«Не торопись, не торопись, не торопись», — твердил себе Неводов, подтягивая поясной ремень и поправляя кобуру с пистолетом. Телефонную трубку он взял осторожно, сначала проведя пальцами по черному эбониту.
— Я восьмой… Комбат, срочно давай мотоцикл. Свой, свой гони!.. Вот так-то лучше! Верну скоро!
Неводов ждал мотоцикл у двери. Завидев, побежал навстречу. Высадил водителя, вскочил в седло и крутанул рукоятку газа. Мотоцикл прыгнул вперед. Капитан вцепился в руль, почти лег на бак. Он летел к самолетам, чтобы утвердиться: Шейкин или Тугов? А может быть, тот и другой? Предпоследним летел Тугов, а белая полоса может быть на самолете Шейкина! Да и место в строю могли перед вылетом поменять.
На аэродроме он быстро пошел вдоль стоянок самолетов. За ним торопился инженер полка.
— Нам надо найти штурмовик с белой полосой на стабилизаторе. Смотри, инженер, в оба, не пропусти!
— Один я знаю, капитан. Белая полоса получилась при мелком ремонте. Заклеили две пробоины в передней части стабилизатора, замазали меловой шпаклевкой, а закрасить не успели. Так и летал.
— Кто ходил на нем бомбить понтонный мост?
— Лейтенант Тугов. В отличие от других машин, он привез всего две пробоины, да и те винтовочные, а бог не помог: через стекло — и в грудь.
— Боже — справедливый старик, инженер. А вот еще самолет с белым хвостом.
— Этот вчера только мазали.
— Все, инженер, поехал я! — И, уже трясясь в седле трофейного «БМВ», Неводов крикнул: — Спасибо, старина! Большое спасибо!
Мотоцикл мчался к зданию штаба дивизии, заставляя шарахаться в стороны встречных.
Пропыленный с ног до головы, Неводов взбежал На второй этаж, откозырял дивизионному знамени и настойчиво постучался в дверь кабинета Смирнова.
— Что случилось, капитан? В таком виде…
— Нужна ваша помощь, товарищ генерал.
— Говорите.
— Кто из штабных знает о работе по выявлению неизвестного радиста?
— Наверное, все, — улыбнулся Смирнов. — Я понимаю, что это плохо…
— Как раз наоборот. Сейчас наоборот, — поправился Неводов. — Пусть все знают, что дело по поимке радиста успешно завершено. Бывший лейтенант Шейкин — агент разведки противника. Вот в таком виде!.. Я принял решение арестовать лейтенанта Тугова, но сделать это надо незаметно. К нам пришла разнарядка на получение новых самолетов из Саратова. Прошу вас в число командированных туда летчиков обязательно включить Тугова, но чтобы не вы вносили его в список, а кто-нибудь пониже рангом… ну, например, начальник штаба. Кроме вас, о нашем договоре никто не должен знать.
— Понял. Желаю удачи, капитан.
Через день представители дивизии выехали на авиационный завод. На одном из далеких полустанков лейтенанта Тугова взяли под стражу.
Тугов выпутывался всеми средствами: он молчал, грозил голодовкой и даже пошел на провокацию, обвинив следователя в недозволенных приемах допроса. Представляемые доказательства отвергал как несостоятельные, и это ему иногда удавалось, потому что допросы велись параллельно с поиском новых уличающих фактов.
Следователь. Давайте в пятый раз начнем с одних и тех же вопросов. Где вы были в ночь покушения на Шейкина с двадцати трех тридцати до полуночи?
Тугов. Повторяю в пятый раз: гулял с Татьяной Языковой!
Следователь. Вот показания дневальной по общежитию зенитчиц. Здесь ясно написано: «…Языкова явилась из увольнения в двадцать три часа тридцать минут, что я и зафиксировала в журнале». А вот что утверждает дежурный офицер вашего общежития: «Лейтенант Тугов в свою комнату не возвращался».
Тугов. Когда я проходил, дежурного на месте не было.
Следователь. Вы лжете. Выяснено: в это время дежурил комроты из БАО и с двадцати двух часов вместе с ним за столом сидел старшина роты, они составляли заявку на запчасти.
Тугов. Они ж меня видели, когда по тревоге я выбегал из комнаты.
Следователь. Но не заметили, когда вы входили в нее.
Тугов. Поверьте, у меня нет шапки-невидимки!
Следователь. Этому верю, однако скажите, почему в ту ночь было разбито стекло в окне вашей комнаты?
Тугов. Я резко распахнул его, услышав сигнал тревоги.
Следователь. Что делали дальше?
Тугов. Быстро оделся и выбежал из общежития.
Следователь. Скажите, эти сапоги ваши? В них вы прибыли на место сбора?
Тугов. Похоже, что мои.
Следователь. Предлагая вам разуться и сдать сапоги, мы попросили вас сделать вот эту надпись на голенищах. Ваша роспись?
Тугов. Моя.
Следователь. В резиновых подметках этих сапог обнаружены вкрапленные осколки стекла из окна вашей комнаты. Вот акт экспертизы и данные анализа. Каким образом осколки могли вдавиться в подошву?
Тугов. Распахнув окно и топчась около подоконника, я, естественно, мог наступить на выпавший кусок стекла. Это элементарно!
Следователь. Прошлый раз, Тугов, вы говорили, что бросились к окну прямо с кровати. Вы что же, спали в сапогах?… Молчите? Да, вам лучше помолчать. Вы не могли давить стекло в комнате ни босыми ногами, ни сапогами, потому что окно открывается наружу и разбитое стекло упало не на пол, а на землю за окном. Как вы очутились за окном, Тугов? Опять молчите. За окном мы нашли вдавленные в землю осколки, хотя крупные вы постарались очистить и сделать вид, что выносите их из комнаты. Зачем это нужно было, Тугов?… Я вижу, вы поняли логическую связь моих вопросов. Дежурный офицер и старшина не могли видеть, как вы входили в общежитие, потому что вы проникли в комнату через окно, притом торопились и в спешке разбили стекло. Звук, похожий на звон разбитого стекла, слышал старшина. А через несколько минут после этого была объявлена боевая тревога. Почему вы не вошли в дверь, Тугов?
Так медленно и неуклонно следователь ломал волю Тугова. Много на первый взгляд малозначительных фактов сыграли подготовительную роль к главному — к дешифрованным радиограммам, к магнитофонной записи «голоса» и наконец к очной ставке с ракетчицей Гольфштейн. Она опознала в Тугове человека, которому передала посылку во дворе кинотеатра «Центральный», человека, представившегося как Тринадцатый. И оп узнал в ней ракетчицу, которую, по иронии судьбы, задержал вместе с Шейкиным на Крекинг-заводе у подорванного нефтебака.
Следователь. Итак, вы наконец-то решили показывать правдиво?
Тугов. Спрашивайте.
Следователь. Что толкнуло вас на предательство? Как происходила вербовка? Кто вербовал?
Тугов. Длинная история… Из-за денег. Когда работал в уголовном розыске, взяли главаря воровской шайки. Мне за него предложили солидную сумму. Я согласился. Ну, и завяз крепко. Связался с шайкой. Дальше — больше. Впоследствии меня продали некоему Хижняку. Он опутал подпиской. Заставил уйти из УРа «добровольно» в армию.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
