у окна и с выпученными глазами пытался зажечь спичку. Одна сломалась, упала, он выругался, полез за второй. Носа коснулся запах спирта…
— Сжечь, сжечь, сжечь… — бормотал этот… мертвец.
Я оказался рядом быстрее, чем он успел что-то сделать. Взял на захват и свернул ему шею. Одним резким движением.
Сам не понял, как так получилось. Что-то внутри меня перемкнуло, когда дошло, что Карамелька приказал поджечь Ваську.
Совсем берега попутал. Маньяк хренов.
Цепь была привязана к батарее. Выглянув в окно, увидел болтающуюся Ваську. Меня тоже заметили парни на улице. Кто-то пальцем указал, поднялся шум и полетели камни. Схватившись за цепь, быстро, насколько мог, затащил девушку внутрь. По её коленке текла кровь — кто-то броском рассёк кожу. Сколько ещё камней попало и как сильно досталось девушке, я старался не думать.
Контролируя выход из комнаты, ощупал её на предмет ранений. Проверил пульс. Вроде жива, серьезных повреждений нет, но почему тогда в отключке? С Карамельки сталось бы её наркотой угостить. Сам он раньше сторонился этой темы, но, как выяснилось, времена и люди меняются.
Из коридора донесся топот и переругивания. В здании остались люди, а значит, скоро они будут здесь. Да и не через единственный выход я зашёл, есть и другие.
— Полежи здесь, — сказал я Ваське и положил её возле стены.
— Спар… — едва слышно прошептала она.
Настолько тихо, что я не был до конца уверен, послышалось мне это или нет.
Когда первый молодчик, переполненный энтузиазмом, не рассчитал скорость и с разбегу врезался в дверной косяк, держа в руках топор, и вперил в меня бешеный взгляд, я уже стоял напротив с раскрученной цепью. Он как врезался, так и вылетел обратно, со сломанной грудной клеткой.
— Сами напросились, уроды, — зло прошипел я и направился придуркам навстречу.
Те не заставила себя ждать. Всей толпой в здание повалили, застряли на лестнице и в коридор по одному забегали.
Первый… Ну, или какой он там по счёту, держал в руках трубу с обмоткой. Подбежав, затормозил и опустил занесенную руку вниз. Перехватив её, вывернул и дернул вниз, свободной ладонью ударив в горло. Продолжая удерживать парня, толкнул его вперед, навстречу следующему. Они оба повалились, и я прыгнул на них сверху.
— Мочите его! Он там! — кричали пацаны.
Прямо с двух тел, ослабив гравитацию, крутанул сальто назад и, встав на ноги, приглашающе махнул замерзшим пацанам.
***
Краска стояла за барной стойкой и занималась, в общем-то, обычными делами: протирала стаканы, столешницу, проверяла бутылки и составляла список того, что нужно пополнить из запасов, — когда дверь резко открылась и в помещение вбежал мальчишка.
В закрытый в это время бар мог войти только кто-то из своих.
— Ты куда мчишься, Рики? — спросила с насмешкой Краска у паренька.
Был тот юн, совсем сопляк, и подрабатывал, бегая по пригороду с мелкими поручениями.
— Там это… Это… — запыхавшись, заговорил он. — Спартанец всех мочит!
— Спартанец? — Краска призвала всё своё актерское мастерство, чтобы не выдать истинных чувств. — Он вернулся?
— Вернулся и ещё как! Карамельный совсем с катушек слетел, какую-то девчонку в окно на цепи повесил, братву собрал, а Спартанец против них всех вышел!
— И как, удачно? — заторможено спросила Краска, зависнув на словах про вывешенную девушку.
— Когда я побежал сюда, Спартанец был жив, а многие парни валялись на земле. Карамельного он первым делом грохнул! Представляешь, просто подошёл к нему, избил и череп проломил!
— Жуть какая, — покачала головой Краска.
Улицы — это не то место, где можно рассчитывать на стабильность и безопасность. В любой момент на голову может сойти новая волна неприятностей. Вопрос в том, что это за волна, кого захлестнет. Чутье подсказывало Краске, что эта волна затронет весь район.
— Тебе, может, налить что? — спросила Краска. — Есть хочешь?
— Конечно, хочу, — ответил паренек, который прекрасно знал, что Краска любит собирать слухи и поощряет за это тех, кто сообщает что-то интересненькое.
— Пока ешь, расскажи, что видел, — попросила девушка.
Рики уселся за барную стойку и приготовился отрабатывать еду.
***
Почему-то, вместо того чтобы сразу напасть, когда я приглашающе махнул рукой, парни впереди, наоборот, застопорились. Ненадолго, их подпирали сзади те, кто не видел, что происходит.
Не став ждать, сам набросился, повторив трюк с ударом ногами в корпус. Снова отпрыгнув и кувыркнувшись, увидел образовавшуюся груду тел. Их даже пинать как-то неудобно. Но ничего, Стропо нас приучил действовать в любых условиях.
Пользуясь тем, что нападающие мешали сами себе, я принялся раздавать удары. Бил так, чтобы вывести из строя.
Не прошло и минуты, как коридор оказался забит. Не доверху, разумеется, но с пяток тел дорогу преграждало. Это был узкий коридор. А за ним такая же узкая лестница.
— Мы тебя уроем! — обещал мне впереди стоящий. Я ему нос сломал и лицом об стену приложил, после чего зашвырнул обратно. Крепким оказался, подняться смог.
— Так давай, подходи, — повторно махнул я рукой.
Обучение у Черного мастера сыграло со мной злую шутку. Или не злую, тут как посмотреть. Кого я видел в качестве противников за последний год? Таких же учеников, как и я, большинство из которых усилены камнями. Псов? Взрослых мужчины, давно занимающихся темными делишками?
Сейчас же передо мной сгрудились обычные мальчишки. Они учились драться на улицах, а там никакой школы нет. Многие из них были моложе меня, хуже развиты физически. За что стоит сказать Черному мастеру отдельное спасибо — так это за кормежку. Никогда я так сытно не ел. Нам рассказывали на лекциях о важности питания, поэтому я не удивлялся, что всего лишь за год, благодаря еде и грамотным физическим нагрузкам, только за счёт этого обскакал всех, кто сейчас вышел против меня. А уж с камнями, вбитыми навыками… Переоценил я улицы, что тут скажешь. Ну, или недооценил себя.
— Так что, нападать будете? — спросил я, когда никто так и не решился выйти.
Снизу усилился шум, стоящие впереди парни попятились, а потом и вовсе скрылись на лестнице, отступив.
