Пьер снова испуганно подавил возникшую дрожь страсти, не желая обидеть девушек и неблагодарно отстраниться от их заботы. Это было бы не вежливо!
– Рано! Рано! – говорил он сам себе, уже обнимая и целуя в плане благодарности рыженькую и черненькую, которые наконец-то, казалось, были удовлетворены своими стараниями.
* * *
– Вот и Монмартр! – сказала блондинка, показывая рукой в сторону входа в ресторан «Д, Артаньян».
Кукла – официант, вышедший из дверей, услужливо пригласил пришедших в зал, и остановился около входа.
– Вероятно, кнопка его действий нажималась где-то на полу, или управление куклой было через фотоэлемент? – подумал Пьер, оценив мастерство, с каким была изготовлена кукла. Ресторан, полностью повторяющий интерьер знаменитого ресторана Парижа, в котором Пьер бывал не один раз, полностью дублировал оригинал. Он был пуст, но за стойкой стоял бармен. Рыженькая хотела нажать кнопочку, чтобы бармен сыграл свою роль, но черненькая сказала, – а зачем? Мы здесь как хозяева, на необитаемом ресторане. Будем пить шампанское! Согласны?
* * *
Пьер, уже с азартом, нес к столику две бутылки, и вслед за ним шла блондиночка с фужерами для шампанского.
Рыженькая включала аппарат с музыкой, а черненькая накладывала в тарелки фрукты и небольшие закуски. Восторг предстоящего праздника уединения, охватил всех.
Брызги полетели во все стороны, и бокалы наполнились игристым напитком.
– Ура, слава богу, что не бутафория! – воскликнули все вместе.
– За знакомство! – воскликнули девушки, по очереди целуя Пьера в щеки и представляясь по имени.
– За знакомство мои красавицы, – лепетал разомлевший Пьер, отдавая в обмен свои поцелуи с лихвой.
– Падал снег, – Азнавур запел своим проникновенным голосом.
– Кого же выбрать первой? – думал Пьер, желая скорее слиться в танце, хотя бы с одной. Начну с малышки, блондиночки, – подумал он, допивая бокал с шампанским, тем более, что она сегодня именинница.
Музыка лилась, а нежная головка блондинки лежала у него на плече. При повороте в танце в сторону стола, Пьер ловил на себе притягивающий взгляд рыженькой, и воздушный поцелуй смуглянки.
– Девочки, я обожаю вас! Вы не обижаетесь, что я не могу пригласить вас всех сразу?! – воскликнул Пьер, подводя к столу блондинку, и беря за руку, уже ждущую его приглашения брюнетку.
– Будем чередоваться по росту, – сказала рыжая. Смуглянка была среднего роста, и она была второй.
– Боже! В душе и в костюме Пьера все бушевало, потому что тело смуглянки было такое соблазнительное, и Пьер не мог удержаться, чтоб не облапить всю ее спину и, невзначай, соскользнуть ниже, и подержаться ненароком за круглую упругую попку. Конечно, когда он танцевал спиной к столу. Возвращаясь лицом к оставшимся девушкам, он улыбался им томной улыбкой, и таял, таяяял…
Рыжая, смотрела на него свысока и источала такие флюиды, что Пьер еле дождался конца танца, чтобы не утащить ее в сторону темного занавеса.
– А давайте танцевать все вместе, – воскликнула блондинка.
– Точно! – воскликнули остальные.
Они сплелись руками, встав в круг, и под музыку, завиляли бедрами. Потом поменялись местами, по ходу погладив Пьера по лицу, и предоставив право третьей, потанцевать в круге, прижавшись спиной к нему.
О-О! Пьер уже не смог играть роль спокойного и безразличного мужчины, он закрыл глаза и понял, что сейчас он опозорится и получит удовольствие, которое он, как ни старался спрятать подальше, но уже не в силах был его сдерживать.
* * *
– Если бы не эти излишества! Коктейль, вино, шампанское, перебор!
Пьер почувствовал, что у него в голове, что-то сильно закрутилось. Комната поплыла, и он, на минуту закрыв глаза, покачнулся.
– Ой! – мы его закружили, – засмеялись девушки. На диван! На диван! На диванчик!
Они потащили полуживого Пьера на диван и, уложив его, стали расстегивать ему рубашку. Пьер боролся между потерей сознания от смешения напитков и от того экстаза, в который он входил при их прикосновениях. Трое мадам, крутились вокруг него, осыпая его разными милыми словечками, поцелуйчиками, гладя его то по головке, то по щекам и по груди, вытаскивая рубашку из брюк, чтобы Пьеру было вольготнее дышать… Их было много, а он один, и девушки в желании помочь ему, можно сказать боролись за место подле него, и как будто соревновались в качестве предоставляемых ему забот, нежностей и ласк…
– Дай я ему положу на голову мокрое полотенце, – говорила одна, она заботливо остужала Пьеру лоб, при этом грудь ее прижималась на минуту к его груди. Не успевал Пьер подосадовать, что грудь ускользнула на самом интересном месте, как вторая, подойдя к нему с другой стороны, склонилась к нему, щекоча его лицо своими кудряшками, а губы… они были так рядом, и они прикасались к нему, даря многочисленные поцелуи, покрывающие его лицо, глаза, щеки! Третья, не удержавшись при доступе к его телу, совершенно случайно упала прямо на него. Она засмеялась и, прижавшись к нему всеми своими соблазнительными частями, сказала, что теперь он должен очнуться, если, конечно, он мужчина! От этого утонченного издевательства, Пьеру стало еще хуже. Он боялся опозориться еще раз, потому что экстаз его снова дошел до точки. Он с лихвой вбирал в себя возбуждающие флюиды трех девушек, не предпринимая при этом, вернее, не имея возможности предпринять ничего!!!
– Это кошмар! – только успел подумать Пьер.
Хотя это было похоже на фильмы, в которых герой лежал на кровати со скованными руками, а голая мадам в черных чулках и едава видных, ниточек трусиков, расхаживала возле него с плеткой… или рядом происходит сцена сладострастия, а герой сидит в клетке и через нее смотрит на все это. А ведь он не каменный!
Как ему нравилось, втихомолку от Полет, когда она с книгой ложилась на дневной отдых в своей комнате, посмотреть такой фильм! Как он завидовал герою, желая оказаться на его месте, чтобы почувствовать то же нетерпение, завестись, а потом получить свободу и возможность проявить себя! Теперь, он почти что, сам в наручниках, хочет, но не может, а рядом глумятся красотки.
– О!!!! – снова вырвалось из легких Пьера
* * *
– Что это? – Пьер почувствовал, что глаза его закрыты, и кто-то бьет его по щекам! Он уже приготовился оправдаться перед девчонками, и судорожно думал, как он выглядел во время провала, но услышал совершенно незнакомый и неожиданный голос.
– Мосье вам не хорошо? – услышал он мужской баритон и получил еще одну оплеуху.
Пьер ошалело посмотрел вокруг. Он лежал на диване, но рядом не было никого. Лишь только зал музея и механические куклы. Рыженькая, черненькая и блондиночка. В рост человека, они стояли, взявшись за руки, в нише стены и улыбались ему призывно.
