Реубен посмотрел на Мая. Можно ли было обращаться непосредственно к человеку со звездочками, даже отвечая на такое обвинение?
— Ответь ему, Реубен, — ласково произнес Май.
— Я человек Мая, Реубен, Атомщик с восемьдесят третьего уровня, — ответил он.
— Объясни! — с нажимом сказал второй генерал. — Как так случилось, что все восемнадцать боеголовок, которые ты доставил сегодня, не взорвались?
— Но ведь они взорвались… — еле выдавил из себя Реубен. — Рапорт разведывательных зондов принес сообщения о трех разрушениях, вызванных снарядами, которые смогли прорваться через линию обороны, — он ничего не упомянул, что остальные пятнадцать не взорвались.
У второго, незнакомого генерала на лице появилось такое выражение, словно ему стало нехорошо, а Май смотрел еще ласковее. Человек со звездочками вопросительно посмотрел на Главного Порядкового, который вошел в кабинет вместе с Реубеном. Тот подтвердительно кивнул:
— Именно это было в рапорте разведывательных зондов, сэр.
— Я хотел сказать, — рявкнул неизвестный генерал, — что у него было намерение произвести саботаж. Но, скорее всего, ему это не удалось. — Я сказал также, что он неудачливый двойник, которого как-то слишком легко удалось внедрить в организацию моего доброго друга Мая. Можно убедиться, что отпечаток его левого большого пальца является неумелой имитацией большого пальца настоящего Реубена. Кроме того, волосы этого, — и он ткнул пальцем в Атомщика, — гораздо темнее, чем у истинного Реубена.
Старец кивнул Порядковому.
— У нас его идентификационная карта, — произнес командир.
У Реубена моментально взяли отпечатки пальцев, а также пробу волосяного покрова.
— Отпечатки совпадают, сэр, — сказал через минуту один из Порядковых, войдя в кабинет и четко отдавая честь. — Это настоящий Реубен.
— Волосы? — неуверенно произнес Рудольф.
— Цвет волос естественный.
Генерал начал отступать.
— Мне кажется, что я получил неточную информацию о его волосах. Но результат исследований отпечатков большого пальца означает, что шпионы Л. А. успели вставить в картотеку его отпечатки вместо истинных Реубена.
— Достаточно! — твердо сказал старец со звездочками, — Вы свободны. Все! Рудольф, я тебе удивляюсь. Так и знай. А сейчас покиньте меня.
Реубен был в обширных апартаментах Мая. Генерал булькал и хихикал, не в силах овладеть собой и был вынужден бросить в рот три зеленые капсулки.
— Тем самым мой добрый друг Рудольф будет отодвинут в тень на много лет, — торжествовал он. — Его игра заключалась в том, чтобы двойник повредил боеголовки и произвел впечатление, что моя организация пропитана шпионами. Двойник должен был действовать под влиянием постгипнотического приказа, по мысли которого он должен был во всем признаться. Рудольф был так уверен в себе, что представил свое обвинение еще до атаки. Глупец!
Он снова достал зеленые капсулки.
— Господин генерал! — обеспокоенно воскликнул Реубен.
— Это только временное средство, — пробормотал Май и проглотил четвертую капсулку. — Но ты прав. Нельзя пользоваться ими. Еще столько нужно сделать, но в твоем времени, а не в моем. Я сказал тебе, что мне нужен молодой человек, который смог бы пробиться на самую вершину. Рудольф глупец. Ему не нужны капсулки, потому что он не задает вопросов. Это смешно, но я думал, что история с двойником как-то подбодрит меня, но увы, это ни к чему не привело. Когда-то я плел интриги одна за другой, а когда ловушка захлопывалась, то испытывал от этого огромное наслаждение. Теперь же я уже не испытываю этого…
Он наклонился в кресле, его зрачки были словно два снаряда.
— Действительно ли ты хочешь поработать? — спросил внезапно он. — Хочешь ли ты, чтобы твой мир стал на голову, чтобы у тебя мозг затрещал по швам, чтобы ты сделал то единственное, что стоит сделать человеку в жизни? Ответь мне!
— Я лояльный человек Мая, господин генерал! Я хочу исполнять ваши приказы и максимально использовать свои способности.
— Этого достаточно, — кивнул Май. — У тебя есть голова и энергия. Я подготовлю тебе почву. Я не проживу столько, чтобы самому протолкнуть то, что задумал. Ты должен будешь заменить меня. Ты был когда-нибудь снаружи Денв?
Реубен застыл на месте.
— Нет, нет, мой мальчик, — усмехнулся генерал. — Я не обвиняю тебя в шпионаже. Собственно любой человек мог бы выходить за пределы Денв. Я вот был снаружи. Сначала ничего особенного не видно — большое пространство, изрытое воронками от неточных попаданий ракет Л. А. Но дальше, особенно на востоке, все иначе. Там трава, деревья, цветы. Много места, где можно обрабатывать землю для пищи. Когда я вышел наружу, — продолжал он, — меня это обеспокоило. Я начал задавать вопросы. Я хотел узнать, как это все началось. Да, да, началось. Ведь не всегда было так. Кто-то же должен был все это построить. До тебя доходит? Не всегда был Денв! Кто-то установил реакторы для расщепления урана и производства плутония. Кто-то дал нам инструменты для производства снарядов. Кто-то построил приборы управления. Кто-то начал создавать пищу в гидропонных контейнерах. Я перерыл архивы. Может быть, я что-нибудь и нашел, но вот не смог понять, а? Я видел горы отчетов о боевой силе, горы отчетов о регламентировании поставок, но так никогда и не смог добраться до самого начала. Я нашел клочок бумаги и ничего не понял в ней. Там говорилось о воде в реке Колорадо и о том, кто и сколько должен ее получить. Но как можно разделить воду в реке? Но, может быть, это и было началом разделения Денв, Л. А. и ракетных атак?
Генерал в раздумье покачал головой.
— Я не слишком хорошо знаю, что будет, — сказал он. — Я хотел бы установить спокойствие между Денв и Л. А., но я не знаю как начать, и как это должно выглядеть. Я думаю, что надо начать с прекращения огня, а также с производства оружия. Может быть, в дальнейшем многие из нас должны будут выйти из Денв и начать новую жизнь снаружи. Именно для этого я и вскарабкивался наверх. Именно для этого мне нужен сейчас молодой человек, который бы продолжил мое дело. Скажи мне теперь, ты готов?
— Я думаю, — осторожно произнес Реубен, — что это прекрасно — спасти Денв. Я буду поддерживать вас, сэр, до своего последнего дыхания, если только вы позволите мне это.
На уставшем лице Мая появилась улыбка. Откинувшись в кресле, он махнул Атомщику рукой. Реубен осторожно, на цыпочках, покинул кабинет.
Что за счастье, думал он по дороге, что за невероятное везение жить в такой переломный момент истории.
Он обыскал весь уровень, нашел апартаменты Рудольфа и был впущен вовнутрь.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
