– Тогда я рискну задать еще один. Почему вы даете мне деньги?
– Ах, деньги? Они здесь. – Анна Наумовна показала рукой на небольшую спортивную сумку, которая стояла в уголке у двери. – Я хочу, чтобы вы продолжали заниматься тем, что вам по душе. Мужчина-воин… Это не часто встречается.
– Вы понимаете, что я вряд ли смогу вернуть вам долг?
– Долги! – усмехнулась она и повела плечами. – Может статься, это я их вам возвращаю… Все так запутано!
Фарид испугался, что она сейчас встанет, улыбнется на прощание и уйдет…
– Вы будете жить в этой квартире? – спросил он, чтобы задержать ее хоть на минуту.
Но гостья, похоже, не торопилась.
– Не знаю, – лениво ответила она, удобнее устраиваясь на стуле. – Я еще не решила. А теперь моя очередь задавать вопросы.
Фарид кивнул.
– Это справедливо. Я готов.
– Расскажите мне о себе. Почему вы уехали из Петербурга? Не любите городскую жизнь?
Он пожал плечами.
– Если бы я знал! Так… потянуло вдруг на просторы. Здесь мне как будто не хватает чего-то… да и скучно! Мелководье…
– Что?
– Мелководье. – Фарид пояснил: – Настоящая океанская рыба уходит на глубину, в синюю бездну. Там ее стихия. Есть где разгуляться… А мелкая вода привлекает мелкую рыбешку.
– Вы рыбак?
– Немного. Плавал на «Хабаровске» – это такое большое рыболовное судно. Охотился, лес сплавлял, одно время на приисках работал. Наверное, искал себя. Да так и не нашел! Вернулся в родной город, тоскую по морю, по степным просторам… нигде не могу обрести покоя. Странник я… Или заблудился. Теперь вот ищу дорогу, а спросить некого.
Анна молчала, ждала продолжения. Но Гордеев ушел в себя, замкнулся.
– А почему вернулись? – спросила она.
Гордеев махнул рукой. В раскрытое окно влетела оса и, жужжа, устремилась к фруктам в вазе.
– Глупо получилось. Повел себя, как это насекомое! На сладкое потянуло… Только человек не оса, с него спрос другой.
– Женщина? – догадалась Анна Наумовна. – Красивая?
– Как утренний рассвет, – мечтательно произнес Фарид. – Только не любил я ее. Спали вместе – это было. Но… оказывается, секс и любовь – разные вещи! Грустная получилась история…
– Мне пора, – гостья встала и подошла к Фариду, легко коснулась губами его щеки. – Я была рада вас увидеть. Надеюсь, что смогла быть полезной. Думаю, мы еще встретимся. Хотя…
Гордеев опомнился, когда уже хлопнула входная дверь.
«Я ее даже не проводил! – запоздало спохватился он. – Столбняк на меня нашел, что ли? Застыл, как истукан. Вот черт! Неудобно…»
Его даже не радовали деньги, оставленные Анной Наумовной. То есть, это, конечно, хорошо, но… Фарид отчего-то расстроился. С горя выпил всю бутылку и сидел, следя глазами за летающей по комнате осой, пока в квартиру не ворвалась взволнованная Кора Танг.
– По какому случаю пьянка? – возмутилась она. – Что с тобой?
– Я оса… – сказал Гордеев, поднимая на нее мутные, больные глаза. – Ты понимаешь?
– Понимаю! – она со злостью схватила со стола пустую бутылку и бросила ее в ведро. – Приходила твоя благодетельница?
– Угу. – Фарид кивнул головой в сторону сумки. – Вон деньги.
Кора открыла молнию и ахнула. Никогда в жизни ей не приходилось видеть такое количество американской валюты.
– И это тебе за красивые глаза?
Гордеев молчал. У него болело сердце, ныло, как перед неизвестной опасностью.
– Чего молчишь? – разозлилась Кора. – Дар речи пропал от счастья?
– Р-разве ты не рада?
– Еще как рада! Особенно после того, что мне удалось узнать. Я-то, в отличие от тебя, не сидела на заднице и не тянула вино, а занималась делом.
– Каким?
Фарид начинал медленно приходить в себя, глядя на взбешенную Кору.
– Ты знаешь, кто твоя мадам Щедрость? Это жена Юрия Салахова! Слыхал о таком?
Фарид отрицательно покачал головой. Он действительно не знал никакого Салахова, но слова Коры о том, что Анна Наумовна чья-то жена, неожиданно отозвались в его душе тоскливым сожалением.
– Что за Салахов? Кто он такой?
– Денежный мешок – вот кто! Квартиру эту он ей купил! Где его жена деньги взяла, по-твоему? У мужа позаимствовала. Интересно, она удосужилась его согласия спросить? Как ты думаешь?
С каждым словом Коры Фарид все больше трезвел. Ситуация выглядела не совсем благополучно. Более того, она могла обернуться крупными неприятностями.
– Ты серьезно? – спросил он у Коры. – Не ошибаешься?
– Боже мой! Конечно же нет! Я обратилась к профессионалу, он все выяснил. В этой квартире раньше жили мать с дочерью. Потом дочь попала под машину… Ходили слухи, что здесь обитает нечистая сила. Ерунда и сплетни, разумеется, а вот то, что квартира долго не продавалась – чистая правда. И тут появляется милейшая Анна Наумовна и сходу ее покупает. Странно, да?
Фарид кивнул.
– Ты что, наняла детектива?
– Пришлось. Жаль, дорого берет парень. Буду дальше следить за ней сама.
– Что ему еще удалось выяснить?
– Только то, что театральный дом пользуется дурной славой. В той квартире, где живет профессор Рубен, женщину убили, бывшую хозяйку. Наверное, старик не знает об этом. А квартира, в которой ты спортзал устроил, вообще проклятая – так люди говорят. Недаром и жена Салахова в ней почти не жила. Около года наведывалась, а потом – сам знаешь, уехала, и с концами!
– Глупости! Сколько мы тут с ребятами занимались, сколько раз они ночевать оставались – никогда никто не жаловался. Я тоже ничего такого не замечал. А ты?
Кора подумала, накручивая на палец длинную прядь волос.
– Нет, – вынуждена была признать она. – Я тоже никаких чертей здесь не видела. Квартира как квартира.
– Ну вот! Мало ли, что люди болтают…
– Допустим. А как эта «меценатка» выглядит? Ты ее как следует рассмотрел? Она, оказывается, на двенадцать лет старше своего муженька. Представляешь? И как такая баба его на себе женила! Отравы, что ли, какой в еду насыпала?
Фарид неопределенно хмыкнул. Анна Наумовна показалась ему довольно молодой женщиной. Сколько ей можно было дать? Лет тридцать от силы. Выходит, ее супругу восемнадцать? Когда же он успел бизнес наладить, капитал заработать?
– Сколько они женаты? – уточнил Гордеев.
– Говорят, лет десять.
– Не может быть! Анне Наумовне самое большее – тридцать пять, и то с натяжкой. Она что же, за ребенка замуж выходила?
– Да-а, – вздохнула Кора. – Вижу, она и тебя охмурила. Каких тридцать пять? Опомнись, очарованный странник! Ей пятьдесят один год! Мне сыщик сказал. Ошибки быть не может.
– Подожди, – опешил Фарид. – Я что-то не понимаю…
– Что тут понимать?! – вспылила Кора. – У тебя из-за ее баксов соображение отшибло! В упор видеть перестал!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
