Товарное хозяйство может существовать только на основе закона стоимости. Прежде всего, «обмен продуктов как товаров представляет определенный метод обмена труда, зависимости труда одного от труда другого» (Маркс). А без такого взаимного обмена труда и без взаимной зависимости и связи трудящихся никакое общество, основанное на разделении труда, немыслимо.
Закон стоимости, далее, является законом равновесия товарного хозяйства, ибо только при соблюдении его, т. е. при обмене товаров по их стоимости, имеется налицо пропорциональное распределение производительных сил и тем самым равновесие между различными отраслями производства. «Форма, в которой проявляется пропорциональное распределение труда при таком общественном устройстве, когда связь общественного труда существует в виде частного обмена индивидуальных продуктов труда, — эта форма и есть меновая стоимость этих продуктов» (Маркс). Но так как пропорциональное распределение труда и равновесие общественного производства необходимо для самого существования общества, то, следовательно, закон стоимости есть закон существования товарного хозяйства.
Не следует только никогда упускать из виду, что равновесие в товарном хозяйстве не представляет собою чего-то устойчивого и постоянного. Производители здесь не знают друг о друге, в обществе царит неупорядоченность или, как говорят, анархия производства. Понятно поэтому, что вскоре же после того, как равновесие в нем установится, оно вновь будет нарушено. Более того: в товарном хозяйстве нарушение равновесия общественного производства, т. е. факт, который сам по себе кажется ненормальным, является единственно возможным способом поддержания этого равновесия. Ведь только отклонения цен от стоимости вверх и вниз, т. е. нарушения равновесия, служат для производителей сигналом о том, в какую отрасль им следует направить свой труд, чтобы потребности общества были удовлетворены, т. е. чтобы необходимое равновесие установилось. Цены постоянно колеблются, но все время вокруг стоимости, равновесие постоянно нарушается, но для того чтобы вновь установиться. Такова особенность самого равновесия в товарном хозяйстве, сводящаяся к его неустойчивости и шаткости.
Закон стоимости, наконец, является и законом развития товарного хозяйства. Благодаря тому, что стоимость товаров определяется общественно-необходимым трудом, все производители стремятся и оказываются, вследствие взаимной конкуренции, вынужденными все время развивать производительность своего труда. Но это означает рост производительных сил всего общества, т. е. его движение вперед, его экономическое развитие. Без такого побудительного мотива, который создается действием закона стоимости, экономическое — а с ним вместе и всякое иное — развитие общества было бы при товарном хозяйстве невозможно.
Мы видели, что обмен есть особый общественный способ установления производственных связей между людьми, что меновая стоимость выражает отношение между различными частями общественного труда, т. е. общественное отношение между людьми. Однако познание всего этого является лишь результатом упорных усилий человеческой — мысли постичь строй общества, именуемый товарным хозяйством. На первый, поверхностный взгляд обмен кажется просто приравниванием друг к другу различных вещей, а меновая стоимость — отношением между вещами. Благодаря этому образуется представление, что вещь сама по себе обладает наряду с целым рядом естественных свойств, каковы, напр., вес, длина и т. п., еще одним свойством — обмениваемостъю. Но ведь известно, что от того, как сложится обмен и какие цены установятся на товары, зависит вся жизнь людей в товарном хозяйстве. Получается, таким образом, что каким-то неведомым путем вещи сами по себе приобретают господство над людьми. Ошибка подобных представлений заключается в том, что они приписывают вещам самим по себе ту роль, которую эти вещи приобретают лишь в силу определенных общественных отношений между людьми, сложившихся в товарном хозяйстве. Верно то, что благосостояние, поведение и деятельность людей зависят в товарном хозяйстве от цен вещей. Неверно, однако, что это господство вещей над людьми является таинственным, сверхъестественным свойством самих вещей, присущим им от природы, подобно другим, естественным свойствам их. Вещи существовали и будут существовать во всяком обществе, но только в товарном хозяйстве на их долю выпадает особая общественная роль — служить единственным связующим звеном между разобщенными производителями, только здесь они получают цену и стоимость.
Эти ошибочные представления, приписывающие общественную роль товаров самим вещам, Маркс назвал товарным фетишизмом. Фетишизмом вообще называются такие религиозные верования, в которых люди обожествляют те или иные находимые ими в природе вещи, причем приписывают им свои собственные, человеческие свойства. Изложенные выше воззрения являются товарным фетишизмом, потому что и они по-своему обожествляют вещи-товары, приписывая им самим такие свойства, которые являются результатом человеческих отношений. Величайшая заслуга Маркса заключается в том, что он доказал ошибочность подобных взглядов и вместе с тем объяснил, почему они неизбежно возникают в сознании товаропроизводителей.
10. Развитие обмена и происхождение денег
В предыдущей главе было выяснено, какой характер имеют отношения между производителями в товарном хозяйстве и каков тот скрытый регулятор, который заменяет отсутствующий в этом хозяйстве план и управляет всем его существованием и развитием.
Мы знаем, что в товарном хозяйстве производственные связи и отношения между людьми устанавливаются лишь через посредство обмена их своими продуктами, благодаря чему последние превращаются из простых продуктов в товары. Нам известно также, что этот обмен регулирует и распределение производительных сил общества между различными отраслями производства.
Однако в действительности самый этот обмен не имеет такого простого вида, как мы раньше предполагали. В более или менее развитом товарном хозяйстве производители не обменивают непосредственно свои товары на чужие, но сперва продают эти товары, т. е. получают за них деньги, а потом уже на полученные деньги покупают другие товары. Правда, и при этом содержанием обмена остается взаимная передача товаров. Если, напр., крестьянин продал хлеб и купил сапоги, а сапожник продал сапоги и купил хлеб, то по существу произошел обмен хлеба на сапоги, хотя каждый из этих товаров и обменивался непосредственно только на деньги. Поэтому-то и было вполне законным приемом исследования, когда мы в предыдущей главе при выяснении вопроса об условиях, определяющих обмен товаров, отвлекались от существования денег и предполагали прямую мену товара на товар.
