Читаем без скачивания Подует ветер - Алекс Норк

- Черт возьми, действительно, - резюмировал Фолби, - а я даже не обратил внимания. Значит, участвуют как минимум двое. Ну что, берем их сегодня ночью?

- Если они явятся туда, - высказал свое мнение дежурный полицейский. - Вполне возможно, что это лишь попытка нас проверить и завтра мы получим новое письмо.

В ответ сержант глубоко вздохнул и пару раз кивнул головой:

- Да, вариант весьма реальный.

- Не нравится мне это все! - Гамильтон забросил руки на затылок и откинулся на спинку кресла.

- Что именно?

- Да все не нравится. Шантаж посредством таких убийств? Это же пожизненное заключение. И на него идут ради полумиллиона долларов? У Коули в сейфе лежали тридцать две тысячи, но преступники даже не попробовали до них добраться. У Бартока в доме не было и следа грабежа.

- Да, - подтвердил сержант, - в ящике рабочего стола валялись три сотни - остались целы.

- И змей слишком много в этой истории - сожженных и еще живых. Ну ладно, - лейтенант быстро встал из кресла, готовимся к захвату. Пошли, поработаем у карты.

Все трое направились в соседнюю комнату, где над столом дежурного размещалась огромная карта города и предместий.

* * *

Кэрри до сих пор не могла понять того, что случилось в ее жизни. Она оказалась вдруг в совсем ином мире - причудливом и большом. А главное - она сама стала совсем другой.

Раньше ее миром была поверхность земли. Стоило ей найти норку какого-нибудь грызуна, и она могла сделать ее своим домом хоть на день, хоть на всю зиму. И горе тому, кто не уносил вовремя оттуда ноги!

А все, что было сверху, было чужим, требовало внимания и осторожности. И когда что-то происходило там, над землей, она резко поднимала голову, сплетая сильные упругие кольца, и мелкой дробью подергивала кончиком хвоста. Она не слышала исходящего от этого звука, но знала, что предупреждает этим о себе, о своих гнутых, глубоко запрятанных зубах, о том, как ударив ими, она выплеснет накопившийся яд. И всегда чувствовала его в полостях под зубами. Чувствовала, когда он туго наливал их и приятно давил на стенки. Это было ощущение силы. Если яда не хватало, Кэрри беспокоилась, старалась почаще отлавливать и заглатывать всякую живность. Искала в зарослях какие-то травки и, отрывая их не зубами, а безгубой пастью, заглатывала. Это надо было обязательно делать, чтобы снова вернуть ощущение силы, уверенности в себе.

"Кэрри" - это первый звук, который она услышала, - и одновременно увидела человека, смотревшего на нее через тонкую мелкую решетку.

"Кэрри" - она почему-то сразу поняла, что это относится к ней, что это она - Кэрри.

Кэрри приподнялась, но вышло совсем не то, чего она хотела. Она прекрасно чувствовала свое тело, каждую клеточку, но тело было совсем другое.

Вместо привычных давящих друг на друга кольцами мышц у нее были четыре сильных лапы, и Кэрри почувствовала, что может легко передвигаться с их помощью по небольшому закрытому вольеру. Ей вдруг захотелось прыгнуть с одного его конца на другой и она тут же это сделала. Лапы и спина оказались такими сильными, что она полетела стремительней и выше, чем думала, но вместо того, чтобы врезаться в металлическую сетку, мягко извернулась и, оттолкнувшись от нее лапами, оказалась на середине вольера. Ей очень понравилось ощущение новой силы и она еще несколько раз проделала эти прыжки.

"Кэрри", - ласково произнес человек за сеткой, и в ее маленьких мозгах появилась непонятно откуда взявшаяся мысль. Нет не мысль, а убеждение - это друг!

Только теперь она заметила, что покрыта мягкой серой с черными полосами шерстью и у нее совсем новый хвост - без костяных колец на конце, которыми она предупреждала о себе врагов. На миг волнение охватило ее, но почти так же быстро прошло: она почувствовала, что ее главная сила - длинные зубы и приятно давящее ядом пространство под ними - при ней.

Человек приоткрыл дверцу вольера и поставил внутрь миску. Кэрри сразу поняла, что это еда и еда оказалась вкусной.

Человек снова открыл дверку и позвал ее по имени.

Кэрри осторожно вышла и сделала несколько шагов к своему новому другу.

- Пойди, погуляй, - сказал он и открыл дверь из дома.

Она подошла, постояла несколько секунд на пороге, потом легко прыгнула, ощутив под ногами чуть влажную землю, и не спеша побежала по травянистому газону.

Кэрри не умела удивляться, точнее, знала это чувство чуть-чуть, но все-таки маленькое очарование происходящего с ней все время присутствовало.

Она почему-то много знала.

Знала, что другие люди ничем ей не страшны и не опасны, что твердые дороги нельзя перебегать, если поблизости движется большое непонятное устройство. Не спеша двигаясь прочь от дома, она все время знала, где он. И что там будет пища, которую ей не надо больше искать.

Гуляла она спокойно и долго.

Если бы можно было выразить словами ее теперешнее настроение - ей решительно нравилась новая жизнь.

Не за кем было охотиться и не от кого защищаться, и если бы тот маленький человек вдруг не стал приставать к ней вечером, она ни за что бы его не тронула.

Она отошла тогда в сторону, но маленький человек не отставал. Кэрри еще раз отодвинулась, но человек вдруг решил схватить ее и черная молния яростно метнулась в ее голове!

Кэрри тут же отправилась домой и быстро забыла о происшедшем, только в полостях под кривыми зубами стало чуть меньше яда. Дома она вкусно и много ела, а потом улеглась в вольере спать.

Спала она долго, поздним утром опять поела и часа два гуляла по соседним газонам вокруг.

Потом, вернувшись домой, обнаружила у себя в вольере новый предмет. Она уже заметила подобные бумажки на столе и как-то видела, как ее хозяин вытирает похожей цветной штуковиной рот. Но эта - была другая, со своим запахом. Кэрри тщательно ее обнюхала и поворошила лапой. Потом, ... потом в ее голове вдруг появилось новое сознание - что этот запах принадлежит врагу. Которого надо найти и убить! И когда хозяин открыл ей входную дверь и сказал: "Иди, Кэрри, иди", - она стремглав бросилась на поиск.

И опять, насколько умела, она удивилась, что знает, в каком направлении ей искать врага.

Сгущались сумерки, и быстро двигаясь скверами, перебежав несколько раз большие твердые дороги, она вскоре увидела ярко освещенный изнутри дом.

Кэрри присела под небольшим кустом метрах в пятидесяти и стала присматриваться. Теперь главным ее чувством была интуиция, которая требовала осторожности, а значит - терпения.

Время от времени в дом входили и выходили люди. Кэрри ничего против них не имела. Но враг, она знала, был в доме и нельзя, чтобы кто-то помешал ей до него добраться.

В той природе, откуда она пришла, промахнувшийся погибает, поэтому нужно не только готовить удар, но и до последнего момента его скрывать. Она умеет, она много раз это делала. Жди, Кэрри, жди.

Она смотрела своими черными без зрачков глазами, готовая в любую секунду двинуться или остаться и ждать.

Много людей вошло и вышло ... Когда темнота совсем сгустилась, она приблизилась и залегла в траве метрах в десяти от входа.

Теперь, когда открывались двери, она видела часть освещенного зала, столы, стулья, людей. Было много шума и движенья, а значит - надо было выжидать.

Через какое-то время Кэрри почувствовала, что дело меняется к лучшему. Люди стали чаще выходить из дома и, всматриваясь внутрь, она замечала, что там их становится меньше.

И вот их почти не осталось.

Кэрри мягкими прыжками в один миг очутилась у самых дверей и прижалась к стенке. Вскоре дверь отворилась в очередной раз и, с последним шагом выходящего человека, она бесшумно скользнула внутрь и спряталась под ближайшим столом.

Она уже нюхом почувствовала врага, но думала пока не о нем - нужно было понять, что вокруг.

Несколько человек в зале быстро передвигались, делали что-то на столах, двигали стульями.

Несколько раз она мягко проскальзывала под другие столы и стулья, когда люди проходили слишком близко.

Потом люди стали исчезать, и, наконец, в зале их осталось только двое.

Он ... и еще один.

Бороться с двумя - очень опасно. И, чтобы этого избежать, Кэрри неслышно вспрыгнула на подоконник и спряталась за занавеской.

"Терпение, - подсказывал ей инстинкт, - терпение побеждает".

И вот! Второй человек ушел.

Но даже, если бы Кэрри была не опытной взрослой змеей, а мелким детенышем, она не напала бы сразу.

Враг много двигался и не был понятен - отошел, ... повозился с каким-то ящиком у высоких перил, вернулся назад.

Кэрри ждала и одновременно принюхивалась - действительно ли нигде в помещении не осталось других людей?

Нет ... никого.

Так значит уже не следует тянуть!

Она шевельнула лапой, отодвигая материю, чтобы спрыгнуть вниз, но враг вдруг посмотрел в ее сторону.

Он видит ее или нет?!

Нет, вот он отвернулся ... Теперь снова глядит сюда!

Кэрри заволновалась, но вдруг почувствовала, что только ее черные глаза впиваются в него через неплотную материю. Он сам ее не обнаружил, ... хотя и идет навстречу ... Глупый враг!