объяснил он, – по делу самого деликатного характера, но я, я Рэймонд Мюррей, шурин мистера Элдриджа, убедил его послать за вами. Я сделал это, полагаясь как на вашу деликатность в защите мистера Элдриджа от публичного скандала, так и на вашу способность напрямую помочь нам. Мы понимаем, что вы не обычный частный детектив.
– Я психолог, мистер Элдридж, – ответил Трант пожилому человеку, сдерживая раздражение от манер Мюррея. – Я всего лишь сделал несколько практических применений простых психологических экспериментов, которые должны были быть включены в полицейскую процедуру много лет назад. Независимо от того, смогу я помочь вам или нет, вы можете быть уверены, что я сохраню ваше доверие.
– Тогда это тот самый случай, Трант. – Мюррей быстро перешел к делу. – Мой племянник, Эдвард Элдридж, старший сын Уолтера, был похищен три дня назад.
– Что? – Трант переводил взгляд с одного на другого в явном изумлении.
– После дела Уитмена в Огайо, – продолжил Мюррей, – и похищения Брэдли в Сент-Луисе на прошлой неделе, когда они получили описание женщины, но пока никого не поймали, газеты предсказывали эпидемию похищения детей. И это началось в Чикаго с похищения сына Уолтера!
– Меня совершенно не удивило то, что мальчик может пропасть, – ответил Трант. – Но меня удивило, мистер Элдридж, что никто об этом не слышал! Почему вы сразу не придали этому наибольшую огласку? Почему вы не позвонили в полицию? Что заставило вас ждать три дня, прежде чем позвать хотя бы меня?
– Потому что семья, – ответил Мюррей, – с самого начала знала, что именно миссис Элдридж похитила ребенка.
– Миссис Элдридж? – недоверчиво вскрикнул Трант. – Ваша жена, сэр? – обратился он к пожилому человеку.
– Да, мистер Трант, – с несчастным видом ответил Элдридж.
– Тогда зачем вы вообще послали за мной?
– Потому что за три дня мы ничего от нее не добились, – ответил шурин, прежде чем Элдридж успел ответить. – И, судя по вашим способностям, мы подумали, что вы могли бы каким-то образом узнать от нее, где спрятан ребенок.
Молодой президент "Элдридж и компания" не находил себе место, выслушивая весь этот рассказ. Но Трант с любопытством повернулся к Мюррею.
– Миссис Элдридж случайно не ваша сестра?
– Нет, не нынешняя миссис Элдридж. Моя сестра, первая жена Уолтера, умерла шесть лет назад, когда родился Эдвард. Она отдала свою жизнь за мальчика, которого вторая миссис Элдридж…
Он выжидательно посмотрел на Эджриджа, который в это время нервно и быстро передвигался по кабинету.
– Изабель, моя вторая жена, мистер Трант, – выпалил Элдридж с горечью от необходимости объяснять незнакомому человеку свои самые сокровенные чувства, – как я думаю, всему миру известно, она была моим личным секретарем, моей стенографисткой, в этом офисе. Мы поженились чуть больше двух лет назад. Если вы вспомните, как обошлись с ней тогда газеты, вы поймете, что будет означать, если это дело станет достоянием общественности! Мальчик… – он заколебался. – Полагаю, я должен разъяснить вам обстоятельства. Семь лет назад я женился на Эдит Мюррей, сестре Рэймонда. Год спустя она умерла. Примерно в то же время умер мой отец, и мне пришлось заняться бизнесом. Миссис Мюррей, которая была в доме во время смерти Эдит, была достаточно добра, чтобы остаться и позаботиться о моем ребенке и моем доме.
– А мистер Мюррей? Он тоже остался?
– Рэймонд учился в колледже. После этого он, естественно, пришел ко мне домой. Два года назад я женился на своей второй жене. По желанию миссис Элдридж, как и по моему собственному, Мюрреи остались с нами. Моя жена даже лучше, чем я, понимала, что ее образование едва ли позволило бы ей сразу приступить к своим общественным обязанностям: газеты настроили общество против нее предвзято, поэтому миссис Мюррей осталась, чтобы подготовить ее к обществу.
– Как я понял – уже более двух лет. Но тем временем миссис Элдридж взяла на себя заботу о ребенке?
– Моя жена была… не в своей тарелке с мальчиком. – поморщился Элдридж от прямого вопроса. – Она нравилась Эдварду, но… я сотни раз заставал ее плачущей из-за своего неумелого обращения с детьми, и она была довольна тем, что миссис Мюррей продолжала присматривать за ним. Но после рождения ее собственного сына…
– Так-так! – выжидательно произнес Трант.
– Я ничего не буду скрывать. После рождения ее собственного сына я вынужден признать, что отношение миссис Элдридж изменилось. Она стала настаивать на том, чтобы взять на себя заботу об Эдварде, а его бабушка, миссис Мюррей, все еще сомневалась, стоит ли доверять Изабель. Но, в конце концов, я согласился передать моей жене ответственность за все и полный контроль над Эдвардом. Если бы все пошло хорошо, миссис Мюррей должна была переселиться в свой старый дом и покинуть нас, когда, это было во вторник днем, три дня назад, мистер Трант, моя жена увезла Эдварда со своей горничной на автомобиле. Это был шестой день рождения мальчика. Это был первый раз в его жизни, когда он покинул дом, чтобы уехать на значимое расстояние без своей бабушки. Моя жена не вернула его обратно.
– Почему она так и не вернула его… Что случилось с мальчиком, мистер Трант, – Элдридж наклонился к личному ящику для бумаг. – Я хочу, чтобы вы сами определили на основании имеющихся здесь доказательств. Как только я понял, насколько это личное дело, я попросил своего секретаря, мисс Вебстер, записать показания четырех человек, которые видели, как забирали ребенка: моего шофера, горничной миссис Элдридж, мисс Хендрикс и миссис Элдридж. Шофер, Моррис, работает у меня уже пять лет. Я уверен, что он говорит правду. Более того, он явно предпочитает миссис Элдридж всем остальным. Горничная, Люси Кэрью, также была исключительно предана моей жене. Она тоже правдива.
– Показания третьего лица, мисс Хендрикс, явно свидетельствуют против моей жены. Мисс Хендрикс выдвигает прямое и неотвратимое обвинение, это практическое доказательство. Ибо я должен честно сказать вам, мистер Трант, что мисс Хендрикс – самый образованный и умный свидетель из всех. Она видела все это гораздо ближе, чем кто-либо другой. Она – человек с безупречным характером, богатая старая дева, живущая со своей замужней сестрой на углу улицы, где произошло похищение. Более того, ее свидетельство, хотя и более подробное, подтверждается во всех важных деталях как Моррисом, так и Люси Кэрью.
Элдридж протянул первые страницы.
– Противоречит этому, мистер Трант, заявление моей жены. Мой дом выходит окнами на парк и является вторым домом от угла улицы. Однако на этой пересекающейся улице нет подъездной дорожки, ведущей в парк. Есть входы на расстоянии полутора кварталов в одну сторону и более
