— Послушайте, леди, мы можем договориться, — быстро сказал мужчина.
Тут раздались шаги на пляже. Он резко повернулся к катеру.
Мэтти тоже рискнула посмотреть и увидела, как в дальнем конце бухты из джунглей появился Хью. Под прицелом своего пистолета он вел сухонького коротышку.
— Мэтти? — спокойно, как ни в чем не бывало, проговорил он, подходя к тому месту, где она сидела. — Все в порядке. Можешь теперь идти сюда. Поторопись, детка. Нам надо пошевеливаться.
— Хью, у нас еще одна проблема.
— Какого черта? — Тут Хью подошел достаточно близко, чтобы рассмотреть сидящую в зарослях женщину с пистолетом, нацеленным на очень крупного мужчину.
— Чтоб ты провалился, Гиббс. Так и знал, что ты попытаешься спереть мой катер. Так и знал, черт побери. — Коротышка злобно сплюнул на песок. — Ты всегда был отъявленным мерзавцем.
— Этот катер такой же твой, как и мой, Роузи, — угрюмо ответил громила. — Я тоже знал, что ты попытаешься улизнуть утром. Ничего себе приятель! Навешал мне на уши лапшу насчет того, как мы вместе сегодня отсюда уберемся… Все вранье! Ну так вот, ты без меня никуда не двинешься, понял?
— Джентльмены, Бога ради, — сказал Хью, — воздержитесь. Вы выбрали неподходящее время для спора.
— Да? Кто это сказал? — вызверился коротышка по имени Роузи. — Ты не лучше этого Гиббса. Даже хуже. Ведь тоже собирался спереть мой катер, так?
— Да, надо признаться, собирался. — Хью взглянул на Мэтти, все еще сидящую на земле. — Пошли, детка. Я тут присмотрю за этими двумя придурками. Забирай сумки и давай на катер. Я сейчас к тебе присоединюсь.
— Послушайте, мистер, вы не можете уплыть и бросить нас здесь, — жалобно заныл Роузи. — Это наш катер. Он нам нужен, чтобы убраться с этого острова и подождать, пока здесь все утрясется. Нельзя предугадать, что тут дальше будет. Эта клятая революция или что там еще… Они нам горло перережут, если мы останемся.
— Говори потише, или я сам перережу вам глотки и избавлю революционеров от лишней работы.
Не столько сама угроза, сколько новое для Мэтти полное и пугающее отсутствие эмоций в голосе Хью произвело впечатление не только на нее, но и на Гиббса и Роузи. Оба смотрели на Хью с открытыми ртами. Ясно, что они поверили каждому слову.
Хью нетерпеливо взглянул на Мэтти, которая неуверенно поднималась на ноги.
— Я же сказал, шевелись, детка.
Остро ощущая тяжесть пистолета в руке, Мэтти обошла неподвижного Гиббса и направилась к морю. Проходя мимо Хью, она с тревогой бросила взгляд на его суровое лицо. Снова подумала, что же они будут делать. Начала было говорить, но оказалось, что не может. Она откашлялась и сделала еще попытку.
— Гм… Хью, ведь это их катер.
— Господи, Мэтти! Только не сейчас, ладно? Этическими вопросами мы займемся попозже. Когда будем милях в десяти от берега. Шевелись.
— Я хотела сказать, может быть, мы можем взять мистера Гиббса и мистера Роузи с собой. Ведь они хотят выбраться с этого острова не меньше, чем мы. И катер принадлежит им.
Роузи и Гиббс мгновенно повернули головы и уставились на нее. Сначала они удивились, потом в глазах коротышки Роузи появился блеск.
— Я вижу, вы настоящая леди, мэм. Только Господь знает, почему вы связались с этим подонком, — сказал он, кивая в сторону Хью. — Но я очень высоко ценю то, что вы подумали о нас в тяжелую минуту. Бедняге Гиббсу и мне скорее всего выпустят кишки, как рыбам, если мы попадемся в руки местным, но я хочу, чтобы вы знали, что наши последние мысли будут о вас. Мы глубоко вам благодарны, мэм.
— Черт! — выругался Хью. — Мэтти, делай, как тебе велят, пока идиоты, начавшие этот дурацкий переворот, не решили искупаться с утра пораньше. Мне бы не хотелось, чтобы они нас тут застали, пока мы стоим и болтаем.
— Роузи верно говорит, очень мило с вашей стороны заступиться за нас, мэм, — грустно прошептал Гиббс. — Когда они будут резать нас на наживку или вешать на телеграфном столбе, можете поклясться своей миленькой, гм, попочкой, мы будем
Думать о вашей доброте. Вы просто ангел, мэм. Чистый маленький ангел.
— Шевелись, черт побери! — рявкнул Хью. Мэтти закусила губу.
— Не понимаю, почему мы не можем взять их с собой, Хью. Ведь это же их катер, причем довольно большой. Там много места. Если мы их здесь оставим, они могут погибнуть.
— Небольшая потеря, уверяю тебя.
— Хью, пожалуйста, я никогда не смогу спать спокойно, если мы их тут бросим. Это не правильно.
— Господь милостив к нам, — жалобно произнес Роузи. — Ты прав, Гиббс. Она — настоящий маленький ангел. И весьма хорошенькая к тому же.
— Хью, правда, я думаю, нам следует… Хью застонал.
— Мэтти, послушай меня. Это откровенная глупость — брать эту парочку с нами. Они ведь профессиональные преступники. Поверь мне. Нам придется следить за ними всю дорогу. Как ты не понимаешь?
— Мы можем их связать или еще что, — с готовностью предложила она, чувствуя, что он сдается.
— Нет, черт бы вас побрал! — рявкнул Хью. — Я не стану совершать глупые поступки, только чтоб угодить женщине, которая не понимает, с кем имеет дело.
— Пожалуйста, Хью. Это не правильно. И места всем хватит.
Гиббс и Роузи с надеждой ждали.
— Черт, — сказал Хью. — Я знаю, что еще пожалею об этом.
Через полчаса, удобно устроившись под навесом на быстром катере Роузи, Мэтти наблюдала, как встает солнце над Тихим океаном. Впервые с того момента, как вошла в великолепный белый особняк Кормье, она смогла облегченно вздохнуть.
Чистилище уже скрылось из вида. Вода с веселым урчанием кипела под винтом катера, несущегося к острову Бримстоун. В мире вроде снова установился порядок.
Громила Гиббс сидел напротив Мэтти со связанными за спиной руками. Роузи стоял у штурвала. Хью развалился на сиденье рядом с Мэтти, все еще держа наготове пистолет. Он единственный из всей компании выглядел совсем невесело.
— Что вообще произошло там, на Чистилище? — спросила Мэтти, чтобы сломать лед, возникший между попутчиками незамедлительно после того, как катер отвязали от причала.
— Гребаные идиоты, простите за грубость, мэм, — сказал Гиббс, повышая голос, чтобы его можно было расслышать за ровным шумом двигателей. — Не могут оставить в покое то, что и так хорошо. Верно я говорю, Роузи?
Роузи философски пожал тощими узкими плечами.
— Да, верно. Все на Чистилище были довольны порядками. Имели себе маленькое симпатичное правительство и не верили в налоги, всякие комитеты и бумажную волокиту. Все делалось по-простому, ясно? Никто не вмешивался в дела другого, пока у него все было чисто там, на острове. Всем нравилось.
— Верно, мать твою так, — согласился Гиббс, печально кивая огромной головой. — Всем нравилось. Понять не могу, зачем какой-то придурок решил все испортить.
