Тут все глупость. Во-первых, бессовестно выставлять грузинских чекистов некоей бандой пьяных идиотов, которые ни хрена не понимают, что такое вербовочная работа. К этому времени они уже показали если и не высший класс, то по меньшей мере более чем успешные результаты именно в вербовочной работе, коли сумели подавить попытку крупного восстания, внедрить свою агентуру в ряды грузинских меньшевиков и армянских дашнаков.
Во-вторых, комиссию из Москвы присылать было незачем, так как именно в Тифлисе дислоцировалось Закавказское представительство ОГПУ, которое в то время возглавлял И. П. Павлуновский. Именно оно-то и должно было заниматься этим.
В-третьих, Епифан Кванталиани был снят со своей должности за другое, за что, точно неизвестно, документы на этот счет не рассекречены. Однако между ним и Павлуновским давно уже бегала черная кошка. Тут дело в том, что Павлуновский был тайным сторонником Троцкого еще со времен руководства личной охраной «беса мировой революции». А Троцкий, как уже указывалось выше, был круто замешан в сепаратистском мятеже, который подавлен Кванталиани совместно с Берия. Вот в порядке мести Павлуновский и донес на Кванталиани в Москву, правда, указав совершенно иные причины для его увольнения.
Вот и все, что было. В чем тут вина Лаврентия Павловича – не объяснит ни один из мифотворцев.
Миф № 11. Берия «подсидел» руководителя Зак. ГПУ С. Ф. Реденса, чтобы занять его место
Тоже один из глупых мифов на чекистскую тему. Появился, как и все остальные пакости о Берия, после проклятого ХХ съезда. Смысл этой, постоянно расписываемой в различных публикациях, глупости в том, что-де Берия напоил злополучного С. Ф. Реденса, между прочим, родственника Сталина – Реденс был женат на сестре жены Иосифа Виссарионовича, – бросил его пьяного на улице, ну а тот попал в милицию. Далее по закону жанра – не место таким в наших рядах. И Сталин убрал его из Закавказья, а Берия занял место Реденса.
Чушь это собачья. Потому как Берия не был сумасшедшим, чтобы поднимать руку на ближайшего родственника Сталина, большевика с дореволюционным стажем, участника Гражданской войны. Иное дело, что почувствовавший свободу действий и безнаказанность С. Ф. Реденс, как говорится, сам сильно злоупотребил спиртным. Кстати говоря, так уж повелось, к глубочайшему сожалению, что чекисты «горят» либо на пьянке, либо на бабах. Сколько таких приказов было за всю историю советских органов госбезопасности – не сосчитать. Это, конечно, не означает, что весь многотысячный коллектив органов государственной безопасности только и занят тем, что беспробудно пьет или развратничает с женщинами. Однако, увы, подобное не редкость.
А в Грузии, в солнечном Тбилиси, или, как его тогда называли, Тифлисе, охотнику выпить в прямом смысле слова раздолье. Как-никак, но Грузия всегда славилась и гостеприимством, и своими великолепными винами. Только вот даже не каждый грузин умеет правильно пить то или иное вино. А уж пришлому человеку сие искусство и вовсе неведомо. Ибо есть там такие вина, которые сшибают с ног лучше любой водки или самогона. Кстати, о самогоне, грузинском самогоне – знаменитой чаче, виноградной водке. Она ведь по градусам на уровне 65–70º. И если ее неумело пить, да еще и в жаркую погоду или в душном подвале-духане, то плачевные последствия гарантированы.
Так что нет ничего удивительного в том, что в какой-то момент С. Ф. Реденс, потеряв контроль над собой, перебрал лишку, затем устроил дебош и попал в милицию. Но это же сугубо его «заслуга», при чем тут Лаврентий Павлович, который, к слову сказать, вовсе не страдал какой-либо тягой к Бахусу. Пил более чем умеренно, в основном прекрасные грузинские сухие вина.
Короче говоря, миф утверждает, что-де после этого Берия «настучал» в Москву – то ли в центральный аппарат ОГПУ, то ли самому Сталину, который вынужден был убрать родственничка из Закавказья. А Берия уселся в кресло Реденса.
Если по-простому, то здесь опять видна идиотская «логика» подтягивания за уши последовавших событий под известную еще со времен Древнего Рима поговорку «qui prodest?» («Кому выгодно?») – мол, раз Берия после этого уселся в кресло Реденса, значит, он и виноват в том, что Реденс напился как свинья! Увы и ах, но это «логика» действительно только для дебилов и имбецилов, но не для серьезных историков-исследователей.
Реденс, к слову сказать, продолжил службу в органах госбезопасности, в 1935 году одним из первых получил введенное тогда специальное звание комиссара госбезопасности 1-го ранга. Правда, в 1938 г. он был арестован, а расстрелян в 1940 г. вместе с бандой Ежова. Но тут он действительно был замешан весьма круто в заговоре Ежова и попал в жернова заслуженно. Кстати, приговор ему выносила Военная коллегия Верховного Суда СССР. Берия к вынесению смертного приговора не имел никакого отношения.
Вот и все об этой истории. И в чем тут вина Лаврентия Павловича, если человек пить не умел?
Миф № 12. Берия лично виновен в незаконном расстреле видного грузинского большевика Лаврентьева (Картвелишвили)
Миф о непосредственной вине Берия за незаконный расстрел Картвелишвили, более известного под русифицированной фамилией (псевдонимом) Лаврентьев, на ХХ съезде запустил Хрущев: «Многолетние враждебные отношения между Картвелишвили и Берия широко были известны; истоки их идут со времени работы тов. Серго (то есть Орджоникидзе. – А. М.) в Закавказье, поскольку Картвелишвили был ближайшим помощником Серго. Они и послужили для Берия основанием, чтобы сфальсифицировать „дело“ против Картвелишвили»[56].
Картвелишвили/Лаврентьев был исключен из партии и арестован 22 июня 1937 года во время июньского (1937) Пленума ЦК ВКП(б). Расстрелян 22 августа 1938 года, когда во главе НКВД стоял Ежов. Берия же в этот день только был назначен первым заместителем наркома внутренних дел СССР. И соответственно ни в допросах, ни тем более в фальсификации дела на Картвелишвили/Лаврентьева, и особенно в принятии решения о расстреле, Берия физически не мог принять участия. Особенно если учесть следующие обстоятельства:
1. Последняя должность Картвелишвили перед арестом – секретарь Крымского обкома ВКП(б), а до этого работал на Дальнем Востоке. Берия же в то время был всего лишь первым секретарем ЦК КП(б) Грузии. Ну, разве не понятно, что ни на арест Картвелишвили/Лаврентьева, ни на ход следствия по его делу, ни тем более на вынесение сурового приговора Лаврентий Павлович чисто физически повлиять никак не мог?!
2. Несмотря на то что 22 августа 1938 года Лаврентий Павлович был назначен на должность первого заместителя наркома внутренних дел СССР, он до 31 августа указанного года находился в Грузии, где сдавал дела своему преемнику. Так что и с этой точки зрения он никак не мог повлиять на исход дела Картвелишвили/ Лаврентьева.
Правда, нередко утверждается, что Берия направил какой-то документ Сталину насчет Картвелишвили/Лаврентьева, что, мол, и предрешило его судьбу. Но и это ложь. Дело в том, что речь идет о записке Лаврентия Павловича на имя Сталина, которая датирована 20 июля 1937 г., то есть практически месяц спустя после уже состоявшегося ареста Картвелишвили. В этой записке Берия сообщал Сталину о раскрытии в Грузии подпольной группы «правых», в которой состоял и Картвелишвили/Лаврентьев. Вот выдержка из этой записки: «20 июля 1937 г. № 1716/с Дорогой Коба! Следствие по делам контрреволюционеров Грузии разворачивается дальше, вскрывая новых участников гнуснейших преступлений против партии и советской власти. Арест Г. Мгалоблишвили, Л. Лаврентьева (Картвелишвили), Ш. Элиава… проливает яркий свет на предательскую работу, которую вели они, состоя в к.р. (контрреволюционной. – А. М.) организации правых… В Закавказский к.-р. центр правых вошли:…от Грузии – Элиава Ш., Орахелашвили М., Лаврентьев Л. и Енукидзе А…»[57].
По условиям тех времен Лаврентий Павлович, как первый секретарь ЦК КП(б) Грузии просто обязан был сообщить Сталину о раскрытии в Грузии подпольной группы «правых». Что он и сделал. Так что никакой взаимосвязи между арестом Картвелишвили/Лаврентьева и этой запиской Берия нет и быть не могло.
Даже как-то усугубить положение Картвелишвили/Лаврентьева она и то не могла, потому что его арест состоялся на основании материалов, которыми НКВД СССР располагал до 22 июня 1937 г. Кстати говоря, сильно компрометирующие Картвелишвили/ Лаврентьева данные поступали и после его расстрела. Причем в одном случае эти данные застали Сталина врасплох. Это четко видно из пометок и рукописного комментария Сталина к показаниям от 15–18 октября 1937 г. члена ЦК ВКП(б), зам. председателя Комитета партийного контроля Я. А. Яковлева (Эпштейна), который внезапно был арестован 10 октября 1937 г.[58]
Как видите, ни так ни сяк Берия не был причастен к этому делу, даже если и принимать в расчет упомянутую выше записку Сталину, не написать которую Лаврентий Павлович не имел права. Как и другие партийные секретари, он обязан был сообщать в Москву обо всем, что происходит на подведомственной ему территории.
