– Дорогой, – сказала она ему за завтраком. – Я ведь не контролирую твои финансы. Как ты их зарабатываешь и тратишь – твое дело.
Салахов чуть не подавился рогаликом, обильно посыпанным сахарной пудрой. Он действительно думал о том, что у Анны странные причуды и характер далеко не тот, каким казался. А главное – годы совместной жизни ничего не прибавили Юрию в понимании жены. Он вообще не заметил, как они пролетели, эти десять лет. Будто он заснул после свадьбы и проснулся только сейчас, за этим круглым столом, накрытым кружевной скатертью. Перед ним сидит Анна, еще моложе, чем была, еще более таинственная и непостижимая, и улыбается. Ей все как с гуся вода! Когда Юрий женился, он думал, что будет ее покровителем, защитником, станет осыпать ее деньгами и подарками, возить на модные курорты, в Альпы, на Канары. Он думал, что сумеет дать Анне все, чего только ее душа пожелает, и сделает ее счастливой и беззаботной. Разве мог он предположить появление в их жизни казино, биржи, тайных исчезновений Анны и ее скрытой от мужа, второй жизни?
– Ни второй, ни третьей жизни у человека быть не может, – усмехнулась жена, снова поймав его на крамольных мыслях. – Жизнь одна, как бесконечная дорога…
Салахов пил вторую чашку кофе, машинально наливая и не замечая этого. Возможно, он выпил бы и третью, но за ним пришла машина. Разговора с Анной не получилось. Он просто не знал, что говорить. С таким трудом придуманные слова казались пустыми и глупыми, как только он открывал рот и встречался с насмешливым взглядом супруги.
– Прости, Аннушка, мне пора, – сказал он, поспешно вскакивая со стула и целуя жену в щеку. – Опаздываю.
Салахов не мог отделаться от мысли, что женился он на одной женщине, спит с другой, а разговаривает с третьей. Иногда эти женщины как бы сливалась в одну, ту самую Анну, в которую он влюбился стремительно и бесповоротно. Роковая страсть! Теперь он знал, что это такое. Но в постели, ночью… Анна была такая нежная, стыдливая… она казалась неопытной девочкой, и это возбуждало Юрия – он чувствовал себя мужественным и сильным, способным нести ответственность за них обоих. В любовной игре она отдавала ему ведущую роль. У нее были свои пристрастия и требования к любовнику, но она умела их завуалировать и незаметно добиваться желаемого. Ее вкусы в постели Юрий изучил лучше всего. А вот все остальное…
Черт! Он дошел до того, что нанял сыщика.
«Я поступил так из любви к Анне. Я боюсь ее потерять!» – твердил он себе.
Иногда он вспоминал, что послужило причиной знакомства с Левитиной. Его тщательно скрываемый страх сойти с ума и желание разгадать тайну анонимных писем слились в одно – мучительную душевную боль. Он хотел избежать безумия, и вроде бы ему это удалось. Но разве не безумие – его любовь к Анне? Да, она помогла ему обрести равновесие и успокоила его, подсказав выход из положения. Одна проблема, наконец, разрешилась. Зато теперь в его жизни появилась новая тайна, еще более запутанная… Боже, как он устал!
Салахов почувствовал, что у него начинается головная боль. Ну вот, теперь целый день придется заниматься делами с жуткой ломотой в висках…
В офисе его встретила Люба с приветливой улыбкой, неизменно ровным настроением. Юрий после своего возвращения в Питер словно впервые ее увидел. Годы не прошли для нее бесследно, как и для него. Из тоненькой длинноногой девушки секретарша превратилась в прелестную молодую женщину, и морщинки, залегшие между бровей, под глазами и у губ, ничуть ее не портили. Элегантный костюм, белоснежная блузка, модная прическа и маникюр делали Любочку неприступно-официальной, но только не для Юрия. Он наконец заметил, как начинает светиться ее лицо, стоит ему переступить порог приемной.
«Это простая, обыкновенная женщина, которая не будет ничего скрывать, окутывать туманом и пускаться в какие-то дикие, необъяснимые авантюры», – подумал он.
– Давайте поужинаем сегодня вместе, по случаю моего приезда, – неожиданно вырвалось у него.
Любочка вся засияла, как фианиты в ее колечках. «Свершилось! – ликовала она. – Юрий Арсеньевич устал от старой жены, как и должно быть. Наступает мое время, и уж на сей раз я своего не упущу!»
* * *
Анна позвонила Фариду Гордееву сразу после ухода мужа. Тот подумал немного, быстренько отправил всех спортсменов восвояси и сбегал в магазин за хорошим вином. Такая женщина, как Анна Наумовна, встретилась ему впервые. В ней ощущалось что-то запредельное… Она напоминала Фариду гейшу, хотя в ней не было ровным счетом ничего восточного. И почему, собственно, гейшу? В Анне Наумовне скорее можно заметить черты повелительницы… Непонятная дама! Отчасти Кора права насчет денег. Сумма огромная, а ему не ставят никаких условий, не требуют процентов, вообще ничего! Разве это не странно? Заниматься восточными боевыми искусствами дама, конечно же, не собирается, это была шутка, которую Фарид принял за правду.
– О чем задумались, господин Гордеев? – спросила Анна Наумовна, уже минуту наблюдая за тяжким мыслительным процессом, протекающим в его голове.
– О вас, – ответил он, поднимая на гостью темные глаза.
– Мне нравится, когда мужчины думают обо мне, – сказала она, присаживаясь на край стула. – И что вы обо мне думаете?
Фарид неопределенно развел руками. Анна Наумовна любила, когда сильные мужчины, такие, как Гордеев, терялись и не знали, как себя вести. Это ее забавляло.
– Вы смутили меня, – признался он. – Но я соберусь с мыслями и все-таки отвечу.
– Я подожду. Только не долго. У меня бурный темперамент, – она засмеялась. – Ну, куда побрели ваши мысли? Зовите же их сюда! У вас есть волшебная дудочка?
Гостья откровенно веселилась, но это не раздражало Фарида. Ему все больше нравилась Анна, ее манера говорить, шутить, хмурить брови. Казалось, глядя на нее, он узнавал что-то давно забытое…
– Мне становится не по себе рядом с вами, – серьезно сказал он. – Не могу понять почему… Но я не привык сдаваться. Каждую загадку можно отгадать.
– Похвальное качество, – улыбнулась Анна Наумовна. – И редкое. Только, позволю себе заметить, не всякая разгадка приносит желаемое удовлетворение. Некоторые сундучки лучше оставить закрытыми.
– Хотите выпить? – спросил Фарид.
Он чувствовал волнение и надеялся, что вино поможет с ним справиться.
– Пожалуй…
Она молча смотрела, как Гордеев наполнял бокалы вином.
– За нашу встречу, – сказал он, легонько чокаясь. – Я не верю в случайности. А вы?
– Знаете, в чем преимущество женщин? – задумчиво произнесла гостья. – Они могут не снимать головного убора, не скрывать своего страха и оставлять вопрос без ответа.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
