Бездна, поглотившая сестру, снова разверзлась.
– Я встала посреди ночи, – тихо сказала Мелани. – Спустилась вниз. Когда вернулась… в общем, все это уже находилось здесь.
– Встала посреди ночи? – проскрипел Брайан. – Мелани, подобное случалось годы назад…
– Вы лунатик? – деловито спросил Дэвид.
Но Мелани смотрела на брата, и в ее глазах он увидел то, чего больше всего боялся, – страдание. Он причинил ей боль. Когда Мелани вставала посреди ночи, Брайан должен был находиться рядом. Именно он всегда просыпался, всегда следовал за ней, чтобы оберегать, пока она смотрит на портрет Меган. Он старший брат. Это его обязанность.
– Я не лунатик, – через некоторое время произнесла она. – Иногда я просто… нервничаю.
– Мелани…
– Потом, Брайан. Позже.
Дэвид Риггс прокашлялся, привлекая к себе внимание.
– Ваша мать может вернуться домой в любое время, поэтому следует здесь прибраться.
Не дожидаясь ответа, бесцеремонно продолжил:
– Начнем с лошадки. Это ведь она изображена на портрете внизу? Лошадка Меган.
– Ухо отколото, – пробормотал Брайан. – Моих рук дело. Швырнул в камин. Я был… зол. Меган играла с ней в день похищения, но больше лошадку никогда не видели. Тогда полиция утверждала, что Рассел Ли спрятал игрушку в качестве… как они это называли? Трофея.
– Никогда? Даже после ареста Холмса?
– Нет, никогда.
– А ткань?
– Не уверен.
Брайан какое-то время изучал лоскут, не прикасаясь, просто смотрел.
– Возможно, от ее платья, – пробормотал он в конце концов. – Синего. Но это было давно, понимаете, и к тому же… сейчас клочок испачкан.
– Девочку нашли в платье?
– В одеяле, – ответил Брайан, нерешительно взглянув на сестру.
Дэвид кивнул. Меган действительно обнаружили завернутой только в одеяло.
– Как кто-то сумел войти? – осенило Мелани. – У нас же есть сигнализация.
– Она была включена? – спросил Дэвид.
– Разумеется! – сухо отрезала Мелани. – Послушайте, вы имеете дело с семьей, которая точно знает, какое может случиться несчастье. Уж поверьте, отец каждый вечер обязательно активирует охранную систему.
– Хм… – на минуту призадумался Дэвид. – Кто остался в доме на ночь?
– Я, конечно, – ответила Мелани. – Мама и папа. Мария. Кроме того, в гостевой спальне планировала заночевать Энн Маргарет – моя подруга и босс в центре Красного Креста. До Дедхэма далековато, тем более поздно ночью. Возможно, она осталась, но для надежности надо спросить Марию.
– Разве ваш отец не обошел дом перед включением сигнализации?
– С какой стати?
– В особняке прошлым вечером находились около трехсот гостей. Любой из них мог незаметно подняться и…
– И просто подождать, – закончила она за него.
– Черт, – выругался Брайан.
– Должна быть связь между появлением Ларри Диггера и всем этим, – заключила Мелани. – Может, он прокрался внутрь после нашего разговора. Может, нашел все эти вещи, выслеживая Рассела Ли Холмса.
– Сомнительно, – покачал головой Дэвид. – Каким образом неряшливо одетый мужик – и, кстати, весьма неприятно пахнущий – сумел незаметно проскользнуть наверх?
– Заранее пробрался в дом…
– Секундочку! – перебил Брайан. – Ларри Диггер? Репортер из Техаса? Диггер был здесь вчера вечером?
Сестра устало улыбнулась, затем рассказала о своей встрече с писакой.
Брайан выслушал историю с каменным лицом, никак не реагируя, хотя, вроде бы, должен. Все, что он ощущал, глядя на сорок четыре свечи, образующие имя покойной сестры, – фатализм. Техас уже вернулся в его сны, уже будоражил ум. Проблема в том, что все они так и застряли в прошлом. Ни один из них так и не научился двигаться дальше, и вот теперь монстр до них все-таки добрался. Неужели можно было всерьез рассчитывать, что простая смерть способна победить такого, как Рассел Ли Холмс?
– Брайан? – тихо спросила Мелани. – Брайан, ты в порядке?
Тот дотронулся до щеки. Дерьмо. Слезы.
– И ты даже мне не позвонила и ничего не рассказала, – прошептал брат.
– Звонила тебе сегодня.
– Все так сильно изменилось, да, Мел?
– Это ведь ты ушел, Брайан, – опустила глаза сестра. – Ты решил ненавидеть всех нас.
Она была права. Брайану хотелось взять ее за руку, нежно обнять, напомнить о прежних временах. Но не смог.
– Забудь о Диггере, – поспешно выпалил он. – Я обо всем позабочусь, Мел. Обещаю.
– Нет! Мне это не нужно, Брайан. Сама справлюсь с ситуацией.
– Нет никакой ситуации! Ларри Диггер был просто внештатным репортером-неудачником, каковым и остался. Ты не дочь Рассела Ли Холмса, и я не потерплю, чтобы кто-то приближался к моей младшей сестре с подобной чепухой. К тебе вся эта история не имеет никакого отношения, Мел. Никакого.
– Никакого? – сверкнула глазами Мелани. – А почему? Потому что я не настоящая Стоукс? Потому что даже через двадцать лет ты по-прежнему считаешь меня гостьей?
– Черт возьми, я совсем не то имел в виду. Ты же хорошо меня знаешь, Мел.
– Нет, не знаю! Так что лучше объясни, что ты имел в виду, Брайан, потому что, насколько я понимаю, все события, нападения и угрозы в вашей – моей– семье связаны именно со мной!
– Нет, – взревел Брайан в ответ. – При всем уважении, ты не имела к Стоуксам никакого отношения, когда похитили Меган. Знаешь ли ты, что означает ВО – вечно остерегаться? Знаешь ли ты, что местные почтовые компании бесплатно доставили сотни тысяч листовок с фотографией пропавшего ребенка? Что крупные авиакомпании развезли их по аэропортам всей страны? Знаешь ли ты, каково это – оставить выкуп, а затем просто ждать? Или каково это, когда полиция перестает говорить о возвращении ребенка и появляются натасканные на поиск трупов собаки? Или еще лучше – когда приглашают в морг на опознание останков? Нет, Мел, не знаешь, потому что Меган не имела к тебе никакого отношения! Потому что мы хотели уберечь тебя от всего этого!
– Слишком поздно, – решительно отмахнулась Мелани и отвернулась к Дэвиду Риггсу.
«Я старший брат, черт возьми. Я обязан защищать свою сестру при необходимости. Не желаю, чтобы Мелани связывали с Меган».
– Что еще хуже, Брайан, – тихо добавила Мелани, – я вижу Меган Стоукс и сомневаюсь, что это галлюцинации. Кажется, я наконец начинаю кое-что вспоминать. А именно последние дни жизни Меган. Как она находилась в хижине в лесу. Как прижимала к себе любимую деревянную игрушку. Как все еще верила, что вернется домой живой. Этому существует единственное объяснение, Брайан, – я тоже была там. Была там с ней. Как дочь Рассела Ли Холмса. Как ни прискорбно, но, похоже, на этот раз Ларри Диггер не соврал.
Брайан вдруг начал смеяться.
– Разумеется, непременно, – задыхаясь, выдавил он. – Зло никогда не умирает. Оно просто становится частью семьи. Добро пожаловать в настоящую семью Стоуксов, Мел. Добро пожаловать домой.
Глава 8
Пискнул пейджер. Брайан ответил на вызов, затем объявил, что вынужден уехать в «чертову» больницу, чтобы взглянуть на «чертового» пациента. Ругательства означают, что парень все еще расстроен, решил Риггс. Дэвид и Мелани проводили его до входной двери. Брайан бормотал, что все уладит, Мелани бормотала, что все будет в порядке, а Дэвида интересовало, когда появится Ченни. Только Брайан поклялся на крови ничего не рассказывать матери, как Ченни рысью взлетел по каменным ступеням, жонглируя четырьмя тяжелыми наборами для сбора улик. Похоже, стажер настроен крайне решительно.
– Вам следует привести себя в порядок, – безапелляционно скомандовал Риггс.
Мелани покорно кивнула. Перепалка с братом явно сказалась на ней самым негативным образом: она яростно сверкала глазами, очаровавшими Дэвида всего несколько часов назад, и выглядела очень расстроенной. Тяжелый день для Мелани Стоукс.
– Возьму одежду и переоденусь в гостевой спальне, – прошептала она.
– Хорошо, – смягчившись, произнес Дэвид почти нежным голосом. – Мы в любом случае не поднимемся еще несколько минут. Вы же понимаете, нужно сориентировать сотрудника. Не торопитесь, – Риггс слегка пожал плечами, непонятно почему смутившись.
