Моя. Это собственническое заявление теперь занимало огромную часть сознания Николая, он не был уверен, что сможет жить без нее. Так что да, он будет защищать Джейн. Даже от самого себя. Его голод был полностью утолен, он осушил множество охранников, добираясь до нее, но, тем не менее, все еще был чувствителен к ее запаху. Запах его женщины. Такой сладостный. Он все еще хотел попробовать ее. А, черт, это было плохо.
Джейн была изранена, и ей просто необходим отдых. Не то чтобы она жаловалась. Она не сказала ни слова с того момента, как они покинули двор замка. Постоянно держалась рядом с ним, выполняя каждый его приказ, следуя всем указаниям. Он думал о ней, хромая вперед, иногда используя руки, как костыли.
Он не позволял себе смотреть на нее, зная, что остановится сразу же, как заметит ее усталость. А он хотел, чтобы Джейн была как можно дальше от этого дворца. Как можно дальше от Лейлы и королевы, которые следовало бы быть мертвыми и гнить в могиле.
Но они были живы...
Подождите. Главное, что Джейн тоже жива.
Его лодыжки отчаянно пульсировали от боли, когда он снова привел ее к пещере, которую видел каждый раз – они снова и снова шли тем же путем.
- Сюда, - сказал он, голос был более грубым, чем хотелось бы. - Здесь мы будем в безопасности.
Он был в этом уверен.
- О, хорошо. Ты снова в норме.
Норма? Что это значит?
- Отдыхай.
Как только они наберутся сил, он сможет вернуться во дворец: проникнет внутрь, убьет Лейлу и ее мать, затем отыщет целителя, как и планировалось. Перед тем как идти туда, он установит такую защиту, что Джейн будет здесь в полной безопасности.
Как только память вернется, а силы восстановятся, он вернется за ней. Они вместе отправятся в Элден.
Его пальцы сжались в кулаки. Элден. Что ждет его в Элдене, помимо его желания убить царя, которого он никогда не встречал? Ну, насколько хватало его воспоминаний. Все, что он знал, так это то, что этот человек убил прежних правителей, захватив корону силой.
Николай слышал сплетни дворцовых служащих об изменениях в королевстве. Вчера или сотню лет назад – он не был уверен. Ведьмы наложили на дворец заклинание безвременья, отчего минуты ползли медленно, дни смешивались воедино, ломая любые подсчеты.
Николай спрашивал себя: может, он встречал прежних правителей? Может быть, он даже охранял их. Пока что он не мог представить их, но легко мог представить себе их дворец. Безумно высокие стены, служащие не для декорации, а для обороны. За стенами озеро, а вокруг него – пышные зеленые леса. Не видно подъездных дорог – только охраняемая стражниками дорожка, дорожка, которую он знал лучше, чем свое собственное лицо. Он хотел вернуться в этот дворец, к этому озеру, лесу. Знал, что тот край пахнет морем, солью и соснами. Он слышал эхо своих шагов, когда бежал... что-то сделать, возможно, обнять кого-то. Он даже мог слышать тихий грудной смешок женщины и одобрительное ворчание мужчины. Острая боль от любви и тоски по дому, пришедшая вместо ненависти, омыла его.
Любовь? Тоска по родине? Ненависть? Почему? Он должен узнать ответы. Он должен убить нового короля.
Тупая боль заныла в висках, и он отвлекся от этих мыслей. Пока.
Джейн, прихрамывая, подошла и положила руки ему на плечи. И в тот же момент, как только она прикоснулась, его клыки удлинились, и десны начали зудеть. Просто попробую...
Нет! Пока нет. Николай буквально погрузился в ощущение их близости, это отвлекало его ненужный голод от ее возбуждающей красоты. Возбуждение каким-то образом возвращало его к жизни.
Ее струящиеся волосы медового цвета обрамляли ясное и единственное лицо, уникальное, как снежинка, волосы умоляли о прикосновении пальцев мужчины. В ее желто-карих глазах больше не было выражения загнанности, теперь они были полны решимости. Ее щечки стали розовыми – возбужденный, злясь на ситуацию и слабея, он видел, что блеск испарины в горячем ночном воздухе заставлял ее светиться. Она стянула полы платья и завязала их узлом, это дразнило его. Один рывок и они бы развязались...
Нет, опять сказал себе он. Надо гнать эти похотливые мысли, надо ждать, пока она исцелится. После... о, да, после – обязательно.
То, что Джейн избили за его поступки, не только сломало что-то внутри него, но и разбудило нечто странное. Не говоря уже о том, что ее улыбка... Ей не следовало улыбаться ему.
- Вот ключ, - сказал он. - Освободи мою шею.
Николай языком выдвинул ключ между зубами.
- С радостью, - она открыла замок ошейника. Кольцо тяжело упало на землю. - Нам, наверное, нужно идти. Солнце скоро сядет. - Хотя она еле ковыляла, голос был твердым и сильным. - Если здесь у вас, ребята, бывает солнце. И если, конечно, время не начнет идти назад из-за нас. Кто-то упоминал, что в Дельфинии не стареют.
- Не имеют возраста. Для тех, кто находится во дворце, годы идут гораздо медленнее. И – да, здесь есть солнце, день и ночь.
- Нам нужно спрятать тебя. Мы ведь не хотим, чтобы на солнце ты загорелся.
Его лоб нахмурился. - Я не Ходящий-в-ночи.
Как она узнала о Ходящих-в-ночи и то, что солнце для них губительно?
- Ну, э-э..., - Джейн побледнела и сглотнула. - В моем мире вампиры считаются мифом. В книгах и фильмах они всегда загораются или вспыхивают, когда выходят на солнечный свет.
Вспыхивают?
- Я, пожалуй, более чувствителен к солнечным лучам, чем люди в этих местах, но я все же не Ходящий-в-ночи. В худшем случае я получу загар и легкие солнечные ожоги.
- Ага, это хорошо. - Ее облегчение была ощутимо.
Такая сильная реакция и это притом, что нет повода для беспокойства. И все же ее тревога радовала Николая. Ему нравилась ее забота. Нравилось то, что это значило: ей не все равно.
- Я тут подумала, - сказала она, прикусив нижнюю губу.
Его желудок сжался при виде ее зубок, делающих то, что Николай хотел сделать сам. – Что-то держит тебя.
Он положил свои пульсирующие руки на ее плечи, не давая ей отстраниться.
- Да, именно так. - Ее язычок появился, облизывая то место, где только что побывали зубки. - Мы ходим по кругу, значит, гарпия Лейла сказала правду. На тебя наложено заклятие – оставаться в Дельфинии.
Вид ее язычка разрушал его контроль быстрее, чем вид ее зубок. Хорошо бы уложить ее, облизывать, пробовать и наслаждаться ее вкусом. Нет, пока у нее все не заживет, - снова напомнил он себе. Кроме того, она пока что не просила его об этом. А он дал ей обещание.
- Я знаю, - сказал он жестче, чем намеревался.
- О, - ее нос очаровательно сморщился, он даже перестал на себя злиться. - Ну, ты мог бы сказать мне об этом. Я беспокоилась, ожидала, что ты начнешь спорить, пыталась доказать, что неправильно выбрано направление. Например, заклинание может заставить тебя считать, что опаснейшее место безопасно, а безопасные места для тебя выглядят самыми опасными. Кстати, забудь о "может заставить". Это так. Ты прошел мимо воды шесть раз!
