Лабьет угрожающе заурчал, сделал круг по площадке, едва не снеся кресло; на столике звякнула посуда от его топота. Казалось, он просто невероятно раздосадован и даже бьёт себя шипастым хвостом по бокам.
— Надеюсь, подобные игры вы не станете повторять, когда мы поженимся, — чуть хрипло проговорил Ренельд, поправляя безупречно повязанный платок.
— Игры?! — невинно переспросила я. — Мне вот сейчас вообще не до игр. Особенно с вами. Я не знаю, что вы там себе придумали, ваша светлость!
Похоже, месье охочий-до-поцелуев дознаватель в очередной раз со вкусом почесал своё эго. А я тут, между прочим, с заклятием борюсь! Знал бы он, как это тяжело, когда разум и собственное тело вступают в нешуточную борьбу. Но до свадьбы я от этой пакости избавиться должна… Иначе спокойная фиктивная супружеская жизнь превратится для меня в сущий кошмар.
— Мадам? — раздалось позади после деликатного покашливания.
Я повернулась к служанке и протянула ей фрак.
— Пожалуйста, передай Лоизе. Пусть зашьёт как можно скорее. И пусть мадам Хибоу велит накрывать к ужину.
— Я не останусь, благодарю, — тут же резко ответил герцог. — Поговорю с мадемуазель дю Пойр — и сразу поеду назад. У меня там… Ксавье в лёгком заточении. Возможно, он уже протрезвел.
— Вы боитесь за брата или что я вас отравлю? — отчего-то его очередной отказ остаться на ужин даже слегка меня задел. На месте повара я точно обиделась бы. — А Может, моё лицо портит вам аппетит?
Лабьет страстно потёрся боком о мою ногу, словно бы убеждая, что это совсем не так и я вообще должна простить его дурака-напарника за все эти слова.
— Учитывая, что однажды я уже отведал вашего зелья, мне лучше поостеречься, — ещё более холодно ответил его светлость. — Но нет, дело не в этом. И не в вашем лице тем более.
Я подавила желание снять перстень и немедленно бросить ему обратно. Но всё же нашла в себе силы дежурно улыбнуться.
— Тогда я провожу вас к Ивлине.
Лабьет потрусил впереди, словно это он здесь — хозяин дома, который всё знает. Хотя, если вспомнить, сколько он бегал по замку и вокруг него — скорей всего, он успел разведать его лучше меня самой.
Аспирантка и правда чувствовала себя уже гораздо лучше. Думаю, месье Орм знал об этом, но сегодня, перед тем как мы распрощались, он сказал, что обязательно заедет завтра — справиться о её здоровье. Она сидела в постели, оперевшись спиной на подушки и читала книгу — с самым сосредоточенным видом. Судя по всему, какой-то справочник растений. Но, увидев месье дознавателя, Иви даже на месте подскочила. Тут же провела рукой по сплетённым в свободную косу волосам, пытаясь пригладить слегка торчащие в сторону прядки.
Меня изнутри словно горячей волной окатило — за почему же каждая женщина, чей взгляд падает на месье дознавателя, сразу же неосознанно пытается ему понравиться? Хоть и знает наверняка, что это вообще не важно. Что с ним не так? Или это со мной что-то не так, раз меня это злит...
— Ваша светлость, аспирантка кивнула.
— Не беспокойтесь, мадемуазель, я не надолго, — тот взмахнул рукой.
Лабьет добежал до стола у окна и, удивительно ловко открыв ящик, указал напарнику взглядом на то, что лежало внутри. Ренельд подошёл, достал конверт и вытряхнул себе на ладонь длинный шип.
— Это было у Ивлины под кожей, — пояснила я. — Колючка с какого-то ядовитого растения.
— Лилак Спинум, — подсказала аспирантка. — Оказывает постоянное отравляющее воздействие, когда его сок попадает в кровь. А каждая колючка — это маленький сосуд. Со временем может убить.
Ренельд поднёс шип ближе к глазам.
— Это указывает на вашего знакомого, о котором вы хотели рассказать мне при встрече? Он напал на вас?
Ивлина слегка тряхнула головой.
— Не он! — ответила чуть более резко, чем нужно. — Я поехала к его родителям, хоть что-то выяснить о том, где Рауль может быть. Но даже дойти до их дома не успела. Меня просто утащили в эту подворотню. Оглушили заклинанием, а очнулась я уже в доме мадам д’Амран.
— Если вы не видели, кто на вас напал, — Ренельд бросил шип обратно в конверт, — почему вы решили, что это не Рауль Донжон? Если он наблюдал за виноградниками, которые пытался испортить — по чьему-то указу, вероятно — значит, мог знать, что вы занялись их излечением. И, возможно, сумеете выйти на его след. Тем более использовать в качестве отравляющего инструмента часть растения — это ли не замашки магов-природников?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Это вам кажется, месье де Ламьер! — настояла Ивлина. — Я почти уверена, что его хотели подставить!
Ренельд задумчиво посмотрел на Лабьета, и тот тихо заскулил, словно тоже выражал сомнения во всей этой ситуации.
— Где можно достать эти шипы? Собрать самому? Или есть какие-то лавки, где их продают?
— Их достать очень трудно, — нахмурилась Ивлина, сосредоточенно размышляя над чем-то. — Сами по себе растут только на планах Бездны. А в нашем мире — крайне редко. Почти невозможно отыскать, а продавать невыгодно. Потому что это чистейший яд. Его даже в лекарствах нельзя использовать!
— И всё же откуда-то он взялся, — вмешалась я, отчего-то осознав, с каким интересом за этим всем наблюдаю, хоть и помочь ничем особо не могу.
Если вся эта неприятная ситуация сложилась вокруг моих виноградников — может статься так, что всё гораздо сложнее, чем просто чьё-то желание мне навредить.
— Конечно, они бывают в лавках алхимиков или даже артефакторов, продаются из-под полы. Но в очень небольших количествах, — Ивлина взяла со столика стакан с водой и немного отпила. Всё же после такого потрясения она ещё слаба. — Но есть такие маги-природники, которые… разводят Лилак Спинум сами. Ну, и некоторые другие виды растений из Бездны. Среди них есть очень ценные ингредиенты для самых разных снадобий и зелий… Но при этом приходится пользоваться тёмной частью ауры.
— И вы знаете таких умельцев? — ещё больше насторожился месье дознаватель.
— Рауль Донжон как раз был из таких, — нехотя ответила Ивлина.
— Но при этом вы считаете, что отравил вас не он… — Ренельд задумался, поглядывая на Лабьета, который смирно, словно вырезанный из кости солдатик, сидел рядом с ним. — В общем-то тут я даже готов с вами согласиться. Теперь. Использовать в качестве оружия то, что сам же и выращиваешь — странно. Но и это нельзя исключать. Но вы утверждаете, что Лилак Спинум выращивают те, у кого преобладает тёмная аура. И если с аурой Рауля Донжона всё обстоит именно так, то его разум может быть изменён. Он может быть уже не тем, кого вы знали раньше. И действия таких людей не всегда логичны.
Ивлина потупилась, перебирая пальцами складки одеяла. Наверное, она и сама это понимала, но всё же надеялась, что это окажется не тот, к кому она, возможно, раньше испытывала какие-то чувства.
— Его светлость всё обязательно выяснит, — постаралась я её приободрить. — И он, насколько я знаю, никого не обвиняет без серьёзных на то оснований.
— Моё дело разобраться. А обвинять будет прокурор, — заметил Ренельд.
Ну вот, всё испортил! Аспирантка вскинула на него блестящий взгляд.
— Я знаю одного алхимика, у которого не так уж давно видела небольшой запас некоторых частей растений из Бездны. Не шипов Лилак Спинум, не думайте. Возможно, он может знать, где Рауль. Или знать того, кто знает…
Мы с месье дознавателем переглянулись — и он тихо вздохнул, а за ним — вздохнул и Лабьет, пошаркав шипами хвоста по полу. Цепочка тех, “кто знает”, могла растянуться неведомо насколько. И только Рауль мог вывести нас на заказчика всего того бедствия, что едва не сгубило мой виноград. И что до сих пор ему угрожает.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ренельд подал Ивлине лист бумаги и чернильницу, чтобы та записала адрес и имя нужного алхимика.
— Если вам в чём-то нужна моя помощь, месье... — зачем-то сказала я.
И тут же натолкнулась на вопросительно-снисходительный взгляд.
— Вам бы лучше вообще не разъезжать по городу лишний раз, — бросил Ренельд. — И нигде не появляться без охраны. Это опасно. Но к сожалению, мне придётся забрать Лабьета.
