Под влиянием половых гормонов изменяется поведение животных, начинается строительство гнезд, формируется родительское поведение, прежде всего материнское, которое в наиболее яркой форме проявляется сразу же после родов. Таким образом, половые влечения животных опосредуются различными природными механизмами, которые в своей совокупности и определяют половые отношения.
Но природа создала механизм не только полового влечения, она позаботилась и о постоянном развитии вида. В качестве такого механизма выступает естественный отбор. Рассматривая механизм естественного отбора, Ч. Дарвин писал:
«Если человек может достигать и действительно достигал великих результатов путем применения систематического и бессознательного отбора, то чего же не в состоянии осуществить естественный отбор! Человек может влиять только на наружные и видимые признаки. Природа, – если мне будет дозволено олицетворять под этим термином естественное сохранение организмов или выживание наиболее приспособленных, – заботится о внешности лишь настолько, насколько эта внешность полезна какому-нибудь существу. Она может влиять на всякий внутренний орган, на каждый оттенок общего телосложения, на весь жизненный механизм. Человек отбирает ради своей пользы, природа – только ради пользы охраняемого организма. Каждая особенность строения, подвергшаяся отбору, утилизуется вполне; это вытекает из самого факта отбора»[63].
Значительную роль в естественном отборе играет половой отбор, когда в результате борьбы между особями одного пола (преимущественно самцами) за обладание особью другого пола у более слабого ограничивается или полностью отсутствует потомство. Но что значит – более слабого? Это, как правило, – менее приспособленного. Таким образом, половой отбор способствует появлению потомства более сильного и более приспособленного.
Нет никакого сомнения в том, что на ранних стадиях развития человека как биологического вида половой отбор имел большое значение для его совершенствования. И в этой борьбе за полового партнера биологическое влечение играло ведущую роль. Но чем, в свою очередь, определяется это влечение? Только ли стремлением продолжать род? Вся наша жизнь дает отрицательный ответ на такое предположение. Важно не только продолжать род, важно – с кем продолжать род. Интересно поставить ряд вопросов: существует ли здесь какая-нибудь природная предопределенность? существует ли природная предопределенность любви? если существует, то в чем она заключается? какими данными по этой проблеме располагает наука сегодня?
Современные исследования показывают, что природа заложила в человеке влечение к вполне определенному типу особей противоположного пола. И эта предопределенность действует на генном уровне. Иными словами, человек выбирает генетически подходящего партнера, или научно – генетически комплементарного. Для того чтобы человек мог «разглядеть» партнера, который ему подходит на генетическом уровне, природа позаботилась о механизме выбора. Признаки генетической совместимости представлены во внешнем облике человека, его походке, жестах, тембре голоса, запахе. Эти признаки-релизоры воспринимаются каждым из нас на подсознательном уровне и запускают механизм влечения, воздействуют на гормональные механизмы, формируют «любовное» поведение (А. Валентинов). В жизни реализация генетической предрасположенности осложняется многочисленными социальными факторами. Генетическая комплементарность является одним из условий счастливого брака, но не единственным. Несоблюдение принципа генетической комплементарности способствует распаду брака, приводит к сокращению количества детей в таких семьях, в ряде случаев подобные браки оказываются бесплодными[64]. Как отмечают ученые, природа как бы защищает себя от нежелательного потомства. Дети генетически комплементарных родителей бывают более красивыми, физически более жизнестойкими, жизнеспособными, с большими интеллектуальными возможностями.
Интересно отметить, что еще во времена Платона широкое хождение имела легенда о людях-андрогинах, сочетающих в себе мужское и женское начало. Они были сильны и намеревались посягнуть даже на власть богов. И тогда Зевс разделил каждого из них на две половины: мужскую и женскую. «Вот с каких давних пор, – пишет Платон, – свойственно людям любовное влечение друг к другу, которое, соединяя прежние половины, пытается сделать из двух одно и тем самым исцелить человеческую природу»[65].
Современная наука возвела принцип дополнительности, сформулированный Нильсом Бором, в методологический принцип. Он может использоваться при рассмотрении различных сторон отношений мужчины и женщины, различных сторон любовных отношений.
Как мы уже отметили выше, внешние признаки-релизоры запускают сложный механизм любовного поведения и любовных отношений. Современные исследования показывают, что эти процессы регулируются значительным числом гормонов (ученые выделили более 100, но есть основания считать, что их гораздо больше)[66]. Отметим, что в разных временных периодах любовных отношений действуют разные гормоны, обладающие разной силой и качественной спецификой. Общей характеристикой практически всех гормонов, определяющих эмоциональный строй и отношения человека, является адаптация организма к их действию и необходимость периодических внешних воздействий для выработки новых доз желательного гормона. В силу этого любовные отношения требуют разнообразия.
Современные исследования позволяют выдвинуть гипотезу, что первой стадии любви способствует появление в организме особых молекул, которые получили название РЕА. Воздействие этого вещества перестраивает весь строй настроения и мироощущения человека, способствует идеализации объекта любовного отношения. В условиях действия РЕА достаточно запаха любимого человека, звука его голоса, прикосновения, чтобы человек почувствовал сильнейшее возбуждение, испытал чувство глубокого удовлетворения. Одновременно общение с любимым человеком способствует выработке этого вещества в организме. Поэтому, когда любящие не имеют долгое время возможности видеть друг друга, говорить друг с другом, сокращается количество РЕА в организме, а это приводит к негативным переживаниям, возникновению чувства глубокой утраты. Вот почему любящие как наркоманы жаждут условий, способствующих выработке РЕА, а это одновременно есть условия любовных отношений. Природа и здесь заложила универсальный механизм – то, что регулирует клетки, входит в ее метаболизм.
Однако, как отмечают исследователи, организм адаптируется к действию РЕА. И для того чтобы сохранить любовные чувства, с каждым разом требуются все более сильные дозы РЕА. Этого можно добиться, совершенствуя технику отношений. Но в конечном счете наступает предел. Через два – четыре года действие РЕА прекращается. Это критический период любовных отношений. Романтическая любовь живет недолго, но этого периода хватает, чтобы люди в любви родили ребенка. Действия РЕА достаточно, чтобы ребенок пережил самый сложный и трудный период своего развития. Интересно отметить, что по данным статистики трех-четырехлетний период совместной жизни завершается первой волной разводов.
На смену РЕА приходят другие гормоны – «серотонин» и «эндорфин». Их действие гораздо мягче, чем РЕА, но столь же благоприятно для любовных отношений. Эндорфин смягчает восприятие отрицательных ситуаций, способствует формированию устойчивых положительных эмоциональных состояний, уменьшает боль, благотворно действует на иммунную систему, способствует сексуальным отношениям. К сожалению, как и РЕА, эндорфин распадается в достаточно короткое время. И для нового положительного возбуждения мозг требует новых доз эндорфина, которые вырабатываются в процессе духовных и физических отношений между любящими. Потребность в серотонине и эндофрине является естественным стимулом к возобновляющимся любовным отношениям.
В регуляции любовных отношений участвуют и другие гормоны: дофамин и норадреналин. Они влияют на эмоции человека, сами являясь производными от чувств и отношений людей.
Таким образом, мы видим, что природа заложила предрасположенность во влечении мужчины к женщине, которое часто проявляется в непреодолимой страсти. Можно с определенной мерой уверенности утверждать, что любовники созданы друг для друга природой.
Но у любви есть и вполне осознаваемый высший стимул – оставить в потомках память о себе. Рождение ребенка – вот та доля бессмертия и вечности, которая отпущена смертному существу. В конечном счете, любовь – стремление к бессмертию. Стремление к бессмертию, как отмечает Платон[67], реализуется двумя путями: через деторождение и через добродетели, и чем люди доблестнее, тем больше стремятся к добродетели, к духовному бессмертию.
