжал свои куртуазные завоевания. Впрочем, часто было не до того. Во владениях брата, Геронима Радзивилла, по прозвищу Жестокий, вспыхнуло восстание. Войска Радзивилла Рыбоньки помогали усмирять отчаявшихся людей. Затем была история с Мартином Радзивиллом: тот вконец спятил, занялся чернокнижничеством, собрал гарем из несчастных невольниц, жену и детей гноил взаперти... Замок сумасшедшего магната родственники брали штурмом, в то время как сам Мартин вдохновенно играл на скрипке. Имения безумца получил Рыбонька. Сын Кароль тоже вырос не совсем адекватным. В предместье Несвижа Альба создал свою «банду», отряд из преданных ему молодых шляхтичей. Так что Радзивилл Рыбонька, когда пьяная кавалькада возвращалась домой, иногда приказывал поднять мост, чтобы загулявший сын на ночном морозце проветрился.
В 1753 году Уршуля Радзивилл ехала попрощаться с мужем, собиравшемся в Дрезден. В дороге, у Новогрудка, слегла, и вскоре стало понятно — болезнь смертельная. Михал Казимир сидел у постели умирающей Уршули... Когда умерла, сознание от горя терял. Записывал в дневнике: «На другім тыдні гэта пішучы, яшчэ ледзьве жыву я».
Правда, спустя полгода уже читаем в дневнике, что вдовец проводит время «з княгіняй Ганнай з Мыцельскіх Радзівілавай, генерал-маёравай удавою, каторую бяру я in sociam vitae дай Божа шчасліва, за атрыманнем дыспэнсы з Рыма, на каторую хутка спадзяюся».
Так что вскоре Михал Казимир женился во второй раз на упомянутой Мыцельской, от которой имел еще четверых детей.
Михал Радзивилл умер в 1762 году в Вильно. Мартин Матушевич, придворный летописец Радзивиллов, тут же описал князя как подвижника: «Ніколі не глядзеў за сваім здароўем, ніколі не высыпаўся, пастаянна быў у дарозе, ездзіў у самыя непагодныя ночы. Вельмі мала спаў, ніколі добра не еў...»
Род переходил в руки Пане Коханку. А тот уж распорядился по-пышному! Сразу хотел, чтобы поминки длились три года. Это, конечно, было перебором... Но роскошная траурная повозка с телом Михала Казимира Радзивилла в Несвиж, к родовой усыпальнице, продвигалась неспешно, в сопровождении внушительной кавалькады. Везде служились торжественные литургии... Так что хоть умер Михал Казимир в Вильно 22 мая 1762 года, похороны его в Несвиже начались 18 мая 1763-го — целый год длилось прощание с гетманом! Во время завершающей церемонии восемь часов стреляли пушки, двенадцать часов звонили колокола. Кароль Радзивилл потратил на похороны отца миллион золотых.
В Несвиже Рыбонька создал настоящую армию. Была там и первая в Беларуси военная школа — кадетский корпус, и своя милиция. А еще — великолепная оранжерея. С ней связана одна легенда...
Жила в Менске, на берегу Свислочи, девица, у которой были два ухажера. Один — богач, но старый и некрасивый. Второй — молод, красив, но беден. Практичная панночка придерживала возле себя обоих, но молодой требовал определенности. Тогда девица заявила, что выйдет за него замуж, если он добудет ей цветов, которые растут только в оранжерее великого гетмана Михала Казимира Рыбоньки в Несвиже. Влюбленный юноша отправился за добычей, ночью нарвал цветов, но был покусан собаками и задержан стражей. Приведенный пред очи хозяина, вор честно рассказал свою историю. Михал Казимир растрогался, заявил, что
