С другой стороны для держав Четверного Союза было также чрезвычайно важно договориться с Украиной для улучшения продовольственного положения в Германии и Австро-Венгрии, где на этой почве происходили волнения. «Мир с Украиной состоялся под давлением начинающегося форменного голода» – сообщает далее (11 февраля) Чернин.
«Без Украины голод был неизбежен» – сообщает в своих мемуарах и Людендорф. Естественно, что при таком положении немцы решили временно прервать переговоры с советской делегацией и ускорить заключение мира с Украиной (см. примечание 82).
4 февраля Кюльман и Чернин прибыли в Берлин. В основу переговоров с украинцами было положено обязательство поставить большое количество продовольствия для Германии и Австрии. Взамен украинская делегация получила обещание об образовании в восточной Галиции автономной украинской области.
Обе стороны сильно спешили с переговорами, которые и были закончены уже 8 февраля.
Вскоре после этого центральная Рада, призвавшая немцев для борьбы с большевиками, была немцами же разогнана (см. примечание 112).
114
54 Революционное движение в Германии и Австрии – действительно достигло к этому времени небывалого размаха. События развертывались под лозунгом «хлеба и мира». Непосредственным поводом к выступлениям послужило ухудшение продовольственного положения. Население голодало: зимой 1916 – 1917 года в Германии не хватало даже картофеля, который был заменен брюквой, с трудом доставлялись в далеко недостаточных количествах пшеница и кукуруза из Румынии. Еще хуже обстояло дело в Австрии: главенствовавшая в Четверном Союзе Германия снабжала в первую очередь себя, к тому же весь аппарат снабжения в Австрии никуда не годился. 16 января в Австрии паек муки на главу семьи был уменьшен до 475 грамм. В тот же день мы читаем в дневнике Чернина:
«Из Вены отчаянные вопли о помощи, о продовольствии. Меня просят немедленно обратиться в Берлин с просьбой о помощи, иначе катастрофа неминуема».
Одновременно с этим рабочие волновались из-за отсутствия сведений о ходе мирных переговоров. Накануне (15 января) в Вене состоялись массовые рабочие собрания, на которых были вынесены резолюции протеста по поводу отсутствия сообщений о мирных переговорах и были заявлены требования о заключении демократического мира и предоставлении Польше, Литве и Курляндии гарантий самоопределения. 17 января в Вене и ряде провинциальных городов вспыхнула забастовка. В Вене забастовал арсенал, заводы, работающие на оборону, и частные заводы. То же происходило и в Нижней Австрии. В Брюнне, Кракове и Будапеште происходили демонстрации с требованием немедленного заключения всеобщего мира. «Дурные вести из Вены и окрестностей, – читаем мы в дневнике Чернина 17 января, – сильное забастовочное движение, вызываемое сокращением мучного пайка и вялым ходом Брестских переговоров».
Правительству пришлось пойти на уступки: оно обещало приложить все усилия для скорейшего заключения мира, реорганизовать на демократических началах продовольственное дело, демократизировать избирательное право в коммунах, сообщать о ходе мирных переговоров и отменить милитаризацию рабочих организаций. Австро-венгерская социал-демократия поспешила удовлетвориться этими обещаниями. Адлер заявил, что рабочие добились всего, чего можно было добиться при создавшихся условиях. Однако, несмотря на согласие ЦК соц. – дем. на прекращение забастовки, волнения продолжалась. Тем временем события в Австрии нашли себе отклик в Германии. И здесь основными поводами для волнений послужили продовольственные затруднения и затяжка переговоров. Основным лозунгом движения являлось и здесь требование немедленного заключения демократического мира.
Начавшаяся в Берлине забастовка немедленно перекинулась в провинцию. Забастовали Крупповские заводы, Данцигские верфи, Гамбургские заводы «Вулкан», заводы военных снаряжений в Киле, остановилась военная промышленность Берлина и окрестностей. В Берлине, где бастовало до полумиллиона человек, образовался совет рабочих депутатов, выставивший следующие требования: 1) заключение всеобщего демократического мира, 2) введение всеобщего избирательного права в Прусский ландтаг, 3) освобождение арестованных и 4) реорганизация продовольственного дела. Одновременно с этим состоялся ряд крупных демонстраций против войны. 1 февраля Берлин и ряд других крупных центров движения были объявлены на военном положении. При пассивном, а иногда и враждебном отношении к движению социал-демократов и профсоюзов, объявивших себя «нейтральными» и отказывавших в выдаче пособий бастующим рабочим, германскому правительству удалось справиться с движением. Оно было подавлено, совет был разогнан и на время «порядок» был восстановлен.
115
Германское наступление 1918 г. – началось 18 февраля в 12 часов дня. Признаки готовящегося наступления появились еще накануне, когда над Двинском показались германские аэропланы. На Восточный фронт были двинуты 4 дивизии. Одновременно с этим было разослано радио по всем странам с сообщением о том, что немцы берут на себя защиту мира от большевистской заразы. На основании опубликованных после войны материалов документального характера можно в общих чертах восстановить обстоятельства, при которых Германия решила наступать. Внутри Германии шла борьба по вопросу о тактике по отношению к русской делегации. Военная партия, особенно приободрившаяся после заключения мира с Украиной, требовала разрыва; Кюльман не решался на разрыв. «9 февраля – сообщает Людендорф в своих воспоминаниях, – был подписан мир с Украиной. После этого я попросил статс-секретаря фон-Кюльмана, согласно с данным им 5 февраля обещанием, вызвать разрыв с Троцким, но он занял уклончивое положение».
Происшедший затем по инициативе советской делегации разрыв вызвал известное колебание в Германии. 11 февраля по городам были вывешены флаги по случаю заключения мира. Через несколько часов пришел приказ флаги снять. Вопрос о возобновлении наступления был решен, как сообщает Людендорф, 13 февраля на совещании в Гамбурге, на котором присутствовали: имперский канцлер Гертлинг, вице-канцлер, Кюльман, Гофман, начальник морского штаба и Людендорф. Против объявления перемирия прекращенным высказывались канцлер, вице-канцлер и Кюльман. Впоследствии первые два отказались от своей точки зрения, и только Кюльман продолжал возражать. Основные доводы, которые приводили Людендорф и его сторонники, сводились к следующему: Антанта только и ждет случая, чтоб укрепить русский фронт, «да и большевистские вожди – люди дела, которые могли работать агитацией; а если оставить им время, то сумели бы и без Антанты пустить в ход оружие». Поэтому надо нанести большевикам «короткий», но сильный удар с таким расчетом, чтобы «при этом захватить большое количество военного снаряжения». С другой стороны, надо спасти от большевизма Украину, иначе мир с ней превратится «в мировой фарс и надувательство», и оттуда нельзя будет получить хлеба. «Без Украины голод был неизбежен», сообщает Людендорф. Эти доводы одержали верх, и «его императорское величество соизволил на отказ от перемирия». Соответствующая юридическая формула была, конечно, найдена (см. примечание 101). Впрочем, Людендорф считал это неважным: «Я, – говорит он, – естественно, относился безразлично к этим словесным тонкостям». 16 февраля появилось официальное сообщение о прекращении перемирия, в котором говорилось:
«Отказ подписать мирный договор сделал невозможным заключение мира. Но как раз с целью заключения мира был заключен 15 декабря 1917 г. договор о перемирии. С целью заключения мира большевистская Россия просила продолжить перемирие. Окончание считается с 10 февраля. Германское правительство через предвиденный в договоре семидневный срок получает свободу действий в любом направлении».
Как указывалось, 18 февраля началось наступление, почти не встретившее сопротивления. Немцы подвигались по линиям железной дороги, в несколько дней заняв ряд городов. Остатки старой армии бежали, вновь сформированные отряды не в состоянии были оказывать никакого сопротивления. В дальнейшем события развертывались следующим образом. Когда 19 февраля Совнарком отправил телеграмму, в которой выражалось согласие подписать мир, немцы наступления не приостановили. Опасаясь новой хитрости со стороны большевиков, Кюльман заявил 20 февраля в рейхстаге, что надеяться на мир еще рано, что если даже «Троцкий и его кабинет» возобновят переговоры, то нельзя быть уверенными в заключении мира до тех пор, «пока не просохнут чернила на подписях под текстом мирного договора». 21 февраля были отправлены германские условия мира, а наступление продолжалось. 24 февраля, в день принятия германских условий ВЦИКом, немцы заняли Псков. Наступление было приостановлено лишь 3 марта в день подписания договора. К этому моменту линия фронта проходила уже к востоку от Пскова.
