- БУ! – неожиданно для него произнес я, приближаясь сбоку вплотную к врагу.
Тот никак не отреагировал на внезапный громкий звук. Тогда я, не мудрствуя лукаво, протянул руку и схватил его под локоть. Скорпион легко бы мог вырваться, поскольку полностью находился в своей плоскости и превосходил меня в скорости. Однако в его прописанных функциях не было такого движения.
Мы снова на время стали одним целым, но уже не он тянул меня, а я его. Полностью оказавшись в моем ничто, он из Скорпиона превратился в обычного неприглядного толстяка с безумно некрасивой кустистой щетиной на лице. Только тут я заметил, что и я уже не Саб-Зиро, а, видимо, стал самим собой. Именно это открытие и стало для меня гарантом того, что Карусель боли уже точно не повторится. Словно гора с плеч свалилась, и я вспомнил фразу, которую всегда любил говаривать подвыпивший Ден: «Во Вселенной все должно быть в равновесии: поэтому, если выпил, - закури!». Поэтому, я решил не лишать врага возможности как следует проораться от боли.
Двигаться в ничто было очень тяжело, но с каждой секундой я осваивался здесь все лучше, а вот мой пухлый противник, действительно напоминал теперь выброшенную на берег рыбу: пучил глаза и беззвучно разевал на удивление белозубый рот. Драться здесь было практически невозможно, но сделать человеку больно можно почти в любых условиях. Белозубый толстяк заподозрил что-то неладное и попытался, отворачиваясь от меня, свернуться в позу эмбриона.
Очень спорное решение! Я положил ладонь левой руки ему на макушку так, чтобы пальцы оказались на лбу, надавил на глаза, заставляя откинуть голову назад. Тем временем моя правая рука с быстротой и грацией лапы ленивца обвивалась вокруг шеи, проминая его второй подбородок. Захват получился на удивление плотный. Идеально зафиксировав его освободившейся левой рукой, ей же я, что было силы, нажал врагу на затылок, одновременно и лишая его возможности дышать, и оказывая серьезное давление на шейные позвонки.
Без труда удерживая захват, для себя я решил считать до пяти, и, если противник не постучит, ослабить хватку, чтобы не убить случайно человека. Однако уже на счете «два», я услышал, как меня зовут.
- Сергеев! Сергеев, Вы меня слышите? Немедленно выходите из Сумрака! – раздался негромкий, но строгий и нетерпящий возражений голос Сергея Петровича.
Буквально на волосок ослабив нажим, я взглянул в ту сторону, откуда только что пришел сам, и куда втянул противника. Вместо одного из балконов, на котором раньше находились следившие за поединком зеваки, образовалось громадное лицо доцента нашей кафедры. Взгляд из-под очков, казалось, был готов испепелить любую преграду, ставшую на его пути, но никак не мог найти таковой!
Собрав в кулак все силы, я отвел глаза от этого властного взгляда, повернулся спиной к ярким текстурам и могучим рывком выкатился в игровую реальность, таща за собой превращающегося в Скорпиона толстяка.
Опасаясь, что здесь он снова превратиться в полубога, я попытался усилить свой захват, но мир поплыл перед глазами, а потом и вовсе утонул в непроглядной темноте.
15
- Сергеев, Ваша очередь! – услышал я фразу, которую ждал вот уже минут двадцать.
Я встал, сделал два шага, открыл дверь и вошел в потайную аудиторию, наскоро оборудованную под допросную комнату.
Увидев меня, наглый небритый толстяк тут же утратил надменный вид, а его улыбка на глазах стала утрачивать свою ослепительную яркость. Он взглянул на Олега Петровича и неразборчиво затараторил на английском. Я понимал едва ли каждое пятое слово, но было абсолютно ясно, что мужик паникует, и совсем не хочет со мной общаться. Хотя это было уже неважно: все действия и роли были расписаны, и отходить от плана я не собирался, не зависимо от того, доступен мне смысл слов пленника, или нет.
На ходу засучивая рукава, я смотрел ему в глаза и улыбался самой многообещающей из своих зловещих улыбок.
Не успел я даже замахнуться, как «клиент дозрел»…
Впрочем, лучше рассказывать обо всем по порядку. Очнулся я уже спустя минуту, после того, как Сергей Петрович подпитываемый Юрием Ивановичем пройдя по нашему с Игорем каналу, пробился в чужую реальную виртуальность. Там он, одновременно находясь на грани паники и возможностей достучался до меня, оглушил и вашего покорного слугу, и моего противника, поскольку мы были практически неразделимы, и выволок в старую добрую реальность.
Уже тут, зубры, корифеи и мастодонты мира Иных спеленали своего собрата, сумевшего первым хакнуть Иную виртуальность. В этом мире у него против такой оппозиции не было ни единого шанса. А когда к разбору полетов подключилась инквизиция, курирующая не только глобальный эксперимент по воспитанию толерантности среди Иных на базе нашего универа, но и, в целом, цифровую магию, не осталось и намека на шанс.
Взрослые дядьки решили ковать железо, пока горячо. Максимально прилежно покопались в голове у Хакера, пока тот был без сознания, и сразу же приступили к допросу с пристрастием, когда тот очнулся. «Пристрастием» был я. На мужика не пришлось воздействовать ни магически, ни ментально, ни физически. Сначала его, обвешанного амулетами, любезно предоставленными инквизицией, несколько раз вежливо попросили поделиться всеми известными ему специфическими знаниями. Он каждый раз надменно отказывался, самоуверенно угрожая всем присутствующим ужасными карами в будущем. А под конец даже перешел было на оскорбления. Потом уж в аудиторию вошел я, и этот бастион пал. Когда я подошел к нему на расстояние удара и замахнулся, мужик очень тонко заверещал и начал так неистово делиться знаниями, словно прорвало академическую плотину.
Мягко подталкиваемый в спину я вышел из аудитории, чтобы не нервировать согласившегося сотрудничать пленника. В коридоре меня поджидал Юрий Иванович.
- А ведь Вас, Сергеев, хотели отчислять по моей кафедре! – сказал он, заговорщически подмигивая слезящимся стариковским глазом. – Но я наотрез отказался! Помните, Вы тогда напутали с выбором кристалла в индивидуальной работе? Думали, что я не заметил? Я все заметил, но очень сильно подозревал, что нам с Вами не стоит портить отношения!
Не дожидаясь ответа, самый старый преподаватель университета, мелко хихикая, пошел себе дальше.
- Он здесь от инквизиции курирует оба глобальных проекта, - подсказал вышедший вслед за мной Игорь, - безумно сильный Иной. Скорее всегда, даже сильнее Сергея Петровича.
- Ну, теперь хотя бы понятно, почему он ведет лет пятьдесят как устаревший курс цифровых устройств и микропроцессоров, - протянул я, - голову даю на отсечение, что это он их в свое время и создавал.
- Вполне возможно! - всерьез согласился Игорь. – Кстати, коллега, поздравляю тебя с успешно выполненной операцией! Теперь ты у нас официально первый и, пока, единственный сотрудник Цифрового дозора!
- Спасибо, - спокойно ответил я Игорю тоном уставшего удивляться Иного, - а пояснительную бригаду подвезут?
- Все очень просто, - улыбнулся мой коллега, - произошло первое нарушение Договора в «цифре», ты задержал первого нарушителя и автоматически стал первым дозорным.
- Мое согласие на это, естественно, не требовалось? – задал я риторический вопрос, но получил-таки ответ.
- На первых порах – да, но потом, когда ты поделишься опытом хотя бы со мной, можно будет ограничиться преподавательской деятельностью, а к дозорной работой будешь привлекаться по желанию.
- Это что ж получается: не только учеба, но еще и Дозор у меня будет проходить в рамках свободного посещения? – удивился я.
- Выходит.
[1] Приведено реальное сообщение от реального участника события (Спасибо Михаилу Р. из Мокрого Батая). Орфография и пунктуация сохранены.
Часть вторая Дозор свободного посещения
История вторая – Дозор свободного посещения
