"Вот че за бред присниться. Пожалуй, не стоило мне так напиваться", - подумала Рита, проснувшись и потерев глаза. Но светлее от этого не стало. Постепенно приходя в себя, Ита вспомнила, где она и почему находиться. Тело затекло от неудобной позы, голова раскалывалась, но, также припоминая жестокий разговор бандитов, обсуждающих ее, менять место дислокации ей не захотелось. Выбираться из шкафа было страшно. Девушка повертелась, чтобы размяться. Но места оказалось маловато. Сдвинув вешалки с одеждой, за которыми она укрылась, Ита оперлась на дверку гардероба и с наслаждение выгнула спину. Дверца предательски распахнулась и Маритта с ужасом поняла, что падает в объятия полуголого мужика с дикими от бешенства глазами.
- Упс, - только и смогла сказать она, округлив испуганно очи.
Взирая на растрепанную девушку, осоловевшую со сна, которую он инстинктивно обхватив, прижимал к груди, Ратэк потерял дар речи.
Задрав подбородок и упираясь ладошками в твердую, как камень, мускулистую грудь, покрытую курчавыми волосками, вдыхая опьяняющий аромат геля для душа, смешанного с запахом кожи мужчины, разгоряченного и взбудораженного, она не могла оторвать взгляда от его потемневших глаз, словно, пребывая под гипнозом.
- Ты что там делала? - прохрипел первым пришедший в себя Дарн.
- Честно? - прошептала растерявшаяся девушка.
- По-возможности, - сыронизировал Мирэк, чувствуя, как его постепенно отпускает.
- Я все вчера слышала. Ну, то, что вы про меня говорили, - с упреком, но едва слышно выдавила из себя Ита.
- Так, - опешил Дарн от такой откровенности. - Опять подслушивала?
- Не подслушивала я, - насупилась девушка, пытаясь освободиться от смущавших ее объятий. - Я там случайно оказалась...
- Опять случайно? - мужчина не смог сдержать смешка и еще крепче, преодолевая сопротивление, прижал Иту к себе, как будто, боялся, что она снова исчезнет.
- Пусти, - простонала Маритта, ощущая животом нечто огромное и твердое, пока что скрытое полотенцем, но нетерпеливо подрагивающее. Красноречиво говорящее об его отношении к ней и всей ситуации в целом.
А когда увидела на его чувственных губах порочную, провоцирующую улыбку, то поняла, что мыслит в верном направлении. Мужчина забавлялся ее сконфуженным видом, ее беспомощностью и испугом. Она подсознательно почувствовала, что он решил для себя воспользоваться моментом. Теперь, когда она не сможет вырваться, и никто не придет на помощь. Он был взвинчен, зол и возбужден. И она была тому причиной. Понятное дело, что она же и окажется способом снятия напряжения.
Ита попробовала прибегнуть к высокой дипломатии.
Природа обделила женщин физической силой, но в качестве компенсации они в совершенстве овладели искусством психологического насилия. Чем, собственно говоря, и собралась воспользоваться Маритта. Она поняла, что наступил момент, когда нужно начинать профессионально ездит по ушам, чтобы мужчина запутался в ходе ее мыслей и потерял конец логической цепочки, в конце концов, позабыв, что он вообще от нее хотел. Она быстро-быстро залепетала:
- Но, ты же не собираешься применять силу, чтобы добиться женщину? Насилие, в первую очередь, унижает палача, а не его жертву. Мужчина, имеющий чувство собственного достоинства, никогда не опуститься до такого способа заполучить желаемое. Уважающий себя мужчина, напротив, добьется того, чтобы женщины сами ему себя предлагали. Ему и просить их об этом не надо...
- А тебе не приходило в голову, - прервал ее Дарн, - что у меня просто нет времени и желания с тобой возиться?
- Ха! - остановить разогнавшуюся Иту было также непросто, как коня на скаку. - Такими нелепыми отмазками мужчины всегда оправдывают свою несостоятельность, неуверенность в себе и слабость. Да, слабость. Потому что, по настоящему сильный мужчина никогда не будет демонстрировать эту силу на женщинах.
Мирек сжал пальцами затылок девушки и приблизил свое лицо к ней так близко, что его губы почти касались ее. Поток красноречия у Маритты тут же иссяк, застряв где-то в горле.
- Настоящая женщина никогда не будет нарываться на подобное отношение, - выдохнул он ей в губы. Затем, немного отстранившись, ухмыльнулся, довольный реакцией затаившейся девушки, застывшей с широко распахнутыми глазами, в которых металась паника. - Если женщина выхватила, значит, заслужила. Значит, не знает своего места, границ, которые не стоит переступать и времени, когда стоит остановиться. Вот у тебя тормоза, кажется, совсем отсутствуют.
- Ты любым своим поступкам находишь оправдание, ведь так? - в отчаянье выкрикнула она. - Ты просто знаешь, что я по собственной воле не дам тебе никогда. Да я с бомжом лучше в постель лягу, чем с тобой.
- Да неужели? - в его взгляде появилось предостережение. - А ты, я смотрю, любишь спорить. Хорошо. Давай так. Назначим маленький срок. Месяц, так? По истечении его ты сама залезешь в мою постель.
- Не в этой жизни, - вспыхнула Ита. Его наглая улыбка раздражала.
- Боишься проиграть?
Тяжело сглотнув, Ита с трудом разлепила губы: перед ее глазами, словно воочию, пронеслись картинки жутких последствий проигрыша. Однако, она нашла в себе силы, чтобы ответить со спокойным достоинством, не позволявшем ему увидеть, как ей страшно.
- Нет. Я согласна.
"Вот только на слабо меня брать не надо", - возмутилась про себя девушка и тут же ухватилась за мелькнувшую в конце темного тоннеля надежду.
- И что, если я выиграю спор?
- Тогда твое желание исполниться: я отпущу тебя живую и невредимую. - Голос его стал мягким, почти нежным. - А если проспоришь - тоже исполниться. Ты узнаешь, каково это: в постели с бомжом. - Ратэк продолжал зло улыбаться. - Хотя, постель у них - выражение образное. В любом случае - будет, как ты хочешь... Знаешь, а мне даже начинает нравиться уступать женским капризам.
Маритта судорожно сглотнула образовавшийся в голе ком. Нет, в себе она была уверена. "Да", - думала девушка, - "красивого мужчину полюбить легко. Но вот чтобы такого сильно возненавидеть, ему нужна еще и индивидуальность. С этим у Дарнова все в порядке. Да так, что от его симпатичной мордашки уже мутить начинает". Нет, боялась она не того, что уступит. А того, что он обманет ее. Сложно было поверить, что спор с ним будет честным. Но упорства, хитрости и наглости ей тоже не занимать. На всякий случай она все же уточнила:
- Пари - это игра. А у игры должны быть правила. Какие правила у нас?
Ратэк отпустил ее, сделав шаг назад, расхохотался. Когда он успокоился, то его взгляд был безжалостен:
- Никаких... Только одно условие: в течении месяца ты даже не пытаешься сбежать. Иначе, будем считать, что в этой игре ты продула.
- Мирэк, - в комнату влетел Шторм, - девчонку нигде..., - он застыл каменным изваянием, потерявшись в том, как на это все следует реагировать.
Глава 15.
Маритта напряженно переводила взгляд с одного на другого, пытаясь разгадать: насколько сильно разозлен Шторм, и будет ли Ратэк ее защищать или же добавит пряников вслед за другом. Все же они, вроде как, договорились... Или нет?
- Где она была? - медленно процедил, клокоча от ярости, взмыленный Тоха.
- В шкафу, - ровным тоном сообщил ему Дарн, но в его взгляде угадывалась насмешка.
- Ты что: запер ее туда и забыл? - Антон так растерялся, что даже злиться перестал.
- Нет, - уже не скрывал ухмылки Ратек, - она сама туда залезла.
- З..зачем? - ничего не мог понять Тоха.
- Зачем, зачем, - сжалилась Рита над бедным мужиком и решила пролить свет на ситуацию, - я, между прочим, все слышала. Все, что вы про меня говорили. И спряталась там. Я вас боюсь. Вы дикие...
