и тому подобное — на все эти вопросы девушка отвечала односложными, порой даже резкими фразами, что, однако, совершенно не унимало энтузиазма её собеседницы.
Наконец они вышли на улицу и вскоре остановились перед фасадом уютного и просторного кафе.
— Милости прошу, — с улыбкой сказала Кобаяси, открывая стеклянную дверь. Коу проследовал за ней и стал с удивлением разглядывать лакированную деревянную мебель, столики и стеллажи, на которых блестели обложки разнообразных книжек.
— Минуточку… Мне нужно переодеться — дресс-код, — попросила Кобаяси и удалилась за дверь, на которой было написано: «только для персонала».
Коу неуверенно посмотрел на свою напарницу.
Танигава, очевидно, ничего не собиралась ему объяснять.
Он спросил:
— Танигава-сан, а что…
— Она здесь работает.
Коу сморгнул.
А через пять минут, когда Кобаяси вернулась в наряде горничной, отвесила им выверенный поклон и показала на ящик с новыми книгами, и когда ещё некоторое время погодя Коу обнаружил себя таскающим другие ящики, а Танигаву листающей первые страницы, проверяющей в телефоне и расставляющей книги по полочкам, в зависимости от автора, жанра и так далее, он вдруг понял, что сюда его привели с единственной целью использовать как рабочую силу…
Впрочем, когда из кухни стал доноситься звук работающей кофе-машины, и когда Кобаяси принесли для них две чашки кофе, — экспрессо для Коу, который на самом деле не пил кофе, но экспрессо было первое, что пришло ему в голову, — и чёрный как смоль для Танигава, вместе с кусочком шоколадного торта, Коу понял, что на самом деле был совершенно не против…
Сида за столиком и попивая из своей чашки, он наблюдал странную дискуссию, которая происходила между Кобаяси и Танигава. Первая, положив подбородок на скрещенные руки, улыбалась и рассыпала вереницы самых разнообразных вопросов; вторая молча смотрела в свою чашку. Содержимое последней было настолько густым и тёмным, что Коу от одного только взгляда на неё чувствовал горечь в миндалинах, и тем не менее Танигава было совершенно всё равно.
Наконец она вышла.
Кобаяси весело помахала её ручкой.
Наконец, понимая, что сейчас, пожалуй, был его единственный шанс, Коу помялся и спросил:
— Кобаяси-сан… А как вы и Танигава познакомились?
— Случайно.
— Случайно?
— Одна девочка, староста её класса, как-то приболела и попросила меня принести документы Танигава-сан. Я и приносила их некоторое время, и мы сдружились.
Коу неуверенно кивнул. У него было подозрение, что на самом деле всё было далеко не так просто и лаконично… По крайней мере за фразой «мы сдружились» явно таилась история про безумную настойчивость…
— Мы и с тобой просто подружились, так, Сунохара-кун? — вдруг заметила Кобаяси.
Коу опешил, затем кивнул. Хотя ему немного странно было слышать, что они теперь были друзьями. Да и само это слово — дружба. До сих пор у него почти не было друзей… Вернее, были. Мария, Кей… наверное, и в то же время ему несколько странно было думать, что теперь у него были друзья.
Меж тем дверь комнаты для персонала приоткрылась, и вернулась Танигава.
— Посетитель, — заметила она ещё в проёме. — Я сказала ему, что закрыто, но он говорит, что обычно ему можно и сейчас.
— Ах… — вздрогнула Кобаяси с некоторым удивлением и замешательством. Коу впервые заметил лёгкое волнение на её красивом личике. На щёчках девушки появилась призрачный румянец.
Танигава, видимо, тоже заметила перемену и спросила:
— Это он?
— Очень… может быть, — ответила Кобаяси нарочито весёлым голосом, встала, поправила свои волосы, после чего они стали только ещё более взлохмаченными, набрала побольше воздуха в лёгкие и вышла в коридор.
Коу растерянно наблюдал за происходящим действом.
— Пошли, — вдруг сказала Танигава и вышла за дверь. Он поднялся и проследовал за ней. Перед входом в читальный зал Танигава вытянула перед ним руку и показала, чтобы он стоял на месте и ничего не делал. Коу уже намеревался проглотить вопросы, которые штилем поднимались у него на сердце, когда Танигава, видимо желая предупредить последние, сказала кратко:
— Он ей нравится.
— Он? — сморгнул Коу.
Девушка, не смотря на него, сложила руки.
Тогда Коу немного подумал и догадался, что речь, видимо, шла про посетителя кафе, причём регулярного.
Затем он ещё немного подумал и понял, что на удивление спокойно воспринял известие, что Кобаяси, оказывается, кто-то приглянулся. Был период, когда Коу размышлял про неё довольно часто… Но в последнее время его занимали несколько другие мысли. Возможно, с горькой улыбкой подумал Коу, Кобаяси некоторое время занимала его сознание только потому, что была единственное девушкой, с которой он хотя бы иногда говорил со всего класса… Нет, которая сама, по собственной воле, с ним говорила. С его стороны это было довольно жалко… Впрочем, — Коу помотал головой, — пусть. Теперь ему просто было интересно, кто же такой таинственный человек, который, по словам Танигава, ей «нравился».
Судя по мрачному выражению на лице Танигава, которая даже забыла бросать на него хмурые взгляды, она выбор своей подруги не одобряла.
Коу случайно… А может и намеренно выглянул в зал, и вскоре глаза его заметили Кобаяси, которая стояла перед столиком в своём черно-белом платье. Последнее было настолько пышное, что разглядеть человека с другой стороны было совершенно невозможно.
— Ваш заказ? — выверенным голосом спросила Кобаяси. Неизвестный ответил. Говорил он тихо, и находился далеко, а потому Коу не смог разобраться слов, но только сам голос, который показался немного, хотя и не совсем, знакомым…
Глава 17
Встреча
— Ваш заказ? — выверенным голосом спросила Кобаяси. Неизвестный ответил. Говорил он тихо и находился далеко, а потому Коу не смог разобраться слов, но только сам голос, который показался немного, хотя и не совсем, знакомым…
Кобаяси кивнула, затем они перемолвились ещё парой фраз, в которых Коу, кажется, разобрал название литературного произведения. Наконец девушка ещё раз кивнула, — волосы её при этом встрепенулись, — и повернулась. Коу немедленно прищурился… И уже в следующую секунду вытаращил глаза.
За круглым столиком сидел высокий мужчина европейской наружности. На нём была белая рубашка и бежевые брюки. Перед ним лежала записная книжка, а пальцами он покручивал ручку.
Сперва Коу подумал, что ошибся.
Нет, вернее будет сказать, что нечто внутри старательно пыталось его убедить, что это определённо была ошибка. Что это невозможно, что ему кажется, но… Затем мужчина цокнул ручкой по странице, откинулся на спинку стула и сложил руки.
Сомнений не осталось.
Это был он.
— Сен… сей?
…
…
…
— У меня тоже есть личная жизнь, — спокойно заметил мужчина, размешивая сахар десертной ложечкой в чашке из белого фарфора. Коу, пристально наблюдавший за его действиями, вздрогнул и быстро
