Брюса.
– Ой, я же вас не познакомила.
– Так мы уже познакомились, когда разговаривали по телефону
– Ясно, – чувствую себя неловко.
– Так, раз мы все выяснили, то поехали домой. Брюс, вы с нами? – спрашивает отец.
– Да, не хочу оставлять Арию в таком состоянии. – Брюс берет меня за руку, и мы втроем покидаем больницу.
Когда мы приехали домой, отец сразу начал расспрашивать о деятельности Брюса. Тот стойко выдержал все нападки, и спокойно отвечал на все вопросы.
– Я хотел бы немного отдохнуть, и вам бы отдых не помешал, – говорит папа, уже обращаясь к нам, двоим. – Ария, Брюсу постелили на диване. И не смотри так на меня. Во-первых, вы не поместитесь в твоей кровати, а во-вторых, не правильно спать вместе до свадьбы, - серьезно говорит он.
– Пап, – краснею, – мне кажется, я уже взрослая и должна все решать сама.
– Ты так быстро выросла, но я все равно настаиваю, – отец обнимает меня. – А ты, Брюс, береги мою девочку, иначе, – он замолкает, – будешь иметь дело со мной лично, – говорит строго.
– Я буду беречь ее как зеницу ока, – говорит Брюс отцу, как ни в чем не бывало, будто ему только что никто и не угрожал.
Отец уходит, оставив нас вдвоем, а я нахожу запасное постельное белье и стелю на диване.
– Это ведь ничего, что тебе придется здесь спать?
– Можно и потерпеть некоторые неудобства, но мы должны с завтрашнего дня остановиться в гостинице, чтобы не смущать твоего отца, да и нам там будет удобней.
– Хорошо, – соглашаюсь, решив, что так будет правильней.
Уже в своей кровати, засыпая, я понимаю, что без Брюса этот день был бы просто ужасным, но он дал мне надежду, что все образуется. Просто должно.
На следующий день прилетел доктор, которого пригласил Брюс. Это мужчина среднего возраста с проседью в волосах, его зовут Арнольд. Он говорит нам, что сделает все возможное, но сначала, нужно провести ряд анализов и тестов, чтобы понять, чем он сможет помочь.
В этот же день я сказала папе, что мы с Брюсом переедем на время в гостиницу, он не одобрил этого, но и не сильно спорил об обратном. Наверное, просто мы оба были не готовы к спорам, слишком в подавленном состоянии находились. Вот он и смирился с тем, что я теперь не одна.
В гостинице мне понравилось, она была домашнего типа, очень уютная и чистая, с добрыми хозяевами. Там мы могли посвятить себя работе. Брюс все вопросы решал дистанционно, а я ему помогала, чтобы чем-то себя занять. Несколько раз мы выезжали в город, я показывала ему окрестности, но большую часть времени проводили в номере, было как-то не до развлечений.
Так прошла неделя. За это время я видела маму всего лишь несколько раз, она была очень бледная и уставшая, поэтому мы не часто к ней заходили. Ее выматывали тесты, которые проводил врач, но она стойко держалась, всегда улыбаясь при встрече, но нас с отцом не так просто обмануть.
Нас пригласил Арнольд в больницу, чтобы сказать результат анализов, мы приехали с Брюсом раньше и ждали, когда подъедет отец.
– Чтобы врач ни сказал, знай, я рядом, – Брюс обнимает меня, а я слышу, как кто-то откашливается, поднимаю голову и вижу, что это отец.
– Ну что, идем? – Спрашивает он.
– Да, конечно, – освобождаюсь от объятий Брюса, но он берет меня за руку, и мы заходим в кабинет к врачу.
Нас встречает Арнольд с ободряющей улыбкой, что вселяет надежду.
– Здравствуйте. Проходите, садитесь, – говорит Арнольд. Мы садимся на стулья напротив его стола.
– Здравствуйте, мы ждали Вашего звонка, – говорит отец.
– В общем, не буду тянуть резину, поэтому сразу к делу, - говорит доктор. - Результаты анализов меня не порадовали. В другой ситуации я развел бы руками и сказал, что не могу ничем помочь, но Брюс казал мне, что в расходах я могу себя не ограничивать, поэтому я поставил вашу маму в список на трансплантацию костного мозга, ее кандидатуру одобрили. Мы можем уже завтра вылетать в Лоленвиль, чтобы там ее провести.
– Но у нас нет денег, – говорит отец. – Я узнавал приблизительную стоимость операции и это несколько десятков тысяч, а у нас их нет.
– Я дам деньги, – перебивает его Брюс.
– Но мы не сможем с вами рассчитаться и за несколько лет, если вообще сможем, – говорит отец Брюсу.
– Мне все равно, но я их дам. Будем считать это благотворительностью, да и в день я трачу больше, чем эта операция, - говорит он, а отец удивленно смотрит на него, переваривая его слова, а потом кивает соглашаясь.
– Так, раз мы с этим решили, теперь перейдем к следующему, – говорит Арнольд. – Я не хочу давать вам ложную надежду, что эта операция сто процентов поможет, не хочу ничего обещать, но она даст шанс и время, а в этом случае это уже хорошо.
– Мы готовы ко всему, – говорит отец, беря мою руку и крепко ее сжимая.
– Да, готовы, спасибо за это, – еле слышно говорю я.
– Хорошо, тогда остаются формальности. Арт, прошу вас остаться, подписать бумаги и мы будем все готовиться к перелету, благо Брюс предоставляет нам самолет, поэтому с этим проблем не будет, – говорит Арнольд.
– Да, спасибо тебе за все, что ты для нас делаешь, – говорит отец Брюсу.
– Мне это не сложно, – отвечает он, отмахиваясь.
– Ария, вы езжайте, собирайтесь, встретимся завтра, – говорит отец.
– Хорошо, пап, – обнимаю его.
Брюс берет меня за руку, и мы выходим, оставляя отца с доктором.
Глава
