Лейтмотивом его жизни была верность долгу в том смысле, как он это понимал, как это было принято в его время, как это предписывала церковь и королевская власть, — верность в ущерб душе.
Сразу после смерти Альбы в Лиссабон прибыл его сын Фердинанд де Толедо, чтобы позаботиться о погребении. Тело было перевезено в монастырь Сан-Леонардо де Альба де Тормес. На следующий год рядом с супругом легла герцогиня, и, согласно завещанию, каждую годовщину битвы при Мюльберге там служили мессу. Позднее пятый герцог Альба перенес саркофаг в склеп Сан-Эстебан в Саламанке; это произошло 13 ноября 1619 года.
С тех пор прах великого герцога покоится там.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Вскоре после смерти Альбы преподобный Морильон писал Гранвелле: «На совести герцога Альбы несколько дурных поступков, совершенных, по моему мнению, в силу жестокости и несправедливости, и я не знаю, сумеет ли он оправдаться там, куда теперь ушел».
Если бы мы нашли в себе смелость судить, подобно Данте, то куда бы определили герцога Альбу? В рай — в награду за верную службу, за то, что хотел исполнять волю Господа? Или в чистилище — место для тех, кто хотел добра, но шел по кровавому пути? Или в ад — для неумолимых, тех, кто присвоил себе право Божьего суда, судил и наказывал и кто был лишен того, в чем больше всего нуждался, — милости?
Непосредственность, с которой вершил свой суд Данте, осталась в прошлых веках. Жизнь герцога Альбы представляет собой звено цепи, без которого не могло быть выполнено предназначение, которое привнесло разносторонность целого в рамки его существа.
Что произошло с делом Альбы?
Его первое, самое благородное задание заключалось в борьбе против турок, неверных. Ради этой цели его отец пожертвовал жизнью. Она же привела 32-летнего Альбу в Венгрию, Тунис, позднее в Алжир. Борьба занимала его, когда было принято решение об изгнании мавров из Испании, руководила им, когда он был советником в походе на Лепанто, и владела почти семидесятилетним во время переговоров с доном Себастьяном в Гуадалупе. Эта работа принесла свои пло ды. Опасность благодаря его победе была устранена. Европу спасли от османского ига, укрепили западноевропейский менталитет.
Второй этап службы герцога был посвящен католицизму. Он вел в Германии борьбу против лютеран, победил при Мюльберге, боролся против кальвинистов в Нидерландах и победил еретиков в лице дона Антонио и Англии, которая поддерживала португальца. Результат был двояким. Борьба осталась незавершенной. Католицизм и протестантизм продолжали сосуществовать, символом чего стали Нидерланды, которым Алъба уделял особое внимание.
Третий этап службы был направлен против Франции. Когда то он сказал, что французы охотно пожертвовали бы одним глазом, лишь бы Испания потеряла оба. Семилетним мальчиком он начал войну в Наварре продолжил ее в Фуэнтеррабиа; он стоял под Марселем, в Перпиньяне, под Мецем, в Милане и Неаполе и на границе с Нидерландами; в Португалии он дал отпор амбициям французов. Война была напрасной. Империя Габсбургов развалилась, и в следующем столетии возвысились Бурбоны.
Та служба, которую Альба сослужил Испании в борьбе за Нидерланды и в конфликте с Англией, не принесла желанных плодов. Анпия превзошла испанский флот и захватила господство на море. Половина Нидерландов в конце концов освободилась от испанского владычества. У Испании остались лишь те провинции что были некогда самыми цветущими, но уже тогда им пришлось уступить северным провинциям, несущим свежий дух предпринимательства.
А что произошло в результате последнего дела Альбы, завоевания Португалии? Испания царила там 60 лет. Но из-за недальновидных экономических и политических мер она не смогла наладить длительную связь между двумя иберийскими державами на взаимовыгодной основе. 1 декабря 1640 года в течение нескольких часов дело Альбы было уничтожено. Португалия вновь обрела независимость, один из прежних соперников Филиппа II, принц Браганса, взошел на трон.
Таков двойной портрет Альбы. Он жил во время, которое благоприятствовало людям, свободно развивавшим свое дарование. Ему также удалось использовал время. Наследник великой традиции, одаренный от природы и обуреваемый неутомимой жаждой деятельности, он с ранней юности и до глубокой старости постоянно нахо-дилсч в трудах. Но немногим успехам ему довелось радоваться. Победы в Тунисе и Мюльберге, которые были вершиной его жизни, очень быстро превратились в противоположность, поскольку турки и протестанты вскоре возместили свои потери. Успех в борьбе против папы был куплен ценой унижения, а триумф в Португалии отбрасывал темные тени в будущее. В Нидерландах он отстаивал не только старые порядки, но и был провозвестником грядущего века абсолютизма, и его учреждения непременно должны были принести ему признание; но даже здесь его достижения не были оценены. В большинстве своих действий он руководствовался самыми значительными идеями, которые олицетворяли испано-католический мир на исходе Ренессанса; но именно там, где он пытался их осуществить, ему было отказано в успехе. Он был сыном XVI столетия, но слова Гуттена: «Какая радость — жить!» — не о нем. Как и другие, он отдавал должное радостям бытия и его красоте. Ему нравилось участвовать в празднествах, герцог ценил произведения искусства и музыку, собрал прекрасную коллекцию оружия и был очень привязан к своей семье. Однако большая часть его жизни прошла в ратных трудах вдали от родины. Жену свою он видел лишь изредка, а наследник принес ему одни разочарования. Альбе было отказано в удовлетворении.
Династия Альба сыграла решающую роль в подъеме испанского королевства. Половину тысячелетия они трудились для него, сражались за него, руководили им. Почти два столетия занимали первые места в государстве. С Фернандо Альбой, третьим герцогом, величие рода достигло высшей точки. В последовавший затем период нисхождения высшие посты оказывались, в основном, в других руках.
Пятый, девятый и двенадцатый герцоги в следующие три столетия тоже удостоились высокого сана, но Испания, которой они служили больше не была той мировой державой, за которую некогда сражался их великий предок В начале XIX века титул перешел к герцогам Бервик, ведущим свое происхождение от Марии Стюарт, и в их доме ныне продолжает жить род Альба.
Примечания
1
Гёзы (голл.) — оборванцы. Жители Нидерландов, восставшие против своих угнетателей, называли себя так, демонстративно подчеркивая, что они выходцы из народа и с гордостью противопоставляя себя надменным испанским аристократам (прим. ред.).
