Дальше любоваться мужем у меня не получилось: я проснулась. Карета остановилась, отворилась дверь фургончика. Оказалось, настало время Рарока дежурить, и Ондиил зашел, чтобы его разбудить. Тут я сообразила, что никто из моих телохранителей не поел. Пока дроу о чем-то совещались, я достала продукты из шкафчика, и молча поставила их перед мужчинами. Сама же вышла на улицу.
Возвращаясь из придорожных кустиков, я обратила внимание, что на мордах у лошадей в ментальном зрении переливался знакомый знак. Значит, Ондиил решил успокоить наших скакунов. К слову, мой ученик обнаружился не в фургончике, а недалеко от меня. Он ничего не сказал, только с укором посмотрел.
— Извини, — покаянно вздохнула я. — Не привыкла к тому, что телохранитель должен быть всегда рядом. А что произошло?
Ондиил понял, о чем я спрашиваю и тихо ответил:
— Лошади волков почуяли. Какое-то время хищники бежали за нами, я их немного пугнул, но кони заволновались, и пришлось нарисовать руны.
Когда мы вернулись, фургончик был пуст: Рарок уже ушел. Я сразу легла, повернулась к стене, чтобы не видеть, как Ондиил ест, а потом раздевается. Эх, с удовольствием посмотрела бы, как раздевается мой Флайдин. Когда же мы с ним встретимся?
К месту дислокации наших войск мы прибыли даже раньше, чем рассчитывали: еще до обеда. Военный совет, который проходил в отдельной командирской палатке, еще не закончился, поэтому один из офицеров проводил нас с Ондиилом туда. Рарок остался у входа в палатку.
Нас тут уже ждали. По плану генерала Арланда — командующего этой операцией — завтра рано утром наши войска пробьют оборону противника. Лирийские военные ждали нашей атаки: маги везде наставили ловушек, солдаты нарыли ям, рассыпали стальной чеснок* — в общем, подготовились, как могли. Однако кое-чего не учли.
_____
*Стальной чеснок — военное заграждение. Состоит из нескольких соединённых звездообразно острых стальных штырей, направленных в разные стороны. Если его бросить на землю, то один шип всегда будет направлен вверх, а остальные составят опору. Использовался как против конницы, так и против пехоты.
_____
Немного южнее деревеньки Сухая сосна располагалось огромное, поросшее деревьями и травой, болото. Фанатики не ждали оттуда нападения, и именно этим мы собирались воспользоваться. Несколько сильных магов-водников в нашей армии пообещали заморозить болото. В летнее время сделать это было очень сложно, однако магистры заверили, что справятся.
Задачу мне поставили простую: пока наши маги будут стараться незаметно заморозить болото, мне следует отвлечь противника. Для этого я должна буду пробраться практически на территорию фанатиков. Забраться на холм, где меня будут ожидать наши разведчики, и устроить диверсию. Этим наш командующий хотел отвлечь внимание противника на другой фланг.
— Вы сможете оттуда дотянуться своей магией до позиций фанатиков? — спросил меня генерал.
С холма до укреплений противника действительно было далеко, однако Эур увеличивал мою чувствительность на расстоянии, поэтому я уверенно ответила на вопрос лорда Арланда:
— Смогу!
Генерал кивнул и стал уточнять у магов время, которое необходимо для того, чтобы сковать льдом болото. Прислушавшись к эмоциям, я поняла, что никто из командирского состава не возлагал на древний артефакт больших надежд. «Главное, чтобы девка не навредила», — поймала я мысль лорда Арланда. Надо отдать ему должное, генерал сразу понял, что я его прочла и немного смутился.
Обсуждение дальнейшей стратегии боя происходило без моего участия: из палатки нас вежливо выдворили. Командующий приказал сначала осмотреть свою позицию, а потом отдыхать. Примерно около часа пришлось скакать до подножия холма, а потом еще полчаса со всей осторожностью взбираться на него, стараясь не попасться на глаза вражеским наблюдающим.
Место мне не понравилась: я дотягивалась до позиций противника, но на пределе своих возможностей. Если лирийские солдаты сообразят выманить из зоны действия заклинания тех, кто попадет под мой ментальный приказ, то как-то иначе повлиять на ход сражения я не смогу. С другой стороны, в серьёз на меня не рассчитывают, задачу поставили понятную и вполне по силам. Да, я понимала, что с артефактом могу больше, гораздо больше, но только в теории. Вдруг на практике что-то пойдет не так?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Эур показал мне и дал почувствовать, каково это внушать приказ сразу многим людям. Я ощущала себя ментальным магом, творящим заклинания в битвах, которые случились много веков назад, но все же этого мало. Нужен свой опыт, а не чужой.
Когда мы вернулись, фургончик уже уехал, а для меня установили большую командирскую палатку, куда перенесли все наши вещи. Скажу честно, что по фургончику я уже начала скучать, ведь ехать в нем, хоть и медленнее, но гораздо удобнее, чем верхом или в карете. У меня была мысль забрать наш с отцом маленький домик на колесах. Именно в нем мы добирались до Палосского баронства. Он был шире, больше и удобней фургончика, но слишком заметный.
Эх, зря я раньше не продумала, на чем буду разъезжать, если артефакт окажется исправен. Думала, у меня будет время, чтобы подготовится, обучиться, да и до последнего надеялась, что не попаду на войну. Может быть, еще не поздно заказать подобный фургон?
Мои мысли прервал вошедший в палатку Рарок, сообщив, что ко мне пришли посетительницы. Оказалось, пока меня не было, один из солдат, что сопровождал фургончик, наведался в военный лазарет и рассказал, что прибыла магичка, и командир приказал её осмотреть. Кто мог отдать приказ солдату, что меня сопровождал? Только командир Сиакирской военной части! То ли он предвидел, что у меня от верховой езды могут быть мозоли, то ли просто решил, что мне необходимо женское общество, но я была благодарна этому мужчине.
Из военного лазарета ко мне пожаловали две целительницы: молодую звали Ярна, а пожилую, но пока еще не старую даму — Литиль. Девушка не только осмотрела меня, походя залечив потертости на бедрах, но и помогла помыться. А Летиль дала пару советов, как обустроить свой быт и пригласила в гости.
Такая простота в общении с целительницами легко объяснялась: о том, что я — герцогиня тут никто не знал. Командование решило, что лучше скрыть этот факт. Иногда женщины, конечно, участвовали в войне, но обычно в качестве лекарей и санитарок. И только когда способности дамы были огромными, она могла сражаться на поле боя. Правда, случалось такое нечасто и, как правило, если женщина была бедна и без родственников, способных о ней позаботиться. Ярна и Литиль приняли меня именно за такую даму.
Время до вечера пролетело незаметно. Я с целительницами с удовольствием попила чаю, обсудила моих телохранителей (Рарок около палатки все слышал, и, кажется, иногда хихикал), поделилась сплетнями и посмеялась над шутками. Как же я скучала по подобным разговорам! Обычно мы с отцом вечером обсуждали дела, делились планами на завтра и просто общались. Отец… Как там он без меня? Как там Хильда, Лили, Нилна?
Утром меня разбудил Ондиил. Умывание холодной водой взбодрило, но от завтрака я отказалась. Небо только слегка посветлело, а мы уже оседлали лошадей и выдвинулись на позиции. Большинство солдат еще спали, только магистры и воины, что их прикрывали, собирались на болото. Часть пути мы должны были проехать с ними, а потом обогнуть наш лагерь, зайти с другой стороны и выйти к холму.
Маги-водники свернули в сторону, но я внезапно остановилась. Дело в том, что именно в этом месте благодаря естественному препятствию, расстояние до позиций фанатиков оказалось небольшим. Как правило, другим магам для того, чтобы накладывать заклинания, необходимо было видеть противника, но у меня подобных проблем не возникало. Я чувствовала мыслящих существ, и для внушения этого было достаточно. Лорд Арланд не знал о такой особенности ментальной магии, а я не подумала о том, что это может быть важно, и сейчас застыла на тропинке, до конца не веря в то, что почувствовала.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
