И бесполезно сопротивляться, если ты вдруг попал в шестерни этой неукротимой машины. Героев-одиночек в реальной жизни не бывает. Можно спрятаться, переселиться в городскую канализацию, а по ночам выходить с обрезом, отстреливая одного за другим своих врагов, но это ни на грамм не прибавит в мире справедливости. Общество станет бороться с тобой, а не с ними, потому что тебя победить легче.
Гриша попытался продумать, что ему делать, когда кончатся деньги и придется возвращаться домой. Возможно, Ганс и Кича перебесятся, может, их отвлекут другие дела – мало ли у них дел?
Надежда, конечно, слабая. Если совсем прижмет, придется писать заявление в РУОП. Но если и там у них «свои ребята»... Лучше об этом не думать.
У входа в бар за шторами послышались громкие голоса. Гриша машинально опустил голову, чтобы скрыть лицо. В полутемное помещение вошли двое. Один – в длинном пижонском пальто и шляпе с чуть загнутыми полями. Другой – плотный, невысокий, с короткой стрижкой, внешностью и повадками смахивающий на хорька. На пальце он крутил ключи от машины.
– Девочки, добрый вечер! – сказал тот, что в шляпе.
Показалось, что голос откуда-то знаком. Оба вошедших обменивались с девушками пустыми репликами, негромко смеялись. Хорек назвал каждую по имени, поздоровался с барменом. Похоже, посетители их не интересовали. Гриша с облегчением перевел дыхание. Ложная тревога.
– Какими судьбами, Андрюша? – спросил бармен, затушив сигарету и заняв место у стойки.
– Все гостей встречаю, – ответил парень в шляпе, и вновь Гриша задумался, где он мог слышать этот голос.
– Самолет ждете?
– Ну не пароход же... Накрывай стол, нам тут еще долго сидеть.
В баре стало шумно, весело, словно подуло свежим ветром. Даже человек в берете проснулся и принялся таращиться на окружающих.
Посетители сели за стол, парень скинул шляпу. И тут Гриша узнал его. Не только узнал, но и вспомнил имя. Это был Андрей Андреевич Донской, тот самый человек, что встречал их с Алькой в «Золотом роднике».
Гриша заволновался. Сейчас был не самый лучший случай для знакомств, но другой вряд ли представится. Ему очень хотелось поговорить с этим человеком и выяснить наконец, чем закончилась история с безнадежным коматозником. Не только из-за любопытства перед почти мистической историей, но и для очистки совести. Ему надо было услышать, что все кончилось благополучно.
Официантка принесла ужин и крошечный графин с коньяком. Однако еда уже мало интересовала Гришу.
Он никак не мог решиться подойти. Эти ребята могут просто-напросто послать куда подальше, и будут совершенно правы.
Ну а если нет?
Рискнуть стоило, в любом случае Гриша ничего не терял. Он попытался прислушаться к разговору за соседним столиком, но ничего не разобрал.
Тем временем Донской попросил телефон. Официантка принесла ему радиотрубку из подсобки. Звонок адресовался, видимо, диспетчеру: Донской интересовался прибытием какого-то борта. Прозвучало слово «спецрейс», затем был упомянут Тунис. С каждой минутой становилось все интереснее.
Гриша выпил для храбрости рюмку коньяку и решился. Он поднялся и подошел к столику Донского. Тот посмотрел с некоторым удивлением.
– Добрый вечер, – непринужденно сказал Гриша. – Извините, что помешал, но очень хотелось бы знать, как здоровье нашего пациента.
– Вы о чем? – спросил Донской, зафиксировав каменное выражение лица.
– Кто это? – забеспокоился его приятель. – Ты его знаешь?
– Да нет... – ответил Донской, но затем в его глазах мелькнуло понимание, он вспомнил. – А-а, узнаю, узнаю... Надо же, какая странная встреча.
– Сам удивляюсь, – развел руками Григорий. – Так что с пациентом?
– Не извольте беспокоиться, – с готовностью ответил Донской. – Состояние тяжелое, но общий кризис миновал. Проводим интенсивную терапию.
Его попутчик настороженно переводил взгляд с одного на другого, не понимая, что происходит. Донской замолчал, выжидательно глядя на Григория.
– А если серьезно? – спросил тот.
– Я говорю совершенно серьезно. А что вы так беспокоитесь, он вам родственник? Могу передать ему привет.
Гриша почувствовал, что ведет себя глупо. Ничего они ему не скажут – первому встречному, пусть даже врачу. Он пробормотал извинения и поплелся за свой столик. Попытка познакомиться не удалась.
Донской с приятелем молча проводили его взглядами, затем начали о чем-то вполголоса переговариваться. Гриша вдруг заметил, что оба в упор смотрят на него.
– Садись к нам, парень! – позвал хорек. – Что ты там один...
– Простите... – Гриша подумал, что ему послышалось.
– Давай иди сюда.
Гриша поднялся и пошел, пытаясь понять, не разыгрывают ли его. Он сел, ему придвинули чистый бокал, налили пива.
– Тебя как зовут?
– Григорий.
– Вот это Костя, наш стоматолог, а я – Андрей. Можно на «ты».
– Я помню. Андрей Андреевич Донской.
– Надо же, какая память! Ну рассказывай, Гриша, как ты тут оказался? Встречаешь кого?
– Да нет, улетаю.
– На московском, что ли? – спросил Костя.
– Да. То есть нет, конечно, на питерском.
– Интересно, – подивился Донской. – А чего ночью-то?
– Ну... Так получилось.
– Странный какой-то, – усмехнулся Костя. – Ты, случайно, не шпион?
– Да нет, – улыбнулся Гриша. Улыбка вышла натянутой – новые знакомые чересчур активно интересовались его делами.
– Действительно, странно. – Донской наклонил голову, оценивающе посмотрел на Гришу. – С чего бы это простому доктору срываться ночью в Питер, да еще на полугрузовом транзитном рейсе. И вещей почти нет.
– Без ста грамм не разберемся, – махнул рукой Костя. – Ты пей пиво, не стесняйся.
– Спасибо, но я уже начал пить коньяк, – вежливо отказался Гриша.
– Еще лучше! Тащи сюда свой коньяк, я с тобой, за компанию...
– Еще что-нибудь? – спросила официантка, проходя мимо.
– Ага, – ответил Донской. – Тебя с твоей подружкой. Садитесь, украсьте наш суровый мужской круг.
Девушка посмотрела на часы, потом на бармена. Тот махнул рукой и снова уставился в телевизор.
– Ладно, – сказала девушка. – Все равно сегодня никого нет.
Гриша тоже украдкой посмотрел на часы. До самолета оставалось больше часа, спешить некуда. Он поковырял вилкой салат, выпил пару глотков соку. Спиртного больше не хотелось.
За столом повеяло духами – рядом уселись девушки. Костя засуетился с бутылками и стаканами.
– Когда еще посетитель вас обслужит? – сказал он. – Пользуйтесь случаем.
– Вы, насколько я понял, кого-то встречаете? – поинтересовался Гриша. И уточнил: – Кажется, из загранки?
– Да, из загранки, – нехотя согласился Донской.
– У них там плюс двадцать пять, – заметил Костя.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
