Читаем без скачивания Пилот Хаоса - Чарльз Ингрид

Краем глаза он уловил золотистую вспышку, слегка повернул голову и отчетливо увидел ее. Да, это был наименее защищенный квадрат.

Возможно, им удастся проскочить здесь. Придется рискнуть, подняв давление до критического, к тому же они вызовут огонь на себя – в этом нет ни малейших сомнений. Но перекрестный огонь будет сведен до минимума. Палатон быстро вычертил курс, и корабль двинулся по кривой сквозь тень, выходя из пределов ночи к светлому полушарию над Фимарлом. Где-то внизу, должно быть, радары трелков подняли тревогу.

Корабль слушался его не так хорошо, как можно было пожелать. Он неуклюже развернулся и теперь не выдерживал точного курса. Выругавшись на языке чоя, Палатон перешел на ручное управление, чтобы выровнять корабль. Тот скорее пропахивал атмосферу, чем скользил в ней.

Корабль слегка вздрогнул, оказавшись в опасной зоне. Дернувшись, как пойманный в ловушку зверь, он выровнялся.

Палатон включил связь, приготовившись оставаться в этой зоне, пока не будут открыты люки.

– Начинаем, – произнес он. – Возможны вихревые потоки.

Сеть сработала. Огонь постепенно усиливался, и Палатон понял, что дальше придется еще тяжелее. На панели он видел, как лазерные заряды пролетают все ближе, корабль оказывается все в более узкой вилке. Можно было ожидать и худшего.

Капля пота прокатилась по его лбу и упала с кончика носа. Руки Палатона были заняты, и он так и не смог стереть ее.

Первое попадание. Он почти слышал скрежет металла. Обшивка выдержала, но один из ее секторов принял столь сильный удар, что Палатон почти видел, как в космосе над кораблем разлетаются огненные искры. Второй залп чуть не снес его заднее крыло. Корабль тяжело задрожал, но послушался руля и повернул вправо.

Возможно, следующее попадание не будет таким щадящим.

По включенной связи он слышал, как пилоты и роботы сообщают о повреждениях. Из всего отряда был потерян один корабль. Остальные еще держались.

В следующий раз все может быть хуже.

Палатон с трудом сглотнул – во рту у него пересохло, казалось, что он онемел. Он яростно потряс головой, капли пота разлетелись по кабине и заблестели на панели и экранах.

Он сменил курс. Корабль двигался неохотно – на него воздействовала атмосфера и притяжение планеты, слишком сильное, чтобы ускользнуть от удара, если это понадобится. Отряд боевых кораблей терпеливо ждал вылета.

Палатон напрягся. Сейчас ему требовалось решить, что делать – продолжать полет над планетой или поворачивать обратно.

Корабль вновь вздрогнул, когда лазерный луч прошил киль, правда, не нанеся тяжелого повреждения, но тормозя ход, как будто предупреждая о поджидающей его смерти.

Палатон неохотно потянулся к пульту.

И вдруг светящаяся сеть на экране погасла. Приборы безмолвствовали. Палатон застыл на месте, а затем его лицо осветилось мрачной усмешкой.

Нет, с системами корабля ничего не случилось – просто была прорвана защитная сеть, как он и предсказывал.

– Готовьтесь к вылету, – приказал Палатон, уводя корабль в угаданный квадрат.

Гураны торжественно отпраздновали завершение контракта. Их укрепленная станция пестрела пышным убранством, была переполнена торжествующими союзниками, в воздухе стояли запахи еды. Палатон вышел в зал, чувствуя себя неуютно в полной парадной форме. Виффет был настолько возбужден, насколько это вообще удавалось гуранам. Палатон улыбнулся, когда главнокомандующий отозвал его в сторону.

– Это удача, – произнес Виффет, – как вы и говорили. Наши спутники внутри их сети. Великолепно! Теперь они будут вынуждены считаться с нами. Они уже согласились на переговоры. Тезар Палатон, это уже победа.

– Предстоит еще немало трудов. Гуран кивнул.

– Знаем, – он помедлил и протянул большую руку. – Я еще никогда не чувствовал большего удовлетворения, закрывая контракт.

И я тоже, подумал Палатон. Он пожал гурану руку.

– Спасибо.

– Я получил сообщение для вас. Вам просили передать, что император Дома ждет встречи с вами как можно скорее, – гуран сморщил в подобии улыбки восьмиугольное лицо. – Похоже, он тоже нуждается в вас.

Глава 9

Он не был в имперской столице с тех пор, как официально был возведен в ранг тезара. Столица была древней, наполненной историей и воспоминаниями народа чоя. Нейтральная земля, она никогда не подвергалась нападениям. Казалось, Вездесущий Бог бережет ее от капризов погоды и стихий, от которых содрогалась остальная планета. Прижавшись к окну глиссера, Палатон чувствовал дыхание множества веков. Когда глиссер остановился в порту, он вышел, накинув куртку, ибо в этом полушарии планеты наступал прохладный сезон. Накрапывал дождь, серые тротуары почернели, покрывшись множеством слившихся капель. На улицах постепенно скапливались лужи.

Палатон поежился под курткой. Багаж везли впереди него. Повернувшись, он прочитал указатели, выбрал путь, ведущий ко дворцу, и зашагал в этом направлении. Гладкая дорожка привела его к внутренней, закрытой части столицы. Палатона мучил голод, и он гадал, потребуется ли сразу встретиться с императором или ему удастся где-нибудь перекусить, пока Паншинеа не выберет время для аудиенции. До сих пор ему еще не доводилось встречаться с императором.

Палатон сомневался, что Паншинеа желает видеть героя, даже признанного героя. Или тезара. Хотя он не мог избавиться от беспокойных покалываний в затылке, ему не удавалось догадаться, каковы намерения императора.

Тем не менее Палатон чувствовал необходимость быть настороже. Опальный император и опальный Дом не обещали ничего хорошего.

Несмотря на то, что искусный в технике Небесный дом дал возможность народу чоя совершать межпространственные полеты, именно Звездный дом сумел помочь ему занять надежное место среди народов множества галактик. Именно Звездный дом предугадал их способность пилотировать межпространственные корабли и выделиться среди соперников, обреченных летать меж планет и звезд. Чоя были одним из немногих народов, которые избежали колонизации. Одним из нескольких, миллионы членов которого были способны вести войну. Одним из тех, кто способен на равной ноге держаться с любым чужаком, не чувствуя себя приниженным.

Всего этого добился Звездный дом, а теперь его раздирали внутренние ссоры, как и все прочие дома, и народу чоя оставалось только гадать, что будет дальше. Следующим в Круге был Земной дом, но Круг поворачивался неравномерно с тех пор, как преимущества техники были пополнены паранормальными достижениями, и никто не мог поручиться, что Небесный дом не попытается узурпировать право Земного.

Вряд ли в Земном доме нашелся бы чоя, достаточно смелый и хитрый, чтобы попытаться завладеть престолом. Хат был типичным его представителем. Палатон сомневался, что кто-нибудь из его членов способен совершить решительный шаг и отвоевать свое право у представителей Небесного и Звездного домов. Но в отличие от других чоя, Палатон не задавался вопросом, нисходит ли в Круге Звездный дом – он знал это, как знал и сам Паншинеа. Могущество Звездного дома падало с катастрофической быстротой.

Единственное, о чем задумывался Палатон – грозит ли народу чоя гражданская война.

Он не делился мнением со своими братьями. Политика в те дни была опасным удовольствием. Все страшились будущих последствий, причем идущих не только от своих собратьев чоя, но и от абдреликов, ронинов и других воинственных народов Союза.

Тема смены власти была столь же запретной, как разговоры о браках за пределами Домов, смешении генов, в результате которого появлялись немногочисленные чоя, одаренные странными и опасными способностями, а тысячи других чоя погибали. Вероятно, поэтому Палатон чувствовал себя обязанным помочь гуранам – геноцид был страшным явлением.

Дорожка свернула в туннель, ведущий внутрь дворца. Палатон услышал слабое жужжание сканнеров, следящих за ним. Повернувшись и заняв такую позицию, он был виден лишь с двух сторон, Палатон уставился на свое отражение в полированной стене туннеля. Он выглядел так, как будто только что выбрался из драки. Скорчив недовольную гримасу, он отвернулся и пошел прочь.

В конце дорожки его ожидал вооруженный эскорт. Приветственные возгласы раздались сразу же, как только Палатон вступил на территорию дворца.

– Ваш багаж уже прибыл, – произнесла чоя-офицер, в ее голосах слышалась правильная пропорция властности и уважения. Ее роговой гребень был высоким, горделивым, окруженным массой бронзовых волос. Чоя была облачена в одежду цветов императора – сапфирового и золотого, со знаком Звездного дома на плече. На щеках под полупрозрачной кожей поблескивали причудливые узоры золотистых и серебристых бусин. Эти украшения придавали прелесть и без того привлекательному лицу.

Второй охранник казался менее ярким по сравнению с ней. Его коренастое тело было также облачено в сапфирово-золотистые одежды, но вместо эмблемы Дома на его плече виднелся знак священника. Ему не обязательно было говорить о своем происхождении из Земного дома – это выдавала квадратная приземистая фигура. В его волосах поблескивали серебристые нити, оттеняя естественный мышино-серый цвет. Казалось, он смирился с тем, что другие, более тщеславные молодые офицеры опережают его по службе.